Хотя какие, к чёрту, могут быть сомнения? Эти пришли не за рудой. Если бы целью был грабёж, он мог бы отсидеться в кладбище воинов, дождаться, пока они опустошат сундук и уйдут. Но они дали понять, зачем они тут. Будут обыскивать каждый угол и найдут в любом случае. Значит, больше шансов будет, если он вступит в бой не один, а при поддержки остальных миньонов.

Ладно… Искали багнутого моба? Сейчас я вам его покажу…

Повинуясь мысленной команде, ополченец вышел из укрытия и занял место позади основных сил. Топор «Яростного Ветра» лёг на плечо, синяя аура доспеха тускло мерцала в темноте.

Группа игроков тем временем подошла к нашему залу. Танк снова вошёл первым, и снова Харт запустил шар обзора. Тот неторопливо поплыл вперёд, подсвечивая замерших в ожидании приказа об атаке скелетов.

Не дожидаясь реакции врага, по моей команде миньоны бросились вперёд. Костяной строй — восемь рудокопов, два мясника и ополченец без брони во главе — громко топая костяными ногами, устремился в бой. Скелет в редком сете держался позади, шагах в десяти. Я хотел, чтобы игроки сначала ввязались в схватку, потратили умения, отвлеклись на мелочь, а уж потом на них обрушилась бы моя главная ударная сила. Классическая тактика засады — дать врагу увязнуть и ударить в самый неудобный для него момент.

Но всё пошло не по плану с самого начала.

Едва рудокопы и мясники приблизились к танку на дистанцию удара, тот сделал короткий, почти незаметный жест щитом — удар краем о землю, — и от него во все стороны разошлась едва видимая золотистая волна. Массовый агр. Все мои миньоны в радиусе действия разом, как по команде, забыли о моих приказах и переключились на танка.

— Держу! — рявкнул он, упираясь ногами в камень и принимая на щит град ударов.

Кирки застучали по стали, эхо ударов глухо разнеслось по подземелью. Мясники рубили тесаками, ополченец без брони бил ржавым клинком. Всё без толку. Абсолютное большинство ударов попадало в щит. Танк стоял как скала. Его полоска здоровья едва заметно дёргалась, но тут же возвращалась к ста процентам — два хилера работали синхронно, мгновенно перекрывая любой урон.

Я мысленно выругался. Массовый агр — довольно редкое умение. Его можно изучить на десятом уровне, да, но для этого нужна книга, которая падает с мобов двадцать пятого-тридцатого уровней. Падает редко, на рынке стоит дорого. Новичку такое не по карману, да и не нужно, обычно на таком уровне вытягивают по одному мобу, а не сразу толпу. А вот клану, собирающему группу для фарма социальных мобов, — в самый раз. Очевидно, парням помогли с экипировкой и навыками.

Ладно. Раз мои миньоны теперь бесполезны, настало время действовать самому.

Одержимость.

Мир свернулся в точку, сжался до яркой вспышки и развернулся заново. Я был в теле ополченца. Тяжесть доспехов легла на плечи привычным грузом. Топор «Яростного Ветра» удобно устроился в руках. Я повёл плечами, разминая костяное тело, и шагнул вперёд, готовый обрушиться на врага.

Пока танк разбирается с моими скелетами, я могу зайти с фланга, ударить по хилерам или…

Стоп.

А где мои скелеты?

Перед танком, всего в нескольких шагах от него, на полу лежала груда костей. Даже не груда — целая баррикада из расколотых черепов, обломанных рёбер, отрубленных костяных конечностей. Рудокопы. Мясники. Все до единого. От отряда, который секунду назад сжимал танка в кольцо, не осталось ничего. Только куски костей.

Алебардисты.

Они стояли по бокам от танка, опустив своё оружие. Широкие лезвия алебард были усеяны костяной крошкой. Они провернули всё идеально: едва танк собрал на себя моих миньонов массовым агром, игроки сделали шаг вперёд и активировали свои массовые умения одновременно. Несколько круговых ударов — и от моего войска не осталось ничего.

В живых был только второй ополченец. Он смог пережить шквал ударов благодаря более высокому здоровью и защите. Но в каком состоянии! Одной руки не было — её отрубили по локоть, и из обрубка сочился тусклый зеленоватый свет. Он хромал, волоча повреждённую ногу, и всё ещё пытался обойти танка с фланга. Долго он не протянет — ещё пара секунд, и алебарды добьют его, как добили остальных.

