— Вы теперь всегда желанный гость в Мортегар-холле, — сказала она. — Приезжайте в любое время. И привозите Ника. И Костика. И Мисти.

— Приеду, — пообещала Анна. — Но сначала — домой. К сыну. Он, наверное, уже скучает.

Ник действительно не спал, несмотря на поздний час. Маргарет, укачавшая его было, сказала, что он почувствовал, что мама вернулась, и потребовал её к себе. Анна взяла сына на руки, и он тут же уткнулся ей в плечо, засыпая. Мисти осторожно переползла с её плеча на спинку кресла и свернулась калачиком. Костик, стоя в дверях, удовлетворённо щёлкнул челюстью. Всё было как надо.

Анна сидела в кресле, прижимая к себе спящего ребёнка, и думала о том, что жизнь сложилась странно, неожиданно, но правильно. Она прошла путь от бездомной девушки на вокзале до дипломированного мастера, от служанки — до хозяйки собственного дела, от одиночества — до семьи, собранной из самых разных, удивительных существ. И впереди было ещё много дорог.

Она погладила спящую мышь, улыбнулась и закрыла глаза. Завтра будет новый день. А сегодня она просто отдохнёт. Она заслужила.

После бала в Мортегар-холле прошло две недели, а Анна всё ещё не успевала отвечать на письма. Они приходили каждый день — плотные конверты с гербовыми печатями, надушенные записки на розовой бумаге, короткие магические послания, вспыхивающие в воздухе и рассыпающиеся искрами. Слава о мастере, превратившем мрачный замок вампиров в сияющий дворец, разлетелась по долине Туманов и выплеснулась далеко за её пределы. Заказы сыпались как из рога изобилия.

Старый граф из восточных земель желал обновить фамильное поместье, которое не ремонтировалось со времён его прадеда. Гильдия магов просила отреставрировать библиотечное крыло, пострадавшее от неудачного эксперимента. Семья гномов хотела «что-нибудь эдакое» в своей подземной усадьбе — с лунным мхом и светящимися панелями, как у вампиров, только с уклоном в тёплое золото. Молодая пара оборотней искала специалиста, который не побоится работать в доме, где по ночам воют на луну. А одна особенно настойчивая ламия трижды присылала магического вестника с предложением «переделать всё, потому что бывший муж-человек испортил интерьер».

Анна сидела в своей гостиной, заваленная письмами, и понимала: она не справится. Не физически — она могла работать сутками, и Ник уже привык засыпать под шорох шпателя. Но масштаб был нечеловеческим. Даже со скелетами, которых Элиас периодически давал напрокат, она не могла одновременно вести три проекта в разных концах долины, проектировать четвёртый и составлять смету для пятого. А ведь ещё нужно было воспитывать сына, кормить Мисти (мышь-гаргулья оказалась весьма прожорливой) и хотя бы иногда спать.

— Ты выглядишь как Костик после встречи с лестницей, — заметила Маргарет однажды утром, ставя перед ней кружку травяного отвара. — Осунулась, круги под глазами. Сколько заказов ты вчера разбирала?

— Семь, — призналась Анна, не поднимая головы от писем. — И ещё три пришли сегодня ночью. Маргарет, это невозможно. Я одна. У меня две руки, один шпатель и один Костик, который, прости, Костик, — она бросила взгляд на скелета, стоявшего у двери, — всё ещё роняет вёдра.

Костик виновато щёлкнул челюстью. Ведро, которое он как раз держал, с грохотом покатилось по полу.

— Вот именно, — вздохнула Анна. — Мне нужна команда. И офис. Я не могу больше работать из дома — Ник стащил уже третий контракт и изрисовал его кашей.

— Значит, ты решила расширяться? — спросила Марта, которая как раз зашла в гости. — Правильно. Одна ты всё не потянешь. Но кто будет на тебя работать? Снова скелеты?

— Скелеты хороши для черновой работы, — Анна отложила очередное письмо и задумалась. — Но мне нужны специалисты. Живые. С руками, с головой, с собственными идеями. Проблема в том, что маляров-штукатуров с магическим образованием в долине — по пальцам пересчитать. А тех, кто согласится работать с некромантскими скелетами, вампирскими замками и оборотнями, — ещё меньше.

— Значит, будешь обучать сама, — резюмировала Марта. — Как когда-то скелетов.

