— Тогда скажи комиссии, что готова продолжать со мной.

— Скажу.

— Хорошо.

Он снова опускает взгляд в телефон.

— И всё?

— Что ещё, Лебедева?

— Прекрати меня так называть.

— Это твоя фамилия.

— Ты прекрасно понимаешь.

— Вчера ты попросила время и границы. Я их дал.

— Границы не означают, что нужно вести себя так, будто мы незнакомы.

— Мы участники одного проекта. Этого достаточно.

— Для тебя?

Его пальцы сильнее сжимают телефон.

— Сейчас — да.

Дверь открывается.

Нас приглашают обратно.

Решение зачитывает представитель ректората.

Матвея снимают с должности консультанта и направляют на отдельное дисциплинарное рассмотрение из-за нарушения этических норм.

Стас получает строгий выговор и отстранение от занятий на десять учебных дней. При повторном нарушении комиссия рассмотрит вопрос об отчислении.

Проект разрешают продолжить прежним составом.

Я выдыхаю.

— Станислав и София, вы подтверждаете готовность работать вместе? — спрашивает Светлана Борисовна.

— Да, — отвечаю я.

— Да, — произносит Стас. — Исключительно в рамках проекта.

Слова ложатся тяжёлым холодом.

После комиссии Матвей уходит первым. Павел Аркадьевич задерживается обсудить новый график. Мы со Стасом остаёмся возле лестницы.

— Вечером пришлю исправленную часть выступления, — говорит он.

— Хорошо.

— Если понадобятся пояснения, напиши.

— Стас…

Он надевает пальто.

— Я вчера всё сказал, Соня.

Первый раз за день моё имя.

Сердце сразу сжимается.

— Добавить нечего.

— Ты неправильно меня понял.

— Я понял, что ты мне не веришь.

— Мне нужно время.

— Бери.

Он проходит мимо.

Ни прикосновения. Ни привычной паузы рядом. Даже не смотрит, иду ли я следом.

Телефон вибрирует через несколько минут.

Сообщение от Стаса:

«Лебедева, файлы по проекту отправил. Проверь до восьми».

Ни «крошки».

Ни пошлой шутки.

Ни одного лишнего слова.

Я получила именно то, чего так долго от него добивалась.

Коршунов наконец оставил меня в покое.

Только облегчения почему-то нет.

Глава 17

Глава 17

Первые три дня я вижу Стаса только на экране.

Он отстранён от занятий, но продолжает работать над проектом. Каждое утро ровно в девять на почту приходит новая версия документов. В теме письма указаны номер раздела и дата. Внутри одна строка:

«Лебедева, проверь ссылки».

Или:

«Лебедева, добавил практику по независимой гарантии».

Ни приветствия.

Ни «крошки».

Ни одной фразы, способной заставить меня покраснеть и начать оглядываться, чтобы убедиться, что никто не увидел экран.

Я отвечаю так же коротко.

«Получила».

«Проверю».

«Внесла исправления».

Получается идеальное деловое общение, которого я хотела с самого начала совместной работы.

Вот только теперь телефон лежит рядом даже во время пар. Я замечаю каждую вибрацию, сразу проверяю уведомления и каждый раз испытываю разочарование, если пишет кто-то другой.

Маша наблюдает за мной до большой перемены.

Потом забирает телефон и кладёт себе в сумку.

— Верни.

— После обеда.

— Мне могут написать по проекту.

— Напишут на почту.

— Она открыта в телефоне.

— Стас от тебя никуда не денется за двадцать минут.

— Я говорю о преподавателях.

— Конечно.

Маша застёгивает сумку и направляется к столовой. Мне приходится идти следом.

Внутри шумно. Возле раздачи очередь, половина столов занята. Мы берём суп, салат и садимся у окна.

Телефона у меня нет.

Очень неудобно.

Особенно потому, что последнее письмо Стас прислал два часа назад, а я ответила одним словом.

Можно было спросить, как рука.

Или спит ли он вообще.

Судя по времени создания файлов, вчера он редактировал проект в четыре утра.

