Потому на полном ходу я подхватил Кирилла и Ольгу и вылетел с ними из круга. У меня за спиной раздался звук, словно кто-то разбил арбуз, и мне в спину полетели влажные и теплые куски. Оборачиваться, чтобы понять произошедшее, не пришлось — я знал, что это разорвало Свиридова. Туда ему и дорога. Меня беспокоило другое.

Ольга зашевелилась и начала подниматься. А вот Кирилл лежал без движения ничком, с безвольно раскинутыми крыльями. Я перевернул его, уже зная, что увижу, но все равно не смог сдержать тяжелого вздоха.

Глаза ангела неподвижно смотрели в небо. На лице застыла безмятежная улыбка человека, который знал, что через секунду погибнет, причем погибнет за правое дело и на своих условиях. А я ведь так и не узнал его настоящего имени…

— Кир! — раздался рядом вскрик Ольги. Она бросилась к другу, на глаза ее навернулись слезы. И сейчас ее явно не беспокоило наличие у него крыльев. — Кир! Нет!

Мне оставалось только обнять Олю и оттащить. Вокруг продолжался бой, опасно предаваться горю в самом его эпицентре. Тем более, когда ты желанная добыча для врагов. Но Ольга не понимала и рвалась к телу Кирилла.

— Оля! — рявкнул я ей на ухо и встряхнул за плечи. — Ты уже ничем ему не поможешь! Идем.

— Но… Это же Кирилл! Он… он спас меня. У него… крылья… — вдруг дошло до нее.

— Хочешь, чтобы его жертва стала напрасной⁈

Кажется, эти слова отрезвили Ольгу. Ее взгляд заметался по кратеру: круг, страшный луч красного света с неба, очаги сражения там и тут. Царевна тряхнула головой, ее взгляд стал жестким, слезы в глазах высохли.

— Что делать? — хрипло спросила она.

— Для начала отойти подальше от круга. А там видно будет. Вытащить бы тебя отсюда. И где Каюр?

Я тоже осмотрелся. Фейри вдруг оказалось еще больше. Я думал, что они перешли из Яви, пока не заметил движение боковым зрением. Я резко вскинул голову и увидел.

На вершине кратера дрались люди и фейри. Впрочем, кажется, там мелькали и навьи создания. Люди всеми силами старались не пропустить нелюдей в кратер, но те все же просачивались. Я присмотрелся и увидел серую форму Чудного Надзора. Откуда они тут? Видимо, Кощей опоздал к пещере тлинкитов из-за того, что ходил за ними. А ведь не понадобились бы, если бы уберегли тотемы. Но что сделано, то сделано.

Справа раздался жалобный скулеж и я посмотрел туда. Там Бабу Ягу и Рыка окружили несколько лепреконов, духов огня и два оборотня. Еще четыре оборотня, сколько-то чертей и тролль валялись у их ног. Бабуле разорвали платье на плече, у Волка на одном боку шерсть блестела от крови, на другом зияла проплешина — видимо, огненный дух подпалил. Но они держались.

Следующим я нашел глазами Баюна. Кот рвался к пьедесталу с тотемом, но ему остервенело мешали два оборотня и стайка пикси. Он точно не сможет ничего сделать. Помогать ему или бежать к пьедесталу? Или сначала найти для Ольги безопасное место?

Пожалуй, что последнее. Баюн справляется, а луч слишком тонкий. Чтобы врата Преисподней открылись, нужно залить алым светом весь круг. Для этого надо вернуть Зеркало и черепаху на места. И найти новую жертву. Или использовать Ольгу. Значит, опасно отпускать ее от себя. И я снова начал искать, куда бы деть свою царевну, чтобы хоть немного обезопасить. Но на глаза попадались только очаги сражений.

Вот Андрей Перов объединился с теми ведьмами и колдунами, что пришли с нами, и сражался с двумя троллями и стаей гоблинов. Я порадовался, что он сам понял про статичные заклинания. Но огорчало, что один из колдунов погиб. Зато все три ведьмочки и оставшиеся два колдуна ожесточенно дрались, заняв круговую оборону. У них точно все под контролем.

Недалеко от них сцепились Кощей и Марья Маревна. Они орудовали мечами с недоступной простому человеку скоростью, да и чародею тоже. Ее зачарованный булатный меч и его Меч-Кладенец сталкивались с неестественно громким звуком, словно звонили в колокол. При этом высекали такие яркие искры, будто зажигались бенгальские огни.