Анна задумалась. Обучать. Это идея. Набрать молодых магов, у которых есть дар, но нет практики. Или ремесленников, которые хотят освоить магические покрытия. Или даже выпускников её же курса — она ведь теперь дипломированный мастер, имеет право брать учеников. И нужен офис. Не дом, не замок клиента, а настоящее место, куда приходят заказчики, где лежат каталоги, где можно спокойно обсудить проект за чашкой чая, а не за беготнёй за Ником.

Сказано — сделано. Анна провела следующие три дня в разъездах. Сначала она отправилась в городскую управу, где её встретил всё тот же гном Торин в очках. Он уже знал Анну и, услышав о её планах, одобрительно закивал.

— Значит, своё дело открываешь? Похвально. Нужна лицензия. Без лицензии — никак, даже если ты десять замков отремонтировала. Бумаги, пошлины, печать — всё по правилам.

К концу дня у Анны на руках была лицензия на ведение магической строительной деятельности. В графе «Название предприятия» требовалось что-то написать. Анна задумалась. «Ремонтные работы Смирновой» — слишком просто. «Магические покрытия и отделка» — скучно. Нужно что-то запоминающееся. Что-то, что отражало бы суть её работы. Она ведь не просто красила стены и штукатурила потолки. Она спасала замки. Она приходила, когда всё плохо, когда стены рушились, когда хозяева отчаивались, и говорила: «Я сделаю это место домом». Она была кризис-менеджером. Только для замков.

«Замковый кризис менеджер», — написала она. Получилось двусмысленно, но от этого ещё забавнее. Кому надо — поймут. Кому не надо — заинтересуются.

Торин, прочитав название, хмыкнул, но ничего не сказал.

Следующим шагом был офис. Анна нашла его быстро — небольшое помещение в центре Мейнхолла, на первом этаже старого здания с эркером, выходящим на рыночную площадь. Раньше здесь была булочная, но булочник съехал, и помещение пустовало. Анна осмотрела его и осталась довольна: просторная комната с камином, две задние комнатки поменьше (одна — под склад образцов, другая — под кабинет), большие окна, через которые лился солнечный свет. Стены, правда, были в плачевном состоянии, но с этим она как-нибудь справится.

За неделю она привела офис в порядок. Стены покрыла своей любимой лунной краской — пусть клиенты сразу видят, с чем имеют дело. На пол положила тёплое дерево. В углу поставила стеллаж с образцами: баночки с пигментами, плитки с разными покрытиями, куски ткани, дерева и камня. На стенах развесила чертежи своих лучших проектов — замок ван Дерра до и после, Мортегар-холл до и после, — чтобы посетители сразу понимали масштаб. Над дверью прибила вывеску: «Замковый кризис менеджеръ. Магический ремонт и отделка». Вывеска была с золотыми буквами и крошечным магическим огоньком, который загорался с наступлением темноты.

Теперь оставалось главное — набрать команду.

Анна дала объявление в городской газете и разослала несколько писем выпускникам своего курса. Откликнулось неожиданно много народу. За два дня в её новый офис постучались двенадцать человек. Анна проводила собеседования лично, сидя за новеньким столом, пока Костик подавал претендентам чай и пугал особо нервных своим видом.

Первой пришла молодая эльфийка с дипломом артефактора. Она была вежлива, талантлива, но, узнав, что работать придётся в том числе с вампирскими замками и некромантскими подвалами, побледнела и быстро ретировалась. Вторым был гном с двадцатилетним стажем, который заявил, что «все эти магические покрытия — ерунда, главное — добрый молоток». Анна вежливо отказала. Третьей была девушка-оборотень, которая честно предупредила, что раз в месяц будет брать выходной на полнолуние, и Анна, подумав, решила, что это не проблема. Четвёртым — молодой человек, бывший студент Академии, который с первого курса мечтал работать именно с магическими покрытиями. Анна взяла его сразу.

К концу второго дня у неё сформировалась небольшая, но перспективная команда. Лира — оборотень, сильная и выносливая, способная работать с тяжёлыми материалами. Томас — молодой маг, талантливый и горящий энтузиазмом. И Грегор — не тот Грегор из лавки инструментов, а его племянник, тоже Грегор, который вырос среди мастерков и шпателей и знал о материалах всё. Анна оформила их как подмастерьев, пообещала обучение и хорошую оплату. Лицензия позволяла.