Где-то далеко позади, сквозь монотонный, нарастающий гул падающих перекрытий, до нас доносился искаженный, полный искренней ярости и ментальной боли крик Псиарха. Этот звук мог пробиться сквозь любые барьеры, как ты не защищайся, и отзывался острой, сверлящей болью на уровне затылка.
— Экий ублюдок, что, не понравилось зрелище? — мысленно сплюнул, пытаясь подняться на ноги в кромешной тьме, которую теперь прорезали лишь дрожащие лучи наших фонариков. — Я б тебе ещё и хлеба выписал, да не до того сейчас… ну что, Вейла, похоже мы знатно подпалили усы этой падали. Завалило его там, или отрезало — плевать, главное он за ним сейчас не пройдет.
— Алекс, ты рано радуешься, лучше не расслабляйся! — встревоженно ответила наставница. Её фигура, вместо того, чтобы с кинематографичными эффектами медленно появляться, материализовалась моментально рядом со мной. А слегка светящиеся руки девушки, удерживали полы струящегося по фигуре платья. — Это лишь отсрочка, вы все ещё здесь, не забывайся! И, хоть центральный зал обрушился, но Псиарх… сам же знаешь. Он все равно невероятно силен, и сейчас будет мобилизовывать всех, кто у него есть лишь бы достать вас! Беги, ученик, беги.
Потянувшись рукой к плечу, нащупал на лямке рюкзака собственный фонарь, который у меня получилось включить только со второго раза. И мощный светодиодный луч, ударивший в сторону темноты, с огромным трудом пробивал серую завесу пыли.
— Все живы? — коротко бросил ребятам, и получив нестройные каждого из них, добавил. — Тогда шевелимся, расслабимся дома…
И мы побежали по коридору, представляющему собой подобие какой-то округлой трубы метра четыре в диаметре, может быть четыре с половиной. Стены были выполнены не из привычного советского бетона или кирпича, а из какого-то темного и матового материала, напоминающего современный композитный пластик. Вот только сооружение то старое, а тогда таких технологий не было. Точнее, в современных реалиях стоило говорить, что не должно было быть.
Впереди всех, плавно и уверенно, подобно древнему ночному хищнику двигалась Ирис. Её каре, растрепанное взрывом, качалось в такт быстрым и стремительным шагам, а серебристая кожа в рваных лучах наших фонарей отливала какой-то мертвой бледностью и призрачным светом. Она не оборачивалась назад, но даже так, я не сомневался, что девушка прекрасно ощущала каждое движение людей, специально выбирая удобные места для шага, обходя обрывки древних кабелей и ржавые вентили, торчащие из пола.
— Быстрее, быстрее… — доносился до нас её приглушенный, хриплый шелест. — И, хоть коллектор сухой, я не сомневаюсь, что стены не рассчитаны на удары такой мощности. Тем более, воздействие энергии Псиарха. Если он направит за нами монстров, то нас просто раздавит живой массой.
Я обернулся назад, чтобы все ж таки оценить состояние отряда. Картина была далека от идеальной, видимо, это связано как-то с тем токсином, которого нахватались ещё в предыдущих залах. Судя по тому, что говорила Ирис, это сделали те самые Кузнецы. Ни одно из лекарств не могло нам помочь, даже инопланетная наемница не знала, что с этим делать без специальных препаратов, либо без воздействия собственной энергии. Так что она, точно так же, страдала. Пусть и гораздо в меньшей степени.
Однако особенно тяжело приходилось Игле. Наша девушка-медик передвигалась с трудом, фактически повиснув на плечах у Бизона и Артема. Наш огроменный пулеметчик, удерживая свой тяжеленный агрегат одной рукой, второй мощно подхватил девушку под мышку, принимая на себя основную часть её веса. Артём, бледный как тканевое полотно, после своего недавнего телекинетического разрыва, с огромным трудом сам переставлял ноги, но даже так, упрямо подпирал Иглу с другого бока. Его челюсть была плотно сжата, а под носом виднелась пара запекшихся дорожек крови.
— Держись, подруга, только держись. — тяжело сипя, бормотал Бизон, пока его ботинки с неприятным скрежетом терлись о пол коллектора. — Сейчас выберемся наверх, дойдем обратно… опять будешь подтрунивать над Тихим, только не отключайся, слышишь?
