— Я был не готов, когда ты появилась. Я просто не знал, что мне с тобой делать. Ты была всем, что противоречит моей привычной жизни. Ты со мной спорила, ты не смотрела на меня как на истинного, тебе не нужны были мои подарки. Ты. Была. Другой. До твоего появления в моей жизни были иные цели, и угождать, и добиваться женщину в мои планы не входило. Тогда для меня ты не была особенной. Просто потому, что я ничего не ощущал, кроме дикого желания обладать тобой и твоим телом. Я злился. Всё, о чём я мог думать, что Боги надо мной издеваются. Кроме того, даже если не брать в расчёт нашу истинность, ты невероятна красива. Я хотел тебя так сильно, что не мог ни спать, ни есть и не понимал, почему ты сопротивляешься мне, хотя на твоём месте мечтают оказаться многие. Каждый раз, когда я оставался с тобой, я только и думал о том моменте, когда ты окажешься подо мной и будешь просить меня о большем — произносит он. Взгляд Геральта меняется, становится теплым и нежным — Это непросто понять, но впервые в моей жизни наступил момент, когда я ничего не контролировал. В том числе и моего зверя. Я испугался, Саша — едва слышно произносит он и прищуривается, когда ловит мой взгляд — Когда у меня появилась истинная, я почувствовал, что теперь я не один и несу за тебя ответственность. С тех пор как отца не стало, моя жизнь для меня не имеет ценности. Я ни дня своей жизни не был в покое и мире. Я жил в борьбе. С драконами за свою территорию, с самим собой. Я привык воевать и бороться, доказывать, что я силен и меня не победить, но бороться с той, кто дана мне во благо… Я был слеп в самом начале, когда по привычке стал бороться и с тобой. Я просто не знал, как может быть по-другому, и я испугался. Мне очень жаль, что я обижал тебя. Я не хотел никого впускать в свою жизнь, потому что знал, что она однажды оборвётся. Всякий раз, когда я уходил на прорыв, он мог стать для меня последним. Потому что помимо моего поместья и всех его обитателей в моменты атак я нес ответственность за своё королевство, за его мир и покой. И я за своё королевство бы умер.

Геральт замолкает, и какое-то время тишину между нами разбавляют звуки вокруг. Я молчу, даже пошевелиться боюсь, чтобы не спугнуть его желание быть со мной откровенным.

— Боги никогда не делают ничего просто так. Ни твоё появление, ни рождение Эйды. Однако если с Эйдой все хорошо сложилось, то с тобой я их выбор не хотел принимать, потому что я не хотел жить, Саша. Моя жизнь была серой, пустой и наполненной запахом гари, металла и крови. В ней не было вкуса хлеба, запахов цветов и голубого неба. С твоим появлением мир вокруг меня стал цветным. Я был с тобой не совсем честен. Я забрал Эйду, потому что в ней видел продолжение рода Фелторн. После моей смерти в её детях осталась бы сила и кровь моего рода без которых падёт королевство Эльмор. Айсгар не знал, что был моим наследником и в случае моей гибели на прорыве стал бы единственным главой поместья и рудников. Также он был в праве выбрать для Эйды жениха или жениться на ней сам, чтобы распоряжаться и частью её наследства. Всё изменилось, когда меня ранили орки. Я был чертовски слеп, когда доверял ему. Я больше не хочу умирать. Я хочу жить. Жить с тобой. Однажды взять на руки нашего сына. Но мой мир вот-вот падет, королевство, в котором король обезумел, сломается и с треском провалится в пропасть. Мы останемся на руинах, потеряем всё, и нам придётся строить наш мир заново. Борьба и огонь — вот что сулит скорое будущее. Король обезумел, а с таким генералом, как Ортедес, Эльмор неизбежно падет. Весь восток королевства охвачен огнём противостояний. Драконы не верят в своего правителя и требуют его свержения. Впереди со мной не будет спокойно, но я просто обязан спросить. Останешься ли ты со мной? Или хочешь уйти?

Я ничего не отвечаю. Но только потому, что каждое слово Геральта оседает во мне, медленно находя понимание.

— Что случилось на встрече с королём? — спрашиваю едва слышно, но знаю, Геральт меня слышит.

