Хорст посмотрел на нее с удивлением. В то время как Министерство Тьмы было четко организовано, хорошо финансировался и способный, он предполагал, что его цели будут относительно небольшими и целенаправленными, хотя и достигаемыми сверхъестественными силами. Титулы, присвоенные ему и другим, внезапно обрели для него ужасный смысл. Это были не просто упражнения в подхалимстве — намерение состояло в том, чтобы они действительно стали дворянами в этой новой стране теней. И чтобы достичь этого, они сначала должны быть ...

- Генералы. Это то, кем мы должны быть, не так ли? - требовательно спросил он. - Мы должны собирать армии?

- В наших случаях очень буквально. ДА. Теперь ты понимаешь, мой Повелитель Мертвых. Я воскрешу сухие кости и ревенантов. За спиной Девлина уже целый полк оборотней. Не только волки, но и медведи из Скандинавии, тигры из Индии, лисы из Японии, гиены и львы из Африки. Вы создадите еще больше своих линий, чтобы стать командирами и элитными войсками, и — когда к нам явится Повелитель Сил — он или она призовет чужаков сражаться за наше дело и превратит саму природу в оружие. У обычного мира не будет достаточной защиты, чтобы противостоять нашей армии. Они будут вести переговоры об урегулировании, иначе каждая ночь будет приносить им новые страдания.

Она тяжело дышала, ее страсть к делу проявлялась в жаре и сильной пульсации на горле. Хорст обнаружил, что не может отвести от этого взгляда.

Он хотел сказать, что их план был отвратительным. Он хотел сказать, что силами, которыми они командовали, по самой своей природе было трудно управлять, и что в хаосе такой войны погибло бы много невинных жизней. Он хотел сказать, что не хотел участвовать в подобном безумии. Но все, что он мог сделать, это наблюдать, как кровь пульсирует под ее бледной-пребледной кожей, и говорить:

- Какую роль во всем этом играют сами Служители? Все они кажутся обыденными. Что они делают? Как они помогают нам?"

- Они богаты и амбициозны. Де Осма - оккультист, а также мелкопоместный дворянин. Я думаю, что именно он в первую очередь сформировал Министерство. Коллингвуд - бизнесмен; фон Циглер - какой-то мелкий дворянин, стремящийся восстановить состояние своей семьи, поставив на это все.

- Инвесторы. Для них это просто деньги и власть".

- Де Осма проявляет научный интерес к объединению тьмы в одно место, где ее будет легче изучать и классифицировать. Но да. Когда эти достойные люди, живущие в свете, когда-либо интересовались чем-то большим, чем деньги и власть?"

Хорст был в ярости, разъяренный тем, что эти люди объединяли силы, которые, как они должны были знать, приведут к неисчислимым смертям и ужасу, но на его лице не было ни тени этой ярости. Хорст, казалось, терял контроль над собственным телом. Были и другие импульсы, важность которых возрастала, и ни один из них не требовал ярости для выражения. Только холодная, рациональная мысль, настолько холодная, что лежала льдом на поверхности его разума. Он видел, как ряды тех, кого он обратит, стояли перед ним в его воображении, подчиненные, послушные и принадлежащие ему. Он чувствовал, какими могущественными они будут по отдельности и что вся эта власть в конечном счете будет принадлежать ему. Он видел, как день убегает от него, солнечный терминатор убегает, как разбитая армия, и мир превращается в вечную ночь на его пути. Он увидел, как леди Мизерикорд сняла с шеи медальон и колье и провела кончиком пальца по яремной вене, глядя ему в глаза.

- Этого стакана было недостаточно, не так ли, Хорст? - спросила она. - Ты, должно быть, очень хочешь пить.

Он оказался верхом на ней прежде, чем сам осознал это. Она ахнула от неожиданности его действий, но затем рассмеялась радостным девичьим смехом оттого, что получила на день рождения долгожданного пони. Он едва осознавал это; холод в его сознании превращался в единственную ледяную потребность, и он больше не знал, как ее контролировать.

