- Лёгок на помине!

“Богдан? Звонит ей? Зачем?” - задаю сама себе вопросы. Открываю рот, хочу сказать Ульяне, чтобы она не брала трубку, но поздно.

- Привет, Богдан! - в голосе нет той злобы, взволнованности, которая была минутой ранее. - Чем обязана? - произносит спокойным тоном, вижу, как она прикусывает нижнюю губу.

“Они целовались?” Резко сжимаю и разжимаю глаза, хочу убрать эту картинку. Сглатываю, чтобы хоть как-то смочить сухое горло, но не помогает. “Кх...”, - прикладываю руку к груди. В горле начинает першить. “Сейчас бы стакан воды”.

- А с чего ты взял…, что она со мной? - говорит ровным голосом, делая паузу, переводя взгляд на меня.

“Про меня спрашивает, значит? Не уж то волнуется. А может, нет? Может, они…? Как часто они созваниваются?” С каждым вздохом першение в горле всё больше и больше становится колючим. Не могу толком дышать.

- Помнишь наш спор? - расслабленно спрашивает, прищуривая глаза.

Сердце готово вырваться из груди. “Что ещё за спор? О чём она? Чего я не знаю?” Я словно на американских горках, только не ору, не кричу. Я наблюдаю. Выжидаю. Смотрю на Ульяну недоверчиво, исподлобья. Замираю. Мои уши словно антенны, готовы уловить каждое слово, каждый шорох, любой шёпот. Но я не могу разобрать и слова, такое чувство, что Ульяна уменьшила громкость.

- А вот я знаю! - чётко, каждое слово. - Я уверена, что выиграла, - самодовольно произносит.

Единственное, что я могу уловить, так это его недовольный тон голоса. Поправляю рукой прядь волос, выбившуюся из-за уха.

- Да, да, - продолжает Ульяна, кивая, - так, что к уже навалившимся твоим проблемам, я ещё добавлю, - убедительно и твёрдо. - Запоминай…, отпуск у меня через месяц, - добавляет равнодушно, - жду отдых на Майорке и поверь, я гульну на полную, - по её лицу прошлась злорадная ухмылка, но быстро сошла на нет. - Ты не только Мире сделал больно, - тяжело сглатывает, - я тоже в тебе разочарована. Как ты мог?! - голос её дрожит.

Ульяна сбрасывает звонок и откидывает телефон на кровать. С усталым вздохом проводит ладонями по лицу.

Меня захлёстывают эмоции. А в голове ураган. “Хочу расставить все точки над i, чтобы между нами не осталось тайн и недомолвок. Хочу оставить всё в этом одном ужасном дне. Мне нужно узнать, ещё одного предательства я не выдержу”. Глаза быстро становятся мокрыми.

- Ульяна, скажи, пожалуйста, ты выразилась "договорилась со своей совестью", а до этого момента или после, у вас с Богданом что-то было? - очень аккуратно задаю вопрос. - Скажи мне правду, - протягиваю последние слова, пытаясь сглотнуть появившийся в горле ком.

- Мира, нет! - отрицательно качает головой. - Ничего не было, - судорожно выдыхает