– Он помог мне уехать с сыном из замка, а что происходило там после моего отъезда, я не знаю. Правда не знаю.

Зеленое сияние, которое подтвердило правдивость моего ответа, удовлетворило прокурора, и он довольно кивнул.

– У меня больше нет вопросов, господин судья. Прошу вызвать в свидетели…

Стражник, стоявший неподалеку, снял с меня браслет, я села на прежнее место в дальнем углу, но дальнейшие допросы слушала вполуха. Мои собственные ответы прокурору заставили меня задуматься и начать складывать пазлы воедино. И я начала подмечать в памяти то, на что раньше не обращала внимания. И с каждой пройденной минутой всё больше впадала в панику, не представляя, в чьи попала руки по наводке и “помощи” лорда Овдея. Ведь если верить своему чутью и наводящим вопросам господина Цепуша, он явно как-то замешан в гнусном преступлении по привороту Ардена.

Вот только если прокурора интересовало лишь нарушение закона, то я видела во всем этом нечто другое. Казалось, что истинной их целью был отнюдь не Арден, а я. И моя кровь метаморфа.

Я качала на руках беспокойного Мира и едва не плакала, не представляя, как его успокоить. Ханна ушла за продуктами на рынок, а я осталась в доме одна.

Запись к магичке Лиане, которую мне порекомендовал лекарь Рюффет, была назначена лишь на завтра, и я с нетерпением ждала этой процедуры.

Декан Бейрут, казалось, забыл обо мне, и я была этому безумно рада. Чувствовала, что от его помощи мне стоит отказаться. Жалела, что пошла на поводу у своих рваных эмоций и провела рекомендованный обряд разрыва связи между Арденом и Миром. Не покидало нехорошее предчувствие, и всё, на что я сейчас была способна – это винить себя, что поступила весьма опрометчиво, доверившись не тем людям.

Я бы рада списать это на тяжелые роды и предательство мужа, ведь это любого подкосило бы, и то состояние, в котором я тогда была, позволило незнакомцам втереться мне в доверие и облапошить меня. Вот только и с себя вины я не снимала. Не маленькая ведь девочка, никогда ко мне никто хорошо не относился, ничего не делал бескорыстно и без задней мысли. С какой стати я вдруг поверила, что удача повернулась ко мне лицом? Глупая, глупая Дарина.

– Тише, мой маленький, тише, скоро всё будет хорошо, обещаю тебе. Только потерпи чуть-чуть, пожалуйста, потерпи, – приговаривала я чуть ли не плачущим голосом и одновременно корила себя за это, ведь знала, что ребенок чувствует мой настрой и перенимает его, из-за этого и не успокаивается.

– Тш, тш, – прошептала я снова и зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.

Это было довольно сложно, ведь всё, что мне хотелось – это бить себя по щекам за глупость. Но я не могла себе такого позволить. Не тогда, когда на моих руках – беспокойный сын, который страдает по моему недосмотру и желанию насолить бывшему мужа. Идиотка.

– Леди Дарина, что ж вы так, давайте мне Мира, – всполошилась появившаяся в доме Ханна, и я с облегчением вручила ей сына. Сейчас я не лучшая ему компания, ведь даже успокоить его не могу.

Вскоре он затих и уснул, укачанный Ханной, и я, успокоенная этим, ушла в гостиную, поближе к камину, в котором еще дотлевали поленья.

В город пришли холода. Благо, Академия снабжала нас всем необходимым. Еще недостаточно холодно, чтобы топить печь, и в таких случаях весьма спасал камин, в котором я с горем-пополам научилась поддерживать высокую температуру. Добавила еще поленьев и разворошила угли, сама же привалилась спиной к дивану и обхватила себя за живот, пытаясь хоть как-то успокоить себя.

Вот только сердце по-прежнему бешено колотилось, а в ушах звучал звон. Кажется, давление поднялось.

– Моя леди, – спустя время сзади раздался осторожный голос Ханны. Она мялась неподалеку и что-то комкала в руках, и я нахмурилась, чувствуя, что увиденное мне не понравится. В последнее время мало что меня радовало.

– Что случилось? – спросила я и протянула руку, видя герб рода Ардена на печати.