- Ты такой нетерпеливый, не так ли? Такой нуждающийся... - Она повернула голову, чтобы обнажить вену, кокетливо прикрытую кожей. - Совсем чуть-чуть, дорогая. Всего лишь бокал. Нам обоим нужно быть готовыми к завтрашнему вечеру.

Она вздохнула, когда клыки проникли внутрь, и держала его голову, пока он пил. Она лежала, довольная и осознанная, пока Хорст кормился. Помимо очевидного, даже проницательному наблюдателю было бы трудно точно определить, кто у кого что забирает.

Конечно, Алише, наблюдавшей через небольшую щель, где дверь в прихожую была оставлена приоткрытой, это было совсем непонятно.

Интерлюдия

Иоганн Кабал легонько коснулся своей шеи сбоку. Внимательный осмотр при хорошем освещении мог бы выявить два небольших шрама, как от проколов, чуть более бледных, чем и без того бледная окружающая кожа. Жест был бессознательным, но Хорст скривился, когда заметил это.

- Однажды, - сказал он. - Я сделал это однажды. И, честно говоря, это было, по крайней мере отчасти, потому, что ты вел себя как последняя задница.

- Насколько я помню, я убегал, - сказал Кабал, опуская руку, чтобы положить другую на покрывало. - И насколько это соответствует вашим воспоминаниям?

- Ты убегал, как последний осел. - Хорст несколько секунд сохранял обиженное выражение лица, прежде чем захихикать.

- Ты наименее подходящий “Повелитель Мертвых”, какого я могу себе представить, - сказал его брат. - И все же этот ваш “Ministerium Tenebrae”...

- Совершенно определенно, не мое...

- Этот заговор тьмы, полагаю, меня не должен удивлять. Они, как правило, появляются каждые несколько столетий, когда не совсем человечному миру, наконец, надоедает, что за ним гоняются вездесущие толпы, вооруженные горящими факелами и вилами, как будто где-то есть розничная сеть, которая удовлетворяет все их потребности в линчевании. Видит Бог, мне в свое время пришлось столкнуться с достаточным количеством подобных инцидентов. Я могу почти посочувствовать этому Министерству.

Хорст искоса посмотрел на него.

- Почти?

- Конечно. За исключением того, что они плохо усваивают уроки истории. Каждый раз, когда кто-то пытается сделать что-то подобное, это заканчивается ранними победами, за которыми быстро следует массовое истребление сверхъестественных повстанцев. Это похоже на тот статистический цикл, который преподают в школах о лисах и кроликах. Это помогает затолкать их обратно в туманные дебри мифов, чтобы милые люди могли притворяться, что таких вещей никогда не существовало. - Он на мгновение задумался. - Хотя это другое дело. Я не помню, чтобы с самого начала его поддерживали человеческие агентства, помогая легионам тьмы в качестве инвестиционной возможности. Тем не менее, капитализм свободного рынка и стихийное зло имеют так много общего, я полагаю, чудо в том, что этого никогда не случалось раньше. Другая интересная деталь заключается в том, что намерение состоит в получении ограниченной прибыли. Создать новое государство и защищать его, вместо того чтобы просто скакать галопом, как орда, пытаясь захватить мир. Это свидетельствует о дальновидности и большом здравом смысле.

Взгляд Хорста стал еще более косым.

- Неужели?

- Конечно, упорядоченная нация разнообразных вампиров, оборотней, некромантов, чернокнижников, ведьм и обычных подозреваемых, появляющихся среди ночи, лучше альтернативы? Пугающий человек, являющийся гражданином Тератолии, - это..."

- Гражданин чего?

- "Страна монстров”. Ты действительно слаб в классических языках, не так ли? Как я уже говорил, чудовищный гражданин этой окутанной саваном страны по определению не может находиться у себя под кроватью. Он дома, читает газету, потому что у него есть дом. Я полагаю, что многие правительства, особенно те, что находятся далеко отсюда, которые не потеряли бы ни одной территории, сочли бы это очень справедливым решением ".