— Ты ведь понимаешь, что сама его оттолкнула? — спрашивает Маша.

Я размешиваю суп.

— Я попросила время.

— А он дал.

— Время не означает, что нужно полностью перестать разговаривать.

— Ты ему это сказала?

— Он должен понимать.

Маша смотрит выразительно.

— Соня, речь о человеке, который два года фотографировал тебя вместо нормального знакомства. У него с пониманием человеческих отношений есть некоторые трудности.

— Я заметила.

— Тогда скажи прямо.

— Что?

— Что скучаешь.

Ложка замирает.

— Я не скучаю.

— Хорошо.

— Просто раньше мы постоянно работали вместе.

— Конечно.

— И он разговаривал.

— Иногда даже слишком.

Я вспоминаю его голос у меня над ухом.

«Хочу уткнуться носом между твоих ног и дышать, пока ты не начнёшь умолять меня о куни».

Щёки нагреваются.

Маша замечает.

— Ты сейчас явно вспомнила что-то связанное с проектом.

— Замолчи.

— Уважительно?

— Замолчи, пожалуйста.

Она улыбается.

— Точно заразилась.

Я опускаю глаза в тарелку.

В столовую входит Лера.

Светлые волосы собраны в высокий хвост, на ней короткая куртка и чёрные брюки. Она проходит мимо нашего стола, замечает меня и останавливается.

— Привет.

— Привет.

Маша смотрит настороженно.

Лера держит телефон в руке. На экране открыта переписка.

— Стас с тобой? — спрашивает она.

— Нет. Его отстранили от занятий.

— Я знаю.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Она убирает телефон.

— Он не отвечает.

Внутри появляется неприятный укол.

— Мне тоже.

Последние слова вылетают раньше, чем я успеваю их остановить.

Лера смотрит внимательнее.

— Поссорились?

— Это личное.

— Понятно.

Она кивает и собирается уйти, но задерживается.

— Если думаешь, что он вернётся ко мне, можешь расслабиться. Я приезжала к его квартире вчера.

Пальцы сильнее сжимают ложку.

— Зачем?

— Хотела забрать серьги. Оставила у него ещё до вашего проекта.

— И?

— Он вынес их в конверте и даже внутрь не пригласил.

Лера усмехается, но в глазах мелькает обида.

— Сказал, что больше никого туда не приведёт.

Сердце начинает стучать быстрее.

— Почему ты рассказываешь это мне?

— Хочу, чтобы хотя бы одна из нас понимала, насколько он больной.

Она уходит.

Маша провожает её взглядом.

— Мило поговорили.

— Очень.

— Зато теперь знаешь, что он не утешается с бывшей.

— Я об этом не думала.

— Конечно.

Маша возвращает мне телефон.

Новых сообщений нет.

После обеда приходит письмо из деканата.

Правовой центр «Вектор» готов рассмотреть мою кандидатуру на практику. Собеседование назначено на пятницу. Требуются резюме, выписка с оценками и пример аналитической работы.

Я перечитываю письмо дважды.

Это хорошая новость.

«Вектор» меньше «Альянса», но их отдел корпоративных споров сильнее. Студентов туда принимают редко.

Первым делом хочется написать Стасу.

Открываю нашу переписку.

«Меня пригласили на собеседование в “Вектор”».

Отправляю.

Он читает через минуту.

Ответ появляется ещё через две:

«Поздравляю, Лебедева. Возьми анализ по делу “Северного контура”. Он сильнее остальных».

Я жду продолжения.

Его нет.

Ни «умница».

Ни предложения посмотреть резюме.

Даже точку в конце поставил.

Бесит.

«Спасибо. Я сама выберу работу».

Ответ:

«Хорошо».

Вот и поговорили.

Я блокирую экран сильнее, чем требуется.

— Что? — спрашивает Маша.

— Ничего.

— Опять Лебедева?

— Да.

— Скажи ему, что тебе не нравится.

— Не буду выпрашивать прозвище, которое раньше просила убрать.

— Тогда страдай молча.

— Я не страдаю.

— Очень убедительно.