Его правая рука бездействует, и он взвывает от боли. Я добиваю его ударом локтя в горло. Он отшатывается, хватая ртом воздух.

Это ненадолго выведет его из строя, но мне нужна передышка. Я отступаю, тяжело дыша. Даже если он не надерёт мне задницу, бой точно будет жарким.

— Думаешь, — говорит он, кашляя между словами, — что можешь мне навредить? Думаешь, что победишь?

— Если честно, да, думаю.

— Нет, не думаеь.

Он исчезает.

Блядь. Невидимость. Ненавижу невидимок. Из-за шума толпы я ничего не слышу. Пытаюсь выследить его по следам на мате, но быстро теряю его из виду. Я забиваюсь в один из углов октагона и пригибаюсь. Он ни за что не бросится на меня в лоб, а так я хотя бы прикрыта со спины.

Я чувствую, что что-то движется слева от меня, и перекатываюсь вправо. На мгновение я вижу его, когда лезвие врезается в сетку, а потом он снова исчезает. Нужно срочно что-то с этим делать.

И тут меня осеняет. По всему полу растеклась огромная лужа крови. Я протягиваю руку и с помощью магии собираю ее в мокрый шар, который парит передо мной. Затем я подбрасываю его в воздух.

Кровавый шар взрывается, заливая все вокруг красным дождем. Он покрывает все вокруг: меня, мат, сетку и, самое главное, Отто.

Он, похоже, не понимает, что теперь я прекрасно его вижу, поэтому, когда он бросается на меня с мечом в руке, я готова к этому. По крайней мере, мне так кажется. Он наносит удар. Я уклоняюсь. Он приходит в себя и разворачивается, чтобы ударить меня в бок, но промахивается на волосок. Он подсекает меня, и я падаю на землю.

Он рубит и бьет меня с молниеносной скоростью. Я поднимаю щит, чтобы защититься от его атак, но он вкладывает в удары много силы. Я долго не продержусь.

Пора переходить к плану Б. Мой щит наконец ломается. Он отступает и наносит удар, но меня уже нет на месте.

Хотя "Быстрая смена" существует уже давно, "Яма" относительно новое заведение. Она построила его в 90-х и наняла людей со всего мира, чтобы защитить его от всех видов магии, какие только можно себе представить. От огня, молний, ясновидения, проклятий, наговоров от всего, что только приходило ей в голову. Кроме одного. Видите ли, некроманты, большая редкость. За последние сто лет в Южной Калифорнии их было всего пятеро. Поэтому ей и в голову не пришло защитить его от призраков. И что еще важнее, она не защитила его от всего, что может пересечь завесу.

Раздается шум, и все вокруг окрашивается в серые и синие тона, когда я перемещаюсь на другую сторону. Я встаю на ноги, пошатываясь, весь в синяках и крови. Это значит, что я уже привлек внимание всех Странников в радиусе 16 километров. У меня мало времени.

Я не вижу клетку вокруг себя. Она стоит здесь недостаточно долго, чтобы ее энергетический след успел закрепиться. Это одна из причин, по которой я выбрал это место для боя.

Зато я вижу всех на трибунах, и Отто сидит там, где я его оставил, сияя, как костер. Я был здесь прошлой ночью и оставил посылку в центре Ямы на случай, если мне понадобится подкрепление.

Я никогда раньше не пользовался опасной бритвой. Честно говоря, я боялся прикасаться к этой штуке с тех пор, как нашел ее в складском помещении вместе с кучей других магических безделушек от опасных до дурацких, причем дурацких в большом количестве. Я унаследовал это здание и его содержимое от родителей, но не знал об этом десятилетиями. Пока не вернулся в Лос-Анджелес. Там есть опись всего этого барахла с описанием каждого предмета. И я до сих пор не могу понять, для чего нужна половина этого хлама. Большинство записей выглядят примерно так: "Зимнее пальто не носить дольше двух часов подряд" или "Шляпа за ночь случайным образом превращается в федору, трилби, котелок, канотье и треуголку.

Когда я вызываю призраков и разговариваю с ними, полезно предложить им что-то, что их заинтересует. Несколько капель крови идеальный вариант. Поэтому я ношу с собой опасную бритву и делаю небольшой надрез на левом предплечье, где нет татуировок. У меня на теле много шрамов, но это тело пока не так сильно пострадало.

