Анна сжала кулон в ладони и кивнула.

Когда леди Иридия ушла, она села на кровать и долго смотрела на кулон. Маленький серебряный дракон смотрел на неё сапфировым глазом, и ей казалось, что он улыбается.

Она получила ответы на все свои вопросы. Торвальд любил её. Он хотел жениться. Его семья приняла её. Всё, о чём она боялась даже мечтать, стало реальностью. И впереди была новая жизнь — не менее сложная, но гораздо более счастливая.

— Мама, — прошептала Анна, глядя в темнеющее небо за окном, — видела бы ты меня сейчас. Я справилась.

Звёзды над Драконьим Пиком молчаливо мерцали в ответ. И где-то внизу, в долине, в маленьком доме на окраине Мейнхолла, спал маленький мальчик, который завтра узнает, что у него скоро появится не только дядя, но и папа. А в соседней комнате замка мирно дремали скелет и летучая мышь, совершенно не подозревая, что их хозяйка только что стала невестой дракона.

Анна улыбнулась, надела кулон на шею и закрыла глаза. Завтра будет новый день. И она встретит его с радостью.

Подготовка к свадьбе началась на следующее утро после возвращения из Драконьего Пика. Анна, едва переступив порог офиса, собрала всю команду и объявила:

— У нас новый проект. Самый важный. Моя свадьба.

Лира взвизгнула и захлопала в ладоши. Томас просиял. Грегор-младший немедленно начал прикидывать, какие материалы понадобятся для оформления зала. Костик, услышав слово «свадьба», радостно защёлкал челюстью и уронил стопку бумаг. Мисти, сидевшая на шкафу, проснулась и перелетела на плечо Анны, всем своим видом показывая, что она тоже в деле. Торвальд стоял в дверях, скрестив руки на груди, и улыбался.

— Я так понимаю, мне в этом проекте отведена роль жениха? — уточнил он.

— Да, — кивнула Анна, не отрываясь от списка. — И твоя задача — не мешать. У нас два месяца.

Место для церемонии выбрали сразу. Леди Селена, узнав о помолвке, прислала магического вестника: «Драконий Пик ждёт. Большой Зал не использовался для торжеств сто лет. Приезжайте и сделайте всё, что сочтёте нужным». Анна, прочитав это, тут же отправила ответ: «Будем через неделю». Большой Зал, который не использовался сто лет, — это был вызов, достойный её фирмы. Она взяла с собой Лиру, Томаса, Грегора-младшего и, разумеется, Костика. Торвальда она оставила в Мейнхолле — заниматься текущими заказами и не путаться под ногами.

Большой Зал Драконьего Пика оказался именно таким, каким Анна его представляла: огромным, с высоченными сводами, украшенными древними фресками. Фрески изображали драконов в полёте, но краски потускнели, а кое-где штукатурка осыпалась. Анна ходила по залу, делала пометки в блокноте и уже видела, каким он станет. Серебристые драпировки на стенах. Гирлянды из живых цветов вдоль колонн. Мягкое лунное освещение — её фирменный стиль, — но с добавлением тёплых золотых акцентов, чтобы смягчить холодную драконью эстетику.

— Вот здесь будет алтарь, — она указала на возвышение в центре зала. — А здесь — арка из лунных лилий. Элара обещала помочь с цветами.

— А здесь будет стоять Костик и ронять вазу, — добавила Лира, и все рассмеялись. Костик, который как раз держал вазу, обиженно клацнул челюстью, но вазу поставил.

Работа закипела. Бригада Анны трудилась без выходных, а помогала им целая армия скелетов, которых прислал лорд ван Дерр. Некромант, узнав о свадьбе, не только предоставил рабочую силу, но и пообещал лично присутствовать на церемонии. «Я должен увидеть, как моя лучшая служанка становится женой дракона», — написал он в ответном письме, и Анна, читая эти строки, украдкой смахнула слезу.