Вот Марья сделала выпад и Кощей отпрыгнул. Маревну по инерции понесло вперед и царь Нави нанес рубящий удар. Марья увернулась, изогнувшись под углом едва ли не в девяносто градусов! Она тут же разогнулась и ударила в ответ. Кощей подпрыгнул, сделал кульбит, словно бы оттолкнулся от воздуха и приземлился у нее за спиной. Нанес удар. Но Марья, словно у нее глаза на затылке, подставила меч за спиной и с очередным звоном и россыпью искр отразила его и даже не покачнулась. Тут же развернулась и взмахнула мечом. Кощей поймал его в захват, со скрежетом, от которого закладывает уши и сводит зубы, вывернул оружие.

Марья пыталась сопротивляться, но какой бы сильной она ни была, что бы ее там ни усиливало, кто бы ни покровительствовал, но тягаться с царем Нави, демоном, что живет уже полторы тысячи лет, она не могла. Ее запястье вывернулось и меч с низким «вз-зж-жух» взлетел и воткнулся в камень в десяти метрах от них.

— На этом история твоего восстания заканчивается, Маруся, — холодно, без намека на торжество, сказал Кощей и снес ей голову.

Поединок, вернее та часть, что я видел, заняла не больше пятнадцати секунд. Я стоял и смотрел как завороженный. На моменте обезглавливания я опомнился и прижал Ольгу к себе, чтобы она не смотрела на столь нелицеприятное зрелище.

А царь Нави развернулся и ринулся в самую гущу сражения. Он что-то кричал, но я не слышал, настолько густой тут висела шумовая завеса из рычания, криков и стонов.

Кричать Кощею, чтобы попробовал скинуть хоть один артефакт, я и пытаться не стал — не услышит во всей этой какофонии. Да и уговор у нас был, что артефактами занимаемся я и Каюр. Но ведь он мог бы хотя бы посмотреть, всякое же бывает. Неужели настолько в нас уверен? Сейчас не имело значения.

А еще меня беспокоило, что в этой мясорубке не видно моей бывшей жены. Да, она не воительница как так же Марья Маревна, скорее боец закулисного фронта. И все же где она? Тут ведь негде спрятаться. Ничего, вылезет, когда поймет, что весь ее план окончательно летит в отхожее место. И тогда мы поговорим. Жаль только, что мою царевну никуда не спрятать.

Потому я взял Ольгу за руку и собрался бежать к ближайшему пьедесталу. Но стоило нам сделать четыре шага от круга, как дорогу нам закрыли два тролля. Один ударил по земле передними лапами и вырвал кусок породы. Мне лишь оставалось сожалеть, что у него не получилось вырвать камень с линией пентаграммы. Либо предупредили, либо на ней заклятие нерушимости. Другой тролль зарычал и приготовился бежать на нас. Только ждал, когда напарник сделает свой ход.

Ольга ойкнула и неуверенно посмотрела на меня. Конечно, нас в университете знакомили с представителями всех Подмиров. Мы изучали их места обитания, способности, сильные и слабые стороны. Только одно дело видеть на картинке или в качестве иллюзии, когда это познавательно и безопасно. И совсем другое столкнуться лично — увидеть вживую, почуять запах, услышать настоящий рев.

Я уже сталкивался — ничего сложно и страшного в троллях нет. А еще я спешил. Пусть из Преисподней сейчас течет лишь тонкая струйка энергии, но она течет. Это плохо и опасно для окружающей среды — хуже разлива нефти. Потому я дождался, когда первый тролль поднимет кусок камня над головой и…

— Отпусти! — приказал я ему, ничуть не сомневаясь в своем праве.

И тролль отпустил. Просто разжал лапы и кусок камня упал ему на голову. А следом упал и сам тролль. Его приятель посмотрел на него. Потом на меня. И в его взгляде проступила неуверенность.

— Ну что же ты? — почти ласково сказал, вернее, прокричал я. — Тебе что велели сделать?

— Тебя убить, Темный, — проревел тролль.

— Так вот он я, — заметил я с лучезарной улыбкой и раскинул руки в стороны.

— Ты же мне тоже сейчас чего-нибудь прикажешь, — сказал он и неуверенно переступил с лапы на лапу.

— Я могу, да. — Моя улыбка стала коварной на мгновение и растаяла. — Ладно, где Гарна?

— Кто?

— Скарлетт где? — поправился я.