Виски ломило. Поднывал от голода желудок. Словно продолжение ночного кошмара, в ушах что-то навязчиво жужжало, шуршало. Мне снился кошмар, это совершенно точно. Да вот беда, вспомнить, что именно снилось, все никак не удавалось. Лишь мимолётные обрывки чего-то, чрезвычайно тревожащего душу и заставляющего сердце сжиматься от страха.

Не открывая глаз, прислушалась. Но нет, никаких других звуков, кроме шелеста и жужжания не было. Тогда я осторожно приоткрыла глаза. Ничего, все спокойно. Открыла глаза широко и посмотрела в сторону, откуда раздавались странные звуки. А именно — вверх. И обомлела от восторга. Настолько разительным была перемена моего настроения, что на мгновение спёрло дыхание. Настолько отличалась действительность от ночного кошмара, что я чуть не засмеялась.

На фоне светлой ткани, струившейся с потолка крупными складками, метались, отбрасывая замысловатые тени десятки крошечных огоньков. Будто крошечные звёздочки, они сбивались в кучи, образуя светящееся пятно, а потом вдруг, будто их кто-то потревожил, разлетались в разные стороны, оставляя за собой сверкающий шлейф. Вдруг один из этих огоньков сорвался с потолка и, жужжа, опустился к самому моему лицу.

Улыбаясь, я протянула к нему руку, и он с тихим шелестом опустился на ладонь. Я поднесла его к самым глазам, пытаясь рассмотреть диковинное насекомое. Все ближе и ближе его переливающиеся в полумраке крылья, выпуклые, словно черные зеркала глаза. Эти искрящиеся телескопы все ближе и ближе. Ближе и ближе. Все чаще в них вспыхивают алые искорки, заполняя собой все пространство. Я хочу отодвинуть ладонь, но вдруг понимаю, что она меня не слушается. Пытаюсь закрыть глаза, чтобы вынырнуть из этой поглощающей темноты, но тщетно! Полыхающие искры вдруг закручиваются огненным водоворотом, а из него проступает лицо. Уродливый шрам тянется от виска к крылу носа, тёмные глаза насмешливо подмигивают мне, а губы хищно растягиваются в улыбке. Драг! Я кричу от страха и … просыпаюсь. В этот раз по-настоящему.

Надо мной — трепещущий полог из светлого шелка. Свежий ветерок ненавязчиво теребит его глубокие складки, освежает прохладой пылающее лицо. Я поднимаю к глазам руку — и судорожно всматриваюсь в неё. Никого. Вскакиваю с кровати. Ноги утопают в длинном ворсе пушистого ковра. Окно кажется огромным и ничуть не сдерживает мягкий свет ночного светила.

Эта комната мне не знакома. Но я ничуть не сомневаюсь, что нахожусь в логове того самого драга. На мне та же одежда, которую я надела рано утром в доме Инимис и её бабушки.

Рано утром… А сейчас — ночь, и если не ошибаюсь, она близится к концу. На горизонте уже зажигается бледная полоса рассвета. Вскоре за Инимис явится «жених».

Я нашла в себе смелость и все-таки сделала предложение драгу. Но каков был его ответ? Выполнит ли он мою просьбу? Устраивают ли его предложенные условия обмена? А может, он уже «выпил» мою магию? Как это проверить?

Я выставила вперёд руку, собрала вместе пальцы и постаралась зажечь на их кончиках огонь. Если смогла оживить стулья, то неужели не зажгу огонёк? Но, тщетно. Ладно, займёмся тем, в чем уже имею опыт. Я оглянулась в поисках мебели. Огромная кровать не считается, вазон с цветком — тоже. А вот пуфик вполне подойдёт.

Я сконцентрировалась, и стала приказывать ему. Оживи. Подпрыгни. Ну, хоть ножкой шевельни!

В какой-то момент мне даже показалось, что он сдвинулся с места. Но то ли виной тому игра воображения, то ли порыв ветра, ворвавшийся в окно. Сколько я потом не всматривалась в пуфик, он больше не пошевелился.

Да, в конце концов, какая разница — полакомился ли уже драг моей силой или нет? Главное, чтобы согласился помочь нам. Скоро рассвет, и я могу представить себе, что чувствует сейчас Инимис. Я несколько раз глубоко вздохнула, набираясь решимости, и подошла к двери.

Толкнула. Вздрогнула от неожиданности, когда она тихо отворилась. Вышла в коридор, показавшийся вдруг очень темным. Закрыла глаза и немного отдышалась.

