Элиза ахнула и замерла, когда острые, твёрдые кончики впервые прокололи её плоть. Затем что-то произошло — всё её тело наполнилось удовольствием, таким сильным, что она едва могла его вынести. Это было похоже на оргазм за оргазмом, и она чувствовала, как Меррик тоже кончает вместе с ней. Горячие, сильные толчки глубоко внутри наполняли её лоно его семенем и заставляли кончать ещё сильнее, она задыхалась и выкрикивала его имя, пока невероятно сильные ощущения продолжались и продолжались…

«О боже, как хорошо! Не могу… не могу больше!» — подумала она, её спина выгнулась, когда Меррик двигался внутри неё, продолжая толкаться в неё, чтобы излить свое семя глубоко.

«Ты хочешь, чтобы я остановился?» — прошептал тихий, знакомый голос в её голове.

«Да… нет… я не знаю. Я просто не знаю, сколько ещё смогу выдержать!» — Элиза ответила ему, не задумываясь.

«Первый раз всегда такой интенсивный — по крайней мере, я так слышал. Никогда раньше не занимался связывающим сексом ни с кем».

«Нет, я думаю…»

— О! — Элиза громко ахнула. Её глаза распахнулись, и она посмотрела вверх, как только Меррик вытащил клыки из её шеи. — Меррик, — прошептала она дрожащим голосом. — Ты только что…

— Говорил в твоей голове? — Он усмехнулся ей, его глаза всё ещё были томными от желания. — Да, похоже на то.

— И ты слышал меня… правда? — Элиза требовательно спросила.

Он кивнул.

— Громко и ясно, детка.

— Так значит… значит ли это… — Она была почти напугана, чтобы надеяться. — Вернулась ли наша связь?

— Не так, как раньше, — сказал Меррик, нахмурившись.

— О. — Элиза была расстроена. — О, тогда…

— Лучше, чем раньше, — усмехнулся он. — Сейчас у нас здоровая связь, я готов поклясться в этом. Хотя нам, наверное, стоит показаться Сильвану, просто чтобы перестраховаться.

— Но… но я не понимаю, — неуверенно произнесла Элиза. — Как такое могло произойти? Я думала, с тобой, как с гибридом…

Меррик пожал плечами.

— Не знаю. Может, это дар богини.

Элиза нахмурилась.

— Я думала, ты не веришь в богиню. Или, по крайней мере, не особо её жалуешь.

— Это было раньше, — серьёзно сказал он. — Как думаешь, кто исцелил меня и вернул к тебе, детка?

— О. — Элиза кивнула, понимая. — Тогда мы должны поблагодарить её!

— Мы и благодарим, по-своему. — Его бёдра совершали глубокие толчки, заставляя её ахнуть и напоминая, что они всё ещё соединены. — Богиня довольна удовольствием тех, кого она соединяет, — прошептал он, улыбаясь. — И она определённо предназначила тебя для меня.

— И тебя для меня, — сказала Элиза, задыхаясь. — Навсегда.

— Да, детка. — Он поцеловал её, а затем сделал ещё один долгий, глубокий толчок. — И навсегда начинается прямо сейчас.

— Итак, я наконец поняла, что замышляла Минверна, — Надия нахмурилась, и это обеспокоило Лиссу.

— Что она замышляла? — спросила Лисса, осторожно идя по длинной извилистой дороге к храму, спрятанному внутри священной горы.

Хотя она провела в Первом Мире три года, тёмная извилистая тропа всё ещё могла сбить её с толку, если не быть осторожной.

— Она… Ой! — Надия споткнулась, и Лисса едва успела схватить её за руку.

— Будь осторожна, моя госпожа!

— Спасибо. — Надия потёрла голень. — Я не понимаю, почему мы должны держать путь к храму таким тёмным, — пожаловалась она. — Это настоящая угроза безопасности.

— Раньше на стенах были светильники, освещавшие путь, — сказала Лисса. — Но они перегорели, и Минверна не стала их менять. Она всегда говорила, что путь к просветлению должен быть тёмным, чтобы паломники, приходившие к нам, могли лучше оценить красоту храма. — Она прочистила горло. — Но думаю, что она просто не хотела тратить кредиты на их замену.

— Это похоже на то, что я выяснила о ней, — мрачно произнесла Надия.

— Что ты выяснила? — Лисса хотела знать. К этому моменту они уже свернули с извилистой дороги и вошли в огромную естественную пещеру, в которой находился храм.

