Огромный серый орк шагнул к Джул, нависнув над ней и уставившись на нее этими сверкающими черными глазами. А затем — Джул вся содрогнулась — он наклонился и понюхал ее.
Он оказался слишком близко, до ужаса близко, и запах крови ударил Джул в ноздри с такой силой, что у нее едва не начались рвотные позывы. Этот звук не укрылся от орка, судя по тому, как он тут же резко отшатнулся назад, брезгливо приподняв серую губу над острыми зубами.
— Ты лжешь, женщина, — сказал он все тем же густым гортанным голосом, резко схватив ее за плечи и толкнув к двум другим оркам позади него.
Они были еще уродливее, чем он: с их изрытыми лицами, спутанными черными волосами и презрительно кривящимися в ухмылке ртами.
— Понюхайте, — приказал им первый орк, и они повиновались, оба наклонившись слишком близко.
От них исходил такой сильный запах крови, что на этот раз Джул пришлось зажать рот рукой, зажмурить глаза и постараться не зарыдать и не закричать.
— Да, капитан, — сказал один из них глубоким, скрипучим голосом. — Она лжет, как и все люди. Она созрела и пышет здоровьем. Из нее выйдет хорошая пара для тебя, и она родит тебе сильных сыновей.
Пара. Сыновья. Все тело Джул словно застыло на месте; она оказалась в ловушке, пригвожденная к полу тяжестью и хваткой этой огромной руки на своем плече. Этого не может быть. Она бесплодна, она не может быть им нужна, это невозможно…
— Не бойся, женщина, — произнес голос позади нее, голос капитана. — Я не стану принуждать тебя к этому или причинять тебе вред. Но, — рука на ее плече сжалась сильнее, острые когти больно впились в кожу, — и сбежать я тебе не позволю. Теперь ты моя.
Его. Это было настолько чудовищно, настолько возмутительно, что Джул каким-то чудом нашла в себе смелость поднять взгляд и встретиться с этими сверкающими черными глазами.
— Но я уже замужем, — выдохнула она. — У меня уже есть муж. И мой муж — очень, очень могущественный человек.
Эти черные глаза смотрели на нее сверху вниз, и ей почти захотелось съежиться под их странной, необъяснимой тяжестью. Они смотрели на нее, сквозь нее, глубоко ей в душу.
— Я не вижу никакого могущественного мужа, — сказал он, и эти слова, казалось, перехватили дыхание в горле Джул, остановив кружащийся, визжащий ужас в ее мыслях.
Он не видел никакого могущественного мужа. Здесь, в поместье Норр? Или в ней самой? Как часть ее?
— Лорда Норра сейчас здесь нет, — слабо произнесла Джул, и губа орка снова скривилась, обнажив ряд острых белых зубов.
Два клыка были длиннее остальных, чем-то напоминая волчьи, и Джул почувствовала, как по спине снова пробежала леденящая дрожь.
— Лорд Норр, — произнес орк, и на его губах, в его глазах читалось презрение, — не оставил тебе стражи.
Джул сглотнула, с трудом втянув воздух через пересохшее горло. Нет. Стражи не было. И хотя последние три дня она лихорадочно пыталась найти монеты, товары или услуги, которые можно было бы одолжить, продать или обменять, она почти ничего не добилась. Ей нужно было больше времени, больше денег, муж, которому не все равно, настоящий дом…
Но у Джул ничего этого не было. И огромный уродливый орк, смотревший на нее, знал это, видел это и улыбался.
— Ты моя, — сказал он. — И ты пойдешь со мной.
Глава 3
Джул должна была сопротивляться. Должна была брыкаться, кричать и заставить орков пролить ее кровь. Должна была присоединиться к своим слугам в загробной жизни с незапятнанной честью и высоко поднятой головой.
Но это было бы ужасно. Было бы кряхтение, визг, а после, возможно, надругательство над ее телом. Орки могли бы сделать из нее показательный пример и оставить там — к приходу солдат или к тому моменту, когда Элиза, Стефан и Эйм наконец спустятся по этой лестнице.
Поэтому Джул склонила голову и пошла. Последовала за двумя орками вниз по лестнице, по коридору, в то время как тот, первый орк — капитан — крепко сжимал ее плечо, а его огромная туша маячила прямо за спиной.
