— В море⁈ — вырвалось у меня, и первым же делом мне подумалось о том, что: — Ань! Ты их реально с платформы выкинула⁈ Ну я же говорил, что бригаду к тебе отправлю, и что они будут…

— Да никого я не выбрасывала, — нахмурилась сестра. — Они сами полезли.

Тут я подошёл к краю платформу, и присмотрелся чуть внимательней. Действительно. Будто красноголовые водомерки, внизу копошились гномики. В маленьких таких потешных гидрокостюмах с ластами и трубками, они плавали вокруг платформы. То тут, то там на глубине вспыхивали синие искры подводной сварки.

— А чего они там делают-то? — спросил я.

— Что-то укрепляют, — пожала плечами Аня. — Сказали, что пойдут снизу вверх. Дескать, если укрепить основание, платформа простоит века.

— Века? — уточнил я. — А зачем нам века?

— Я спросила точно также, — улыбнулась Аня. — Мне ответили, что пригодится, и дальше я спорить не стала. Ну… а что? Мы же тут семейный бренд делаем. Передадим потом дело наследникам, пускай между собой грызутся. Да и модно это в Венеции.

— Согласен, — сказал я. — И правда модно…

Ну вот и здорово. Ниссы озадачены и прекратили издеваться над честным венецианским народом. Я тем временем решил поработать по своему профилю. Как именно? Пройтись по производственным цехам и собрать всю негативную энергию, которая могла в них накопиться. Чтобы ощутить эманации, я активировал свой дар и обошёл платформу с баржей от и до. Собирал, впитывал, перерабатывал. Закончил в итоге часа через два, и уже собирался вернуться в «Марину», как вдруг зазвонил телефон.

— День добрый, синьор Вальмарано.

— Маринари! — в ответ я услышал настоящую панику. — У меня серьёзные проблемы!

— Что за проблемы? — спросил я, чувствуя, что спокойное завершение дня откладывается.

— Их две, — сказал префект. — Во-первых, бригада застройщиков вернулась. Они каким-то образом добывали доказательства того, что мурал ненастоящий, и через час собираются сносить дома.

— Понятно, — сказал я, уже обдумывая про себя план. — Разберёмся. А вторая проблема?

— Да тут… момент, — растерянно сказал Вальмарано. — Министр культуры Таджикистана прибыл. Теперь ищет меня, чтобы я проводил его к муралу.

— Вот как? А вы ему писали, что ли?

— Нет! Он сам прознал каким-то образом! Вылетел в Рим первым же рейсом, потом кучу времени ехал на машине, потом на лошади скакал, потом на велосипеде, и в итоге добрался до Венеции на самокате.

— Какая интересная жизнь у господина министра, — хохотнул я. — Не находите?

— Да я и сам удивился! — ответил Вальмарано. — Подумал, что министр увлекается разным транспортом и пригласил его прогуляться на гондоле.

— Ладно, — сказал я. — С этим уж вы как-нибудь сами разбирайтесь, а насчёт строителей не переживайте. Я разберусь.

Повесив трубку, я уставился на морской горизонт и принялся обдумывать — что бы такого сделать в этот раз, чтобы остановить снос? Может, просто позвонить куда надо и гнусавым голосом сообщить, что здания заминированы? Ну… нет. Сиди потом в застенках и объясняй полиции, что действовал во благо города. Тут нужно что-то другое.

— О!

И тут меня осенило. Я вспомнил разговор двух гостей «Марины» несколько недель тому назад. Подслушал совершенно случайно, пока разбирался с бланком заказа на соседнем столике, но, помнится, остался сильно удивлён.

Но главное, что в разговоре том была подсказка к решению ситуации. Поэтому я быстро открыл поисковик, нашёл сайт актёров и аниматоров по вызову, и набрал номер. Что характерно, трубку взяли почти сразу.

— Мы согласны! — заорал мне в ухо мужской голос.

— Э-э-э… здравствуйте, — сперва я даже подумал, что это было сказано не мне. Может, человек общается с кем-то попутно. — Меня зовут Артуро Маринари, и мне нужна группа актёров на очень специфическую работу.

— Да! — и снова брызги необоснованного оптимизма. — Мы согласны!

А дальше я услышал крики целой толпы:

— Согласны! Мы согласны!

— Я что, на громкой связи? — уточнил я.