— Мы уже на месте, — объявила Надия, кивая на многочисленные ступени храма, которые вели к престолу мудрости. — Я скажу тебе, когда расскажу всем остальным. Раст тоже должен знать. И, конечно, Сейбер.

— Сейбер? — Сердце Лиссы забилось вдвое быстрее. — Он всё ещё здесь? Я… я думала, что он вернётся в Тарсию сегодня.

— Он остался по просьбе Раста. Мы всё ещё обсуждаем, что делать с Дрейвеном, и, поскольку Раст привязан к Первому Миру, ему нужен кто-то ещё, кто мог бы выступать в качестве посла к материнскому кораблю Киндредов. Общение по видеосвязи — это замечательно, но оно может быть нестабильным на таком расстоянии. И Раст хочет, чтобы кто-то был там лично, чтобы оценить реакцию Совета Киндредов.

— Понятно, — Лисса смотрела себе под ноги, пока они поднимались по ступеням. — Интересно, как Совет Киндредов отнесётся к тому, что один из изгнанных Тач-Киндредов служит послом на материнском корабле?

Надия пожала плечами.

— Раст говорит, им придётся смириться. У него нет никого другого, кого можно было бы отправить, и Сейберу он доверяет. Здесь не так много мужчин, знаешь ли, и они с твоим, э-э, братом действительно «нашли общий язык», как говорит моя подруга София.

— Они дерутся? — спросила Лисса, ужаснувшись. — Это какой-то мужской ритуал сближения?

Надия рассмеялась.

— Нет, нет — это выражение означает, что они сразу поладили. Им нравится общество друг друга.

— О, — Лисса почувствовала облегчение. — Понятно.

Они молча поднимались по ступеням несколько мгновений, и Лисса не сводила глаз со ступеней, уходивших всё выше, будто стараясь не споткнуться. На самом деле она поднималась по ним так часто, что могла бы справиться с лестницей храма даже с завязанными глазами, но не хотела рисковать и встретиться взглядом с Сейбером, когда они достигнут вершины помоста.

Они не разговаривали с того неловкого случая в её комнате, когда член его команды застал их держащимися за руки, и Лисса хотела, чтобы так всё и оставалось. Касаться Сейбера — просить его о прикосновении — было ужасно неправильно. Она ругала себя за своё неподобающее поведение и пыталась выбросить этот случай из головы, но всё равно не могла забыть тепло его рук.

«Я не совершу ту же ошибку дважды», — строго сказала она себе. Будет лучше, если он просто улетит на Тарсию, и они больше никогда не увидятся.

От этой мысли у неё сжалось сердце, но она знала, что это правда. Лучше, чтобы Сейбер был на другом конце вселенной, чем поддаваться ужасному искушению нарушить запреты, которое она испытывала в его присутствии.

— Уф-ф — столько ступеней! — пробормотала Надия наконец. — Мне не нужно беспокоиться о фигуре здесь — по крайней мере, пока нам приходится каждый день подниматься и спускаться по этим ступеням.

— Похоже на то, — ответила Лисса, всё ещё глядя вниз. Но в следующий момент она была вынуждена поднять взгляд.

— Лизел, Надия. Верховная жрица Лисса, добро пожаловать, — глубокий голос Раста наполнил зал.

— Советник. — Лисса поклонилась и выпрямилась, направив свой взгляд на престол мудрости, где он сидел с распростёртыми радужными крыльями и Глазом Прозрения в руке. Престол мудрости находился на возвышении, и Надии пришлось подняться по ещё нескольким ступеням, чтобы встать рядом со своим супругом.

Сейбер терпеливо стоял слева от трона, глядя вверх с невыразительным выражением на красивом лице. Лисса встала справа, стараясь держаться на безопасном расстоянии от него.

— Я созвал вас всех на военный совет, — сказал советник Раст, его истинно-зелёные глаза сверкали. — Мы получили известие с материнского корабля, что Дрейвен напал на другого Киндреда — Меррика, гибрида, который недавно был здесь с паломничеством.

— О нет! — Лисса прижала руку ко рту.

— Кто-нибудь пострадал? Разве он не путешествовал с последней жертвой всеотца? — спросила Надия.

— Элизой. Да, им удалось сбежать — едва, — мрачно сказал Раст. — Очевидно, Дрейвен пытается заполучить генератор червоточины — корабль, который может создавать разрывы в пространственно-временном континууме по своему желанию.