— Я больше не генерал. Меня сделали обычным солдатом, а значит, Саша в любой момент призовут. Заберут туда, где страшнее всего, чтобы избавиться. Рядом с королем я остался единственным сильным драконом. То, что я почувствовал, заставляет меня подумать о том, что они сделают всё, чтобы от меня избавиться.

— Я должна уйти, потому что ты больше не генерал? У тебя нет власти меня защитить?

— Мне не нужна никакая власть, чтобы защитить свою женщину. Как бы там ни было, я на данный единственный сильнейший дракон в Эльмор. Мой король отравлен ложью Ортедеса. Он безумен в своём страхе потерять трон, и я видел, чувствовал, как он видит во мне соперника. Сила и мощь, что прежде была у моего короля, истлела. Магия иномирянок лишь поддерживает его, потому он боится лишиться трона. Айрон Вотерфор сейчас в королевстве людей. Макгил ранен настолько, что никогда больше не обернется в дракона, а Ортедес не обладает и половиной моей силы.

— Чтобы ослабить тебя, они станут использовать меня? Я твоя единственная слабость?

— Они думают именно так, Саша. Но ты моя сила, потому что я не хочу умирать ради тебя. Я хочу ради тебя жить. Но сейчас ты вольна от меня отказаться. Просто скажи, что не хочешь бороться, что не хочешь тонуть в противостоянии, и я сделаю всё, чтобы спрятать тебя в Равенхейм. У меня всё ещё есть ценности, которые новый правитель королевства людей примет за твою защиту. Я стою перед тобой, борясь со своим зверем и со своей природой, потому что он желает только одного: схватить тебя и спрятать не зависимо оттого, что при этом желаешь ты. Но я больше не стану действовать с тобой через силу. Если ты останешься, то я обеспечу тебе защиту и буду биться, используя все свои силы, чтобы тебя защитить. Но при условии, что ты сама того желаешь. Не торопись — он поднимает руку, когда я хочу заговорить — Я хочу, чтобы ты хорошо подумала.

— Ты не один растерялся, когда между нами появилась истинность. Я ведь так и не стала частью этого мира и наивно полагала, что смогу спокойно прожить здесь, ощущая себя прежней. Я не отпускала прошлое. Мы оба прошли непростой путь, и если моя сила дана была мне, чтобы спасти твою жизнь, то я ни о чём не жалею. Моя сила не в магии, а вот здесь — произношу и прикладываю руку в груди. — К тому же я уже выбирала свой путь и решила остаться с тобой. — замолкаю и прочищаю горло — Пришло моё время спросить у тебя чего хочешь ты, Геральт? Позволить драконьему королевству пасть или бороться за его спасение? Я не хочу уходить к людям и не хочу просить тебя оставить Эльмор. В Равенхейм драконам не будет места, как нет места в королевстве драконов обычному человеку. Чтобы не приготовили нам твою … наши Боги, я верю, что мы сможем это преодолеть.

— Ты сказала драконам? — Геральт вопросительно поднимает бровь и наклоняется, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Драконам — подтверждаю и делаю шаг к Геральту. А затем опускаю руку на живот — Я беременна.

Глава 40

То, что Саша беременна я понял не сразу.

Даже когда она это озвучила я услышал словно сквозь толщу воды.

Сделал шаг назад, потому что по ощущениям меня будто приложили по голове чем-то тяжелым, и я застыл. Пока осознавал сказанное ею в голове роились разные мысли и страхи и самый главный, что сейчас не самый простой момент, а Саша теперь не наполнена магией.

Я испугался. Всего на мгновение меня одолел страх, что я могу потерять её. Но теперь ведь не только её.

То, что сказал король эхом ударило с такой силой, что захотелось зажмуриться.

Благодать моего рода, сила и магия всех драконов Фелторн будет сконцентрирована в моём сыне или дочери и сможет ли Саша выдержать это и взрастить?

Я уже знал, что она сильна. Оказаться в чужом мире, не уступить мне несмотря на то, что я давил и остаться собой этого дорого стоит. Я горжусь, что она не сдалась. И уверен, что ещё слишком мало знаю о силе, что скрывается внутри этой женщины.

Невероятная мысль появилась у меня в голове, что мужчины моего мира в самом деле непросто недооценивают женщин, а в упор не видят их внутреннюю силу.