— Да! — ответил синьор секретарь. — Вы на громкой связи, а мы на всё согласны! У нас есть актёры на любой случай!

— Подождите-подождите, — перебил я. — Но вы ведь ещё не дослушали. Говорю же — работа специфическая. В районе Каннареджо хотят снести одно здание, и мне нужно…

— Да-да-да-да! Надо снести здание, снесём здание! Ребята, вы готовы ломать здание⁈

— Да-а-а-а!

— Только дайте отмашку, синьор Маринари, возьмём кувалды и выходим.

— Нет никакой отмашки! — крикнул я. — И ломать ничего не надо! Нам наоборот нужно защитить дома от сноса.

— Да плевать! Хоть ломать, хоть защищать! Возьмём с собой кувалды всё равно. Драться будем.

— Так…

Итого на то, чтобы донести свою мысль синьорам актёрам, у меня ушло не меньше получаса. Каждый раз, когда я пытался что-то объяснить, меня перебивали и кричали, что согласны на всё. Впору было разозлиться, но:

— Синьор, вы понимаете, — через вздох сказал секретарь, — мы ведь уже второй месяц без работы сидим. Что-то пошло не так в какой-то момент. Конкуренция, кризис, люди всё реже и реже заказывают актёров. Так что мы действительно готовы на всё что угодно, лишь бы получить ваш заказ.

— Ладно, — попытался успокоиться я. — Слушайте задачу. Только не перебивайте! Иначе я положу трубку.

— Слушаем, синьор Маринари…

Угроза сработала. Потому что дальше я смог быстро и чётко обрисовать техническое задание.

— Согласны?

— Да, синьор Маринари! Уже выезжаем!

— Стоп… а костюмы у вас есть?

— Ну конечно же! Всё сделаем в лучшем виде, не извольте сомневаться!

Такая уверенность подкупала и… расслабляла. Впервые с момента звонка Вальмарано я выдохнул. И подумал ещё: это будет интересно. Посмотрим, как строители отреагируют на то представление, которое я только что придумал…

Интерлюдия. Вальмарано

Синьор Вальмарано стоял на мостовой перед старым палаццо, которое вот-вот должны были снести, и с каждой секундой становился всё бледнее и бледнее. Руки дрожали, поджилки тряслись, а глаза префекта бегали по сторонам в поисках спасения. Бригада строителей, — двадцать человек в оранжевых касках и комбинезонах, — надвигалась на него будто ОПГ. На ходу поигрывая строительными молотками и расчехляя перфораторы, они негромко переговаривались между собой и поглядывали на здание с мрачным предвкушением дестроя.

— Нет! — заорал синьор Вальмарано, собравшись с духом, и вышел вперёд. — Я вам запрещаю! Это здание нельзя сносить!

— Плевать на твои запреты! — крикнул в ответ прораб, потрясая документами. — Разрешение получено! Всё законно!

Префект хотел было ответить что-то ещё, но не нашёлся. Так что вместо этого он лишь тихонечко прошептал:

— Где же Маринари? Почему так долго?

— Снесё-ё-ё-м! Ах-ха-ха-ха!!!

Не обращая на одиночный протест префекта никакого внимания, строители подошли вплотную к дому. Кто с молотом, кто с кувалдой, кто с ломиком. А один из рабочих, — самый огромный, — принёс с собой огромный чехол, в котором вполне мог уместиться контрабас. Раскрыв чехол, он достал из него чехол чуть поменьше. Затем из этого чехла достал ещё меньший, ещё, ещё, ещё, и наконец извлёк маленький, почти что игрушечный молоточек. Посмотрел на него, потом на здание, и громко расхохотался.

Вальмарано же понял, что всё. Конец. Впереди увольнение, потом суд и остаток жизни в тюремной камере. Однако тут весь окружающий шум перекрыл громкий властный голос:

— Я запрещаю вам ломать это здание именем Дожа Венецианской Республики!

Вместе со строителями, префект обернулся на крик и понял, что в нескольких метрах от него стоит Дож. Ну… то есть… человек в костюме Дожа. Однако что костюм, что грим были очень даже убедительны: шёлковая мантия, инкрустированная камнями смешная шапочка, золотая цепь.

— Ага, — кивнул прораб, а потом обернулся к своим рабочим. — Парни, ломайте…