Поскольку у меня почти всегда с собой опасная бритва, я научился с ней обращаться. Не рекомендую вам учиться, если вы не любите кромсать себя на куски.

Поэтому меня очень заинтересовала запись в бухгалтерской книге, где предмет был обозначен как "опасная бритва", а над ним от руки было написано "бритва Ворпала". В самой записи не было особых подробностей, но на полях было много пометок, из которых можно сделать вывод, что это название вполне подходит для этого предмета. Большинство пометок были вариациями на тему "Не трогай эту штуку, черт возьми" или "Вчера Фрэнк отрезал себе руку, когда отвлекся". По крайней мере в трех заметках упоминалось обезглавливание.

Я немного нервничаю, но никто никогда не говорил, что я умный. У меня всего один шанс, и если я облажаюсь, Отто будет мочиться мне в грудную клетку.

Он мечется по Яме в поисках меня, размахивая руками из стороны в сторону. Я раскрываю бритву, встаю у него за спиной, жду, пока он перестанет двигаться, а затем отступаю за завесу.

Я хватаю его за волосы и оттягиваю в сторону, чтобы зафиксировать его голову, а затем наношу удар в шею сзади. Если все пройдет так, как я рассчитываю, я без проблем перережу ему позвоночник.

Лезвие рассекает его кожу, сухожилия, мышцы и кости, как папиросную бумагу. И прежде чем я осознаю, что произошло, я уже стою с отрубленной головой Отто в руке.

Из обрубка шеи хлещет кровь, тело покачивается, падает на колени, а затем и на пол, с влажным шлепком приземляясь в растущую лужу крови. Мой небольшой кровавый душ ничто по сравнению с этим. Клянусь, у него было повышенное давление, потому что кровь хлестала, как из пожарного шланга.

В зале мертвая тишина. Я оглядываюсь по сторонам и вижу, что Вертер со стоическим видом сидит в своей ложе, а рядом с ним адвокат Отто, которого, кажется, вот-вот стошнит. Лиам, как и его брат, непроницаем, но на лице Ганса написана чистая ярость.

Аманда выглядит ошеломленной, а Габриэла… ну, Габриэла выглядит так, будто изо всех сил старается не рассмеяться. Я поднимаю голову, глаза которой все еще моргают, и поворачиваюсь к ним.

— Значит ли это, что я победил?

Я промываю порезы бутылкой "Джека Дэниэлса", которую нашел в раздевалке. Мне нужно, чтобы они были достаточно чистыми, чтобы я мог видеть, что делаю, когда буду зашивать.

На мне столько крови, что мне, наверное, пришлось бы стоять посреди автомойки, чтобы отмыть ее всю. Думаете, песок, это плохо? Кровь попадает в такие места, о существовании которых вы даже не подозревали. А когда она высыхает, кажется, что это краска. При каждом движении она щиплет кожу.

Никто вам такого не расскажет. Приходится разбираться во всем самостоятельно. Можно было бы подумать, что к этому времени какой-нибудь предприимчивый маг уже написал бы базовое руководство по такому дерьму. "Глава 7. Советы по очистке после жертвоприношения черного барана в полночь неизвестным темным сущностям".

Я достаю набор для наложения швов из аптечки, висящей на стене. В прошлый раз, когда я зашивал себя сам, у меня были швейная игла, зубная нить и рана на щеке, которую какой-то придурок нанес мне зубочисткой, так что сейчас у меня есть кое-что получше. Моя жизнь полна роскоши.

У меня больше порезов, чем я думал. Три на груди, один из них довольно глубокий. На левой ноге тоже есть порез. Из двух порезов на ребрах кровь еще не совсем остановилась, но я наложил на них марлю из аптечки, которая стоит в моем углу в "Яме", и кровотечение замедлилось настолько, что я могу заняться ими.

Из-за крови и татуировок сложно понять, где именно у меня синяки. Я предполагаю, что "повсюду", и решаю подумать об этом позже.

Я уже собираюсь накладывать швы, игла почти касается кожи, как вдруг дверь распахивается. Не раздумывая, я протягиваю руку, и опасная бритва, которую я, как мне казалось, оставил в сумке, пролетает через всю комнату и оказывается у меня в руке.