Едва старик оставил нас наедине, девушка сделала ко мне шаг и тихо предложила:

— Давайте, я помогу Вам раздеться.

Это было кстати. В таком состоянии мне было бы сложно сделать это самой.

Вода оказалась достаточно горячей и ароматной. Крошечные белые лепестки кружили на её поверхности, расслабляя и отвлекая моё внимание от обрушившихся на меня проблем.

Девушка, представившаяся как Сюли, осторожно водила по моим плечам, рукам намыленной тряпочкой. Намочила волосы и помогла вымыть и их.

— Может, госпожа поднимет ногу? — тихо спросила она.

Ну, это уже перебор.

— Спасибо, Сюли. Дальше я сама.

Пока я заканчивала принимать ванну, девушка разложила на кровати платье. Даже издали оно выглядело роскошным и мало чем напоминало тунику и штанишки, в которые я была одета ранее.

Как оказалось, шароварчики тоже были. Но из такой нежной и прозрачной ткани, что совершенно ничего не прятали и были едва заметны. Хорошо, хоть ткань платья была достаточно плотной и надёжно скрывала мои прелести.

Высушив мягкими полотенцами волосы, Сюли уложила их, закрепив высокую гульку на самой макушке темно бордовыми, под цвет платью, розочками.

— Мне не доводилось ухаживать за …госпожами, — замялась девушка. — И это все, что я умею.

— Очень красиво, Сюли, спасибо, — ободрила я девушку, равнодушно скользнув взглядом по своему отражению в зеркале.

Какая разница, с какой причёской будут меня терзать? И так ли была права Инимис, описывая обряд соединения жениха и невесты? Ни я на невесту, ни драг на жениха не были похожи.

Олли объявился слишком быстро — я так и не успела привести свои испуганные мысли в порядок.

Важно открыв передо мною дверь, он пошел впереди, указывая дорогу. Невольно я стала считать и двери, и повороты, и лестничные проемы. Даже если я и не решусь на побег, ориентироваться самостоятельно в старом замке не помешает. Мы преодолели очередную лестницу и повернули за угол, и тут же Олли отошёл в сторону, пропуская меня вперед. Я сделала шаг, по инерции — другой, и замерла.

Сердечко сделало кульбит, а я задержала дыхание. У приоткрытой двустворчатой двери всего в нескольких шагах от меня стоял драг и пристально смотрел на меня. Невозмутимо, холодно и не мигая. Так, будто ждал меня здесь слишком долго. Или, наоборот был удивлен и недоволен тем, что встретил меня. Хотя, скорее всего, я придумала эти чужие чувства, а на самом деле он стоял и предвкушал, как будет выпивать из меня свою магию. Как там сказал Олли? Меня пригласили на ужин в малую гостиную? Кажется, он не уточнял, что основным блюдом буду я.

Драг поднял в молчаливом вопросе бровь, и я сделала шаг навстречу. Другой. Он стоял неподвижной скалой, перекрывая и дальнейший путь по темнеющему коридору, и вход в гостиную.

И только когда я подошла слишком близко и уже была готова остановиться, он слегка посторонился, пропуская меня вперед. Его взгляд прожигал меня насквозь, мешая думать, дышать и даже бояться. Пробираясь мимо него, я так и не смогла отвести свой взгляд от его, чуть не скрутив при этом себе шею. Он вдруг сделал резкий, шумный вдох. То ли он так же, как и я не дышал, то ли попросту обнюхивал меня. Я тут же вспомнила, что нужно сделать хотя бы вдох. А то не хватало мне еще рухнуть бездыханной у его ног. Вслед за ним я тоже вдохнула и вздрогнула, ощутив на своем локте его горячие пальцы.

— Так и знал, что это платье будет тебе к лицу.

Вот как? А я даже и не подумала о том, откуда взялось это платье. Как и о том, к лицу оно мне, или нет.

— Спасибо, — почти шепотом ответила я и вошла в гостиную.

К огромному своему облегчению в комнате я увидела того, второго мужчину и Инимис. Увидела, и не смогла сдержать вздох облегчения.

За спиной кое-кто насмешливо фыркнул, а мужчина напротив, со странным интересом рассматривавший меня, прокомментировал:

— Солус, ты совсем уж запугал нашу гостью. И ты прав, платье чудесное. А вот прическа… Мне больше нравились распущенные волосы.

— С этим я разберусь позже, — прозвучало над самой моей головой, и меня осторожно, но настойчиво подтолкнули к сервированному столу.