Я щёлкнул челюстью от ярости — костяной звук получился резким, скрежещущим, — и бросился вперёд.

План провалился. Войска больше нет. Но есть я. И топор, который ещё не пробовал крови этих самоуверенных ублюдков.

Я летел как ветер предвкушении боя раскручивая в руках топор «Яростного Ветра». Синяя аура лезвия оставляла в воздухе тусклый светящийся след.

— Вон он! Готовность! — скомандовал гном, указав на меня топором. Он, до сих пор так и не вступил в бой, держась за спинами остальных.

Танк чуть развернул щит, прикрывая корпус. Алебардисты, только что добившие последнего ополченца, начали перестраиваться, заходя с флангов. Гном с молотом шагнул вперёд, перехватывая своё оружие обеими руками. Хилеры синхронно отступили на шаг, держа дистанцию. Харт взмахнул руками, накладывая на всю группу заклинание ускоренной регенерации.

Они ждали. И были готовы.

По команде гнома Гром медленно двинул вперёд, встречая меня.

Я поймал его взгляд. Спокойный, уверенный в себе — взгляд человека, который просто делает хорошо знакомую работу.

Тем временем алебардисты, пользуясь длинной своего оружия, атаковали с дистанции.

Первый сделал выпад — широкий, размашистый, целясь мне в корпус. Я ушёл в сторону, пропуская лезвие в сантиметре от наплечника.

Второй игрок атаковал сбоку, пытаясь подрубить ноги. Я подпрыгнул, пропуская удар под собой, и приземлился уже в развороте, вкладывая всю массу костяного тела в горизонтальный удар. Топор рассёк воздух и врезался прямо в щит Грома.

По подземелью раскатился глухой гул.

Я собирался было обойти медленного танка с боку, но тот не дал мне такой возможности.

— Стоять! — заорал он, активируя в меня агр.

Алая вспышка сверкнула мне прямо в глаза. Я почувствовал, как невидимая сила пытается развернуть меня, заставить атаковать танка, забыть о целителе.

«Агр всего лишь второго уровня, действует недолго, секунды три… Откат около пятнадцати… — пронеслось у меня в голове. Массовый ещё тоже не откатился. — А значит, за эти три секунды, что я вынужден атаковать танка, моя задача — пробиться через щит и наложить на него „Истощение“. Тогда пятнадцать секунд отката превратятся в тридцать…»

Но эти три секунды тянулись словно целая вечность!

Я по-прежнему скованный агром был вынужден атаковать в лоб — бил по щиту, не нанося почти никакого урона, но в то же время ни на секунду не прекращая движения. Параллельно с атакой каким-то чудом уклонялся от алебард, которые свистели слева и справа, рассекая воздух в сантиметрах от моего тела. Каждый замах противника я фиксировал боковым зрением, просчитывал траекторию следующего удара и смещался ровно настолько, чтобы лезвие прошло мимо. Краем глаза примечал гнома — тот обходил поле боя по широкой дуге, явно намереваясь зайти в спину и обрушить свой молот на мой затылок.

Наконец агр истёк. Сила, заставлявшая меня тупо молотить танка, исчезла. Я снова владел каждым суставом своего костяного тела. Не раздумывая ни секунды, я сделал то, чего ни мог до этого сделать никогда в жизни — ни в реальной, ни в виртуальной. Финт, который я сотни раз пытался освоить на тренировках по историческому фехтованию, который я десятки раз пробовал в пвп, но который никогда мне не давался ни в жизни, ни в игре. Тренер говорил: «Не хватает чувства тела, Сергей. Ты думаешь, а надо чувствовать». Тогда я не понимал. А сейчас — понял.

Резкий шаг вперёд, прямо на танка. Он выставил щит, ожидая лобового удара. Я перенёс вес на левую ногу, развернул корпус вправо — ложный замах. Танк повёл щитом, прикрываясь. В этот момент я вместо удара опёрся рукой о край его щита, толкнулся и, используя его же защиту как точку опоры, перебросил себя через его плечо. Костяное тело сложилось в неестественном для живого существа пируэте, доспех лязгнул, и я приземлился у него за спиной — прямо среди строя алебардистов.