Шесть скелетов-лучников восьмого уровня. Двое — в стандартном шмоте, в котором появились при найме. Четверо — в добротном купленном снаряжении, с уникальными достижениями за рейд.

Ещё двое скелетов-лучников одиннадцатого, тоже с уникальными достижениями. Они являлись моей главной ударной силой. Единственное, что напрягало, — короткие дистанции подземелья. Куча препятствий, закоулков и извилистых ходов сводила на нет главное преимущество лучников: дальность стрельбы. Здесь, в тесноте каменных залов, они могли сделать всего несколько выстрелов до того, как враг сблизится.

Ну и толпа рудокопов и мясников, которые годились разве что на активацию ловушек. Хотя нельзя забывать про «Подарок из разделочной» — теоретически мясники могли хорошо подгадить игрокам. Но в любом случае им лучше держаться позади, за спинами остальных скелетов, поджидая удачного момента.

На остаток ресурсов я заказал усиление существующих ловушек до максимально доступного уровня. Плиты теперь охватывали большую площадь, наносили больше урона, оглушали на более длительный срок. «Кровавая пентаграмма» получила дополнительный уровень: накладывала более сильные дебаффы на более долгое время. На все улучшения ловушек средств не хватило, но скелеты продолжали добывать руду. Если нападение задержится, возможно, успею усилить что-то ещё.

Комнаты в подземелье я в очередной раз перемешал — просто на всякий случай. Теперь комнаты были выстроены в один длинный ряд. Первыми шли несколько разделочных цехов, потом рудные залы и кладбища, и только затем ловушки. Пусть игроки идут спокойно, теряют бдительность. Первой ловушкой — плита. За ней — Кровавая пентаграмма. Затем остальные плиты. Если опять войдёт группа, знакомая с прежней структурой подземелья — тот же отряд Ковальски, например, что вполне возможно, ведь я слил одного из игроков его клана в своём рейде, — они не смогут воспользоваться старым опытом.

Склеп Дальнего Пути оставил последним — кто знает, могут ли игроки разрушить его или как-то повредить? Потраченных средств было жалко, поэтому я поставил его предпоследним. Сразу за ним — комната с сокровищами.

Рудокопы добывали руду, в готовности отступить и занять свои места по первой команде. Стражи стояли у зала с Кровавой пентаграммой. Замысел был прост: ударить, когда враг окажется под дебаффами. Лучники — за их спинами. Возле лучников — кучка мясников с внутренностями наготове. Если понадобится — пожертвуют собой, прикрывая стрелков, дав им несколько драгоценных мгновений для отступления, или же они бросят «Подарок из разделочной» в самую плотную цель, снижая ей характеристики.

Я ещё раз облетел подземелье. Вроде к встрече гостей готов.

В груди разливалось странное чувство — лёгкий мандраж, приятное волнение, какое бывает перед серьёзным боем. Я давно не испытывал ничего подобного. В прошлой жизни это чувство приходило перед рейдами, перед PvP-дуэлями, перед важными битвами. Сердце словно начинало биться чаще. Прозрачные пальцы чуть подрагивали, и я сжимал их в кулаки, пытаясь унять дрожь. Не страх. Предвкушение.

Ну что же. Добро пожаловать. Мы готовы.

Интерлюдия. Глава клана «Серебряные Клинки»

Алина шагала впереди своего отряда, и каждый шаг давался ей с трудом. После стычки с тремя наглецами из «Золотого Легиона» она почти убедила себя, что пронесло. Что эти трое — просто случайный дозор, которому лень связываться. Что дорога к подземелью свободна.

Она ошибалась.

Едва отряд достиг границы Мёртвой Пади, как из-за чёрных деревьев, из оврагов и ложбин, выступили игроки. Не трое. Двадцать. Все семидесятого-восьмидесятого уровней. Редкий шмот, зачарованное оружие, слаженный строй. Они явно ждали. На лицах — ухмылки, насмешливые взгляды.

У Алины сердце провалилось куда-то в живот. Это уже не три случайных игрока, которых можно было задавить числом. Тут — слаженный отряд, закалённый не в одной битве. Самый слабый из них в два раза старше уровнем, чем самый сильный в её клане. Тут без шансов.