Опять открыла глаза. И тут же во мраке проступило светлое пятно — слабое мерцание просачивалось из-под одной из дверей. Отогнала прочь шальную мысль о том, что таким образом меня приглашают. Ну, что ж. Выпрямила спину, вздёрнула подбородок и решительно сделала шаг. Если вдруг за мной наблюдают, то пусть не думают, что я боюсь. И тот озноб, который волнами спускается вдоль позвоночника — это от гуляющего по коридору сквозняка, а вовсе не от страха.

Толкнула дверь и вошла. После тёмного коридора в помещении показалось достаточно светло. Вернее, не темно. В комнате царил приятный полумрак, из окна скромно вползали предрассветные лучи, на темных, казавшихся бархатными стенах, плясали мягкие тени.

Книжные шкафы. Несколько кресел. Большой письменный стол с зажжённой лампой. В глубине — диван.

Эта комната мне знакома. Именно сюда меня привёл старичок, так гостеприимно встретивший меня.

Я всмотрелась в тёмный угол, где угадывались очертания дивана. Лампу наклонили так, чтобы она освещала лишь часть стола. От этого создавалось впечатление, что диван специально будто отгородили плотной завесой мрака.

Отчего же меня так беспокоит этот угол? До рези в глазах я всматривалась в тёмное пятно до тех пор, пока по ту сторону мрака что-то тихо скрипнуло.

— Боишься? — от негромкого низкого голоса по спине пробежала дрожь.

Застыла, оглушенная этими словами. Да я не просто боюсь, я умираю от страха. Но ведь я приняла решение? Приняла. Значит, отступать нельзя, чего бы это мне не стоило.

Этот голос был мне знаком. Казалось, его владелец специально вплетает в него бархатные нотки, пытаясь успокоить меня. А может, мне просто очень хочется в это верить.

— Вы поможете мне? Моей подруге?

Мне самой стало неловко от того, как жалко, умоляюще прозвучал мой голос. Я подняла руку к шее и попыталась ослабить мнимую удавку, так мешавшую дышать мне полной грудью. Мое движение заметили, снова раздался скрип. А темнота в углу всколыхнулась. Я едва сдержалась, чтобы не пуститься наутек, когда увидела вынырнувшую из мрака фигуру. Вернее, я видела лишь силуэт мужчины в светлой рубахе и бледным пятном вместо лица. Хорошо, что в комнате царил полумрак, и мне не пришлось «любоваться» его внешностью.

Драг двигался медленно и осторожно, словно хищник, подкрадывающийся к своей добыче. Прихрамывая, обошел меня со спины. Как же не хотелось подставлять ему свои тылы. Но я сдержалась и не обернулась. Невольно потянула носом воздух, ощутив его колебания, будто оценивая мужчину на вкус и запах. Запах свежести и чего-то терпко-древесного. Не мерзкий, как я этого ожидала, а вполне приятный запах.

Лишь услышав шелест тяжелых портьер, поняла, что мужчина прошел мимо меня. Обернувшись вслед, я смотрела на его силуэт, невольно оценивая узкие бедра и от того казавшуюся неимоверно широкой спину. В этот момент я даже позабыла, что мне нужно его бояться, а не любоваться им. Драг шире распахнул створки окна, впуская в комнату больше прохладного воздуха, напоенного ароматами сада, яблок и цветов.

Повернувшись ко мне лицом, он буквально сел на подоконник. Я невольно отметила, что ему гораздо комфортнее держать больную ногу на весу. Эта картина напомнила мне о том, зачем я появилась в этом замке.

— Я готова отдать вам силу, текущую во мне, в обмен на помощь. Если я не ошибаюсь, вливание магии Вам сейчас не помешает.

Мне очень хотелось, чтобы мой голос звучал уверенно и убедительно. Но мужчина насмешливо, будто улыбаясь, проговорил:

— Не ошибаешься. И я помогу тебе… вам. Но сначала…

Я вздрогнула, когда драг протянул мне руку. Предрассветные лучи светили ему в спину, не позволяя мне рассмотреть его лицо. Но что-то подсказывало мне, что улыбка так и не сошла с его губ.

— Сначала? — напомнила ему, сделав вид, что не заметила протянутую мне ладонь.

— Сначала я должен попробовать на вкус твою магию, Найтири. Тебя ведь зовут Найтири, я не ошибся?