Пока не было слышно никаких новых голосов, никаких звуков от обезумевших горожан или солдат, и мечущиеся мысли Джул не могли понять почему и как. Оркам пришлось бы выломать весьма внушительные ворота поместья Норр или проделать под ними подкоп; поместье было окружено деревней Талфорд с ее горсткой коттеджей и лавок, должны были быть свидетели, хоть кто-то, хоть что-то…
— Как вы проникли внутрь? — спросил голос, и Джул слишком поздно поняла, что он принадлежит ей. — Через подвал?
Орк позади нее издал хрюкающий звук, возможно, означавший согласие, и правда подтвердилась, как только они достигли первого этажа поместья Норр и кухни. Посреди которой лежали два ужасающих, пропитанных кровью тела — дворецкий и лакей, — и Джул пришлось закрыть лицо обеими руками и сделать несколько сдавленных, судорожных вдохов.
— Неужели вам, — выдохнула она, повернувшись к орку, — обязательно было их убивать?
— Да, — последовал его глубокий и незамедлительный ответ. — Они напали на нас с ножами. Они погибли храбро, с честью.
О боги. Из горла Джул вырвался хриплый звук, но орк, казалось, не заметил этого или ему было все равно. Он просто продолжал вести ее в заднюю часть кухни, к узкой винтовой лестнице, ведущей в подвал.
Сам подвал был разграблен, теперь Джул это видела: бочонки и бочки разбиты вдребезги, а запасы мяса и овощей исчезли. Вся еда, которую Джул и ее слуги так старались сберечь, экономя каждый медяк, прекрасно зная, что когда бы Астин ни уехал, казна поместья Норр всегда уезжала вместе с ним.
И здесь, в подвале, конечно же, было еще больше орков. Они держали факелы и толпились в дальнем углу, где должна была быть прочная каменная стена, но теперь — там зияла массивная, грубо пробитая дыра. Тоннель. Через который другие орки выносили припасы: бочки с сушеной рыбой, соленым мясом, салом и элем.
Казалось, орки дружно замерли при их приближении: головокружительное море отвратительных серых и зеленых лиц в искрящемся свете факелов — и вдруг раздался крик. Затем еще один, и еще, пока шум в закрытом помещении не стал оглушительным; ужасающая, скрежещущая миазма орочьих воплей, лязгающего оружия и огромных топающих ног.
Хватка руки капитана орков на плече Джул стала еще крепче, и она вздрогнула, когда почувствовала, как его вторая рука сжала ее другое плечо. Он выставил Джул перед визжащим морем орков, словно демонстрируя ее им, и в нахлынувшем потоке ужаса она поняла, что они кричат из-за нее, потому что она была добычей их капитана.
— Мы добыли наш приз, — провозгласил глубокий голос орка позади нее, когда крики наконец, к счастью, утихли. — Скен, подойди, взгляни на нее. Эзог, принеси мне цепи.
Цепи. Еще одна сильная дрожь пробежала по спине Джул, но руки на ее плечах держали ее крепко и неподвижно. В то время как к ним приковылял другой орк, на вид постарше, со сгорбленной спиной, копной седых волос и затянутыми бельмом глазами.
— Твое имя, женщина, — сказал он, и его голос прозвучал как болезненное, скрипучее карканье, когда он потянул сморщенную, пятнистую серую руку к груди Джул. Заставив Джул вздрогнуть и попытаться отползти назад, но этот огромный капитан орков позади нее удерживал ее на месте, его когти впились в ее плечи с весьма недвусмысленным предупреждением.
— Повинуйся, женщина, — приказал голос капитана позади нее. — Назови свое имя.
Рука старого орка теперь касалась Джул, плашмя придавливая основание ее обнаженной шеи, и она судорожно вдохнула воздух, преодолевая это давление.
— Джул, — выдохнула она. — Леди Норр. А вы?
Затуманенные глаза старого орка метнулись к ее глазам, возможно, с неодобрением, но позади себя она чувствовала, как огромный орк переминается, и его жар покалывает ее спину.
— Это Скен, — произнес его глубокий голос. — А я Гримарр из клана Аш-Кай.
Гримарр. Шок, словно живое существо, пронзительно завизжал в костях Джул, и она резко повернула голову, чтобы уставиться на отвратительного орка позади нее. Он — Гримарр? Тот самый печально известный новый капитан всех пяти орочьих кланов и единоличный правитель Горы Орков? Бездушный убийца сотен людей, бич всей округи, жестокий смертоносный изверг, который нападал под покровом ночи и преследовал детей в ночных кошмарах, — был здесь? В подвале Джул?