Драг отодвинул для меня стул, предложив сесть напротив не менее смущённой, чем я Инимис. А сам сел рядом со мной.

— Вижу, Митус, ты времени даром не терял, — холодно, с едва слышимой издевкой произнес драг.

Он явно намекал на пунцовую Инимис, которая не могла поднять глаза, пристально всматриваясь в пустую тарелку, стоявшую перед ней. Вероятно, ее внешность и наряд этот Митус тоже успел прокомментировать.

Мужчина, сидевший напротив, потянулся к высокому графину.

— Я думаю, нашим гостьям не помешает немного расслабиться, — он почти ласково улыбнулся мне.

Правда, взгляд его при этом казался слишком серьезным и совершенно не вязался с улыбкой на красивых губах.

Митус, хоть бы не забыть его имя. А драг — Солус. Я бросила на своего соседа быстрый взгляд, передумала и уставилась на него во все глаза. Его лицо опять было подернуто мглой.

— Ваше лицо, — пробормотала я.

— Я заметил, оно тебя пугает, — как-то слишком уж отстраненно ответил драг.

— Меня не лицо пугает, — почему-то начала оправдываться я.

Да, оно было слишком уж резким, с обилием крутых углов — квадратный подбородок, резко очерченные губы, брови-стрелы, высокие угловатые скулы. Но пугающим его назвать было нельзя. Вполне симпатичное, или даже красивое лицо.

— А что же? Что тебя пугает? — мгла вокруг него слегка рассеялась, так, что я даже увидела, как вспыхнули интересом его глаза. Или это не интерес, а облегчение? Кажется, я пытаюсь изобразить его в своих глазах вполне милым и к тому же, человеком, а не монстром.

— Я Вас помню, — неожиданно для самой себя призналась я, и вдруг испытала такое облегчение, словно камень с плеч упал. — Вы имеете право злиться на меня. И я боюсь… что Вы…

Мгла с его лица ушла окончательно.

— Что — я? — ухмыльнулся драг. Казалось, что мой страх и сбивчивые речи доставляют ему удовольствие.

— Вам нравится меня пугать, — вдруг осмелев, почти дерзко, с вызовом выпалила я и схватила непонятно когда наполненный бокал.

Залпом сделала несколько глотков и замерла, судорожно хватая ртом воздух. Рубиновая жидкость ядрёным тягучим сиропом обожгла губы, гортань. С трудом отдышавшись, я судорожно сглотнула, потому что драг, ухмыляясь, потянулся к моему лицу ругой. Казалось, что время вдруг решило остановиться. Все вокруг замерло, застыло. И скалящийся на все тридцать два зуба Митус. И обалдевшая от моей наглости Ини. И только ладонь драга приближалась пусть и медленно, но неумолимо.

Ну вот, сейчас схватит за горло…

Но он лишь притронулся пальцем к уголку моей губы, смахнул застывшую там каплю рубинового ликера, поднес палец к своему рту и так… вкусно, тягуче слизнул каплю.

— Пугать не нравится, — прижмурившись, он ответил на мою претензию, а время опять понеслось вскачь, — а вот смущение твое меня крайне заводит.

Громкий смех разрезал тишину в гостиной. Естественно, это смеялся Митус.

Ини тихо охнула.

А я закрыла ладонями глаза, а спустя мгновение вскочила и побежала прочь из комнаты.

Какое-то время после того, как девушка выскочила из гостиной, в комнате стояла тишина. Похоже, никто из присутствующих не ожидал такой реакции.

Первым очнулся Солус и залпом осушил свой бокал. Даже и не поморщился. К пряному нектару из рубиновой шепотухи он привык с молодости. Этот тонизирующий и слегка хмельной напиток производили в погребах Теравироса и по праву считали одним из его достояний. Правда, Найтири не оценила его по достоинству. Да и вторая девушка, имени которой он так и не запомнил, лишь слегка пригубила напиток, и смешно недовольно сморщив аккуратный носик, отставила бокал в сторону.

За Солусом оживился и Митус. Еще несколько мгновений он прислушивался к удаляющимся поспешным шагам и смотрел на брата, словно выжидая — пойдёт за ней, или не пойдёт. Так и не дождавшись от Солуса никаких действий, щёлкнул в воздухе пальцами. Вспыхнувшая на их кончиках искра быстро превратилась в невесомую сверкающую паутину и выскользнула через открытое окно.