Гостевой список рос с каждым днём. Марта, разумеется, отвечала за кухню и уже вовсю экспериментировала с рецептами, чтобы угодить и людям, и драконам, и вампирам. Элара взяла на себя цветочное оформление и пообещала вырастить специально для свадьбы особые лунные лилии — серебристые, с золотой сердцевиной, которые распускались только в сумерках. Линнет варила искристое вино, от которого, по её словам, даже драконьи старейшины пускались в пляс. Лионелла и весь клан Мортегар прислали подтверждение: будут в полном составе. Графиня Ильсберг, узнав о свадьбе, немедленно откликнулась: «Я так рада за вас! Непременно приеду!» И даже ректор Академии, магистр Альберих, сухой и строгий старик, который когда-то принимал у Анны вступительный экзамен, прислал короткое, но тёплое письмо: «Я помню вашу работу. Это была лучшая стена, которую я видел за десять лет. Почту за честь присутствовать на вашем торжестве».

— Ректор Академии! — ахнула Линнет, когда Анна показала ей письмо. — Сам магистр Альберих! Ты понимаешь, что это значит? Он не посещает свадьбы. Вообще. За все годы моего знакомства с Академией он был только на одном торжестве — когда декан факультета боевой магии женился на принцессе эльфов.

— Значит, моя стена действительно была хороша, — усмехнулась Анна.

Платье шила та самая портниха, которую рекомендовала леди Иридия. Госпожа Эльсбет, пожилая драконица с глазами цвета расплавленного золота, оказалась настоящей волшебницей. Когда Анна впервые увидела эскиз, у неё перехватило дыхание. Платье было серебристо-белым, с длинными рукавами и открытыми плечами, расшитое мельчайшими сапфировыми бусинами по подолу. Никаких кринолинов — только мягкие складки, которые струились до пола. Фату госпожа Эльсбет соткала из особой магической ткани, которая мерцала в темноте, как звёздная пыль.

— Вы будете похожи на луну, — сказала портниха, заканчивая последнюю примерку. — А луна укрощает даже драконов.

Торвальд, которому строго-настрого запретили видеть платье до свадьбы, честно держался. Но однажды вечером Анна застала его в коридоре — он делал вид, что просто проходил мимо, но взгляд его был устремлён на дверь, за которой шла примерка.

— Подслушиваешь? — поинтересовалась Анна.

— Драконы не подслушивают, — оскорбился Торвальд. — Драконы… осуществляют дистанционный мониторинг.

— И как результаты мониторинга?

— Потрясающие, — выдохнул он. — Я уже сейчас знаю, что ты будешь прекрасна.

Кольца заказали у гномов — тех самых, что держали ювелирную мастерскую на рыночной площади. Это были парные артефакты: серебряные ободки с крошечными сапфирами, внутри которых была заключена капля драконьей магии. Когда Анна и Торвальд наденут их, кольца засветятся — символ того, что союз заключён не только по закону, но и по магии.

Костик, разумеется, был назначен главным распорядителем. Он получил новую ливрею — тёмно-синюю с серебряными галунами, специально сшитую для него гномьими портными, — и теперь расхаживал по офису с таким важным видом, что даже клиенты принимали его за управляющего. Мисти, напротив, категорически отказывалась от любой одежды и украшений, но Анна всё же уговорила её надеть крошечную серебряную цепочку с сапфировой капелькой — такую же, как на ошейнике у Костика. Мышь, повертевшись перед осколком зеркала (вампиры подарили — магическое, показывало отражение даже тем, кто в обычных зеркалах не отражался), осталась довольна.

Ник, который к тому времени уже вовсю болтал, узнав, что мама выходит замуж, потребовал себе «кастюм». Ему сшили крошечный синий камзольчик, в точности повторяющий наряд Торвальда. Увидев себя в зеркале, Ник заявил:

— Я — дядя!

— Нет, — поправила его Маргарет, — ты — маленький господин. А дядя — это господин Торвальд. Скоро он станет твоим папой.

— Папа, — повторил Ник и задумался. Потом добавил: — И Кось. Два папы.

Маргарет только вздохнула и решила, что объяснять разницу между папой, скелетом и домашней гаргульей пока рано.

За неделю до свадьбы в Мейнхолл начали съезжаться гости. Первыми прибыли вампиры — Лионелла с родителями и свитой из десяти клановых старейшин. Лорд Мортегар, всё такой же сухопарый и величественный, на этот раз был одет не в траурный чёрный, а в тёмно-бордовый камзол с золотым шитьём. Леди Мортегар и вовсе поразила Анну: на ней было платье цвета ночного неба, расшитое серебряными звёздами. Вампиры явно готовились к торжеству и были полны решимости показать, что клан Мортегар умеет не только пугать.