– Сегодня днем курьер доставил, леди Дарина, – протянула она мне письмо, и я сразу же разорвала его, без интереса вытаскивая плотный лист.

А затем, когда начала скользить взглядом по тексту, затаила дыхание, чувствуя, что теперь к моему беспокойству добавилось и головокружение.

Это было приглашение на свадьбу Ардена и его невесты Марии.

– Всё хорошо, моя леди?

– Что? – переспросила я и подняла на Ханну взгляд, и она сразу изменилась в лице, будто увидела что-то, что всё ей сказало и без моего ответа.

– Вы знаете, я принесу вам горячий глинтвейн. Вам сейчас он как нельзя кстати.

Ханна быстро ушла, оставив меня одну, и я была ей за это благодарна. Конечно, я знала, что Арден повторно женится, но не думала, что так поспешно и именно в тот момент, когда Аишу судят за приворот. Мне казалось, что для приготовлений нужно время, а он, как оказалось, хотел настолько побыстрее избавиться от прошлого, что решил кинуться в омут с головой.

Единственное, чего я от него не ожидала, так это официального приглашения. Будто плевок мне в лицо. Сам во всем виноват, а боль продолжал причинять мне. В груди колыхнулась ненависть, и я перевела взгляд на камин. В полной тишине молча разорвала приглашение с конвертом и кинула в огонь. Никуда идти я не собиралась.

В этот момент прозвучал стук в дверь. Поскольку я никого не ждала, то насторожилась и поспешила к глазку, знаками показывая Ханне, чтобы присмотрела в это время за Миром. Она понятливо удалилась, а я, увидев по ту сторону двери отца, хоть и насторожилась, но дверь всё же открыла.

– Что тебе нужно? – спросила сходу, не собираясь тратить на него свое время.

– Где твои манеры, дочь? Неужто даже в дом не пригласишь? – улыбнулся он, но без злобы и претензий.

– Ну проходи, – буркнула я и пропустила его внутрь. – Но на радушный прием с плюшками и чаем не надейся. Говори, что тебе нужно, и уходи.

Конечно, я была с ним излишне груба, но считала, что поступаю верно. Он предал меня и выбрал Аишу, поэтому пусть не ожидает от меня не то что гостеприимства, но и почтения.

– Я и не надеялся, дочь, – пожал он плечами и остановился в коридоре, не делая попыток пройти вглубь. Видимо, понимал, что я не одобрю этого и стану злиться.

– И правильно, – кивнула я и сложила на груди руки. – Если ты пришел снова говорить о моем браке, то ни за Калеба, ни за кого другого выходить замуж я не собираюсь. Я всё сказала в прошлый раз, и мне очень жаль, что ты меня не слышишь.

– Не собираюсь.

– И уже тем более, за лорда Эрнста я тоже… Что?

Я осеклась на полуслове, услышав слова отца, ведь совершенно не ожидала от него подобного. Была готова к чему угодно – что она за шкирку потащит меня в столичный особняк и запрет там, пока я не пойду навстречу, что прикажет своим стражникам тащить меня насилу, но никак не к тому, что он просто откажется от этой идеи.

– У меня изменились планы, дочь, так что ни о каком твоем замужестве не может идти и речи. Можешь даже остаться жить здесь, раз уж Академия выделила тебе домик, но будь добра принять от меня помощь.

В этот момент он достал из внутреннего кармана пиджака кошель со звенящим золотом, и всучил его мне.

– Нам всего хватает, – процедила я и попыталась отдать всё обратно. Приняла-то я кошель лишь из-за удивления, не ожидая от него подобного порыва.

– Не говори глупостей, Дарина. Ты – дочь лорда, была женой лорда и привыкла в совершенно другим условиям. Раз ты больше не замужем, и Арден не обеспечивает вам с сыном прежний уровень комфортной жизни, то я снова возьму тебя под свое крыло.

Я прищурилась, глядя на отца с подозрением. Он никогда ничего не делал просто так, вот и сейчас явно преследовал какие-то свои цели.

– Что тебе нужно, отец? – задала я свой вопрос вслух.

Конечно, среди аристократов не было принято говорить напрямую, без интриг и долгих прелюдий, но у меня не было на это времени и желания. Вот только отвечать лорд Дагон не пожелал. Задал мне встречный вопрос, от которого я сначала впала в оцепенение.