По спине бежала дрожь, но девушка, скрывая страх, упрямо шагала вперёд. Её бойцы, помрачнев, потянулись следом.

— Стой, — лениво обронил один из игроков, шагнув вперёд.

Он был выше остальных на голову и носил доспех, который Алина опознала сразу: редкий комплект «Грозовой Вспышки». Ник — Ланцелот, восемьдесят второй уровень, лидер этого отряда. За спиной торчат рукоятки двух зачарованных клинков. Руки были скрещены на груди, а на губах играет снисходительная усмешка.

— По какому праву вы охотитесь в наших землях? — Алина очень надеялась, что дрожь в её голосе не слышна.

— По какому праву? — Ланцелот пожал плечами, словно ответ был очевиден. — По праву сильного.

Алина задохнулась от возмущения, не в силах подобрать слова. Её пальцы сжались на рукоятях ятаганов до белых костяшек. Вместо этого она просто произнесла, надеясь, что это звучит как требование, а не просьба:

— Пропустите нас к подземелью.

— Нет, — так же просто ответил Ланцелот.

Алина беспомощно оглянулась. За спиной стояли её люди — пятьдесят человек. Они ждали. Они смотрели на неё. Они верили, что она знает, что делать. Она — лидер. Она — глава клана.

Несколько мгновений поединка взглядов.

Спокойный, взвешенный, полный уверенности в себе взгляд Ланцелота. И бешеный, наполненный яростью и искрами взгляд Вайшрави.

— Это земли моего клана, — процедила наконец Алина. — Деревня Гнилой Луг — наша. Лес вокруг — наш. И подземелье — тоже наше. Вы не имеете права нас не пускать.

Ланцелот посмотрел на неё с лёгким интересом.

— Слушай сюда, девочка, — произнёс он. — Мне плевать, чья это деревня. Мне плевать, чей это лес. И уж тем более мне плевать, твоё это подземелье или нет. У моего клана тут интерес. С этого момента здесь работаем мы. Вы — уходите. Просто. Без обид. Без последствий. Собирайте своих людей и возвращайтесь в деревню.

Алина стиснула зубы. Каждое слово било наотмашь, но она заставляла себя стоять ровно.

— А если я не соглашусь?

— Тогда, — Ланцелот лениво кивнул на стоящих за его спиной игроков, — мои ребята разомнутся. Двадцать против пятидесяти — не так уж и много, верно? Но ты же понимаешь, что уровни решают. Твои полягут за пару минут. А потом мы придём в Гнилой Луг, и я лично снесу там всё, что вы там строили. Поняла?

Он говорил спокойно, без угрозы в голосе, просто констатируя факт. И от этого было ещё страшнее.

Алина молчала. В висках стучало. Она перевела взгляд на его отряд двадцать игроков, каждый из которых в одиночку стоил десятка её бойцов. Перевела взгляд на своих — полсотни человек, которые ждали её решения.

— Хорошо, — произнесла она, и голос прозвучал глухо, словно чужой. — Мы уходим.

Ланцелот удовлетворённо кивнул.

— Вот и умница. Рад, что мы поняли друг друга.

Он развернулся и зашагал обратно к своему отряду. Алина проводила его взглядом, чувствуя, как внутри закипает смесь ярости и бессилия.

— Разворачиваемся, — бросила она своим, не оборачиваясь. — Обратно в деревню.

Алина шла на ватных ногах, слушая поднявшийся за спиной ропот. Сперва тихий, потом громче. Отдельные голоса прорывались сквозь общий гул: «Серьёзно?», «Нас просто послали, и мы уходим?».

«Идиоты, — сжав зубы, процедила Алина про себя. — Они не понимают. Если мы развяжем войну с „Золотым Легионом“ — нам конец. Да, мы можем сейчас начать бой и слиться все до единого. Клановая война — это интересно, это круто, приключение. Только и без того на ладан дышащему клану тогда конец. Легиону даже не нужно будет напрягаться, чтобы уничтожить нас. Пара рейдов, переманивание игроков, экономическая блокада — и от „Серебряных Клинков“ останется только название в хрониках Этернума. И то, если найдётся свободная строчка, чтобы хотя бы упомянуть».