— Да иду я, иду, чудище ты косолапое. — слабо прошипела в ответ та, пока её лицо в беглых лучах фонарей казалось тающей восковой маской. А на бледном лбу то и дело выступали крупные капли холодного пота. — Своими силами… почти… просто не дайте мне упасть….
Рита, сместившись, на пару с нашим разведчиком замыкали шествие, постоянно оборачиваясь назад, в темноту, откуда доносился все более отчетливый и леденящий душу звук целой волны монстров. Нет, это не выглядело как грохот взрывов, скорее сухой, частый шорох множества конечностей и клацанье хищных челюстей. Твари Изнанки, ведомые своим повелителем, выдавливали собственные туши из отдушин, напоминающий чем-то тюбик из-под пасты и вот-вот должны были пуститься за нами в погоню.
— Алекс, они скоро сядут нам на пятки! — крикнул Нюхач, резко развернувшись на месте, и вскидывая винтовку, сделал несколько выстрелов в темноту.
Лучи света выхватывали где-то вдалеке тройку мелких гремлинов, которые неслись по трубе со скоростью напуганных ящериц. Вот только крупнокалиберные пули, попавшие в их уродливые, драные морды, разорвали те в хлам. От чего твари с глухим стуком повалились вниз, распадаясь жижей. Но их было слишком много, так что на месте павших — моментально выросли новые.
— Не останавливаться, ребята, не тормозите и не отвлекайтесь на мелочь, стрелять только на ходу! — скомандовал им, резко вскидывая перед собой руку.
Концентрация энергии внутри моих собственных каналов отзывалась слабой пульсацией, отдающей тянущим чувством где-то глубоко в висках. Хоть я и использовал не много сил, но поддержка того самого уровня… в общем требовала больших усилий.
Прямо перед догоняющей стаей ашенитов и сиархов, из пола коллектора, с резким хрустом выросли несколько десятков бритвенно острых ледяных шипов. Зря что ли собирал силу? Первые ряды наших преследователей, на всем ходу налетели на эти лезвия, превращаясь в визжащий шашлык, причудливо задергавшийся на весу. Это давало нам ещё пару драгоценных минут форы.
— Ирис, ну что, скоро там? — тяжело вдохнув, крикнул вперед, обращаясь к временной проводнице, и чувствуя, как легкие до сих пор разрывало от нехватки кислорода, частично потерянного во время взрыва.
— Почти, мы почти на месте, к-командир. — отозвалась быстро наемница, обратившись ко мне точно так же, как и остальные члены команды. Собственно сейчас было греховно на это указывать, потому что дорога резко сворачивала вправо, где коллектор внезапно расширялся, переходя в прямоугольное и высокое помещение. — Впереди будет тот самый распределительный узел грузовых лифтов.
Так, нестройными рядами, мы в буквальном смысле вывалились в этот зал, и лучи наших фонарей, похожие на напуганных светлячков, заметались по стенам. Все помещение выглядело внушительно… и жутко. Огромные, покрытые небольшим слоем ржавчины и солевых наплывов емкости аккумуляторов уходили высоко вверх, почти дотрагиваясь до потолка, теряясь в темноте. Повсюду свисали на вид тяжеленные, толстые плети кабелей, напоминая собой тропические лианы. А кое-где на панелях угадывались метки, оставленные заводами производителей.
По самому центра зала, в видимой его части, располагалась одна из массивных, открытых металлических платформ. Это и был нужный нам грузовой подъемник. Его удерживали четыре массивных, перекрученных троса, на вид… вполне надежных. Хотя стоило признать, что конструкция выглядела больше мертвой, чем живой. Но Ирис, подлетев к щитку, без колебаний с силой опустила тяжелый рычаг ручного пуска, который до этого был скрыт под защитным кожухом.
Где-то глубоко под нашими ногами что-то с натугой и со скрипом провернулось. Вот вопрос: откуда наемница была уверена, что питание сюда подается? Очень может быть… она тут уже была. Но думать о таких вещах приходится, как всегда, после. Сейчас все внимание было приковано к платформе лифта, мелко дрожащей и освещающей пару метров рядом с собой оранжевым светом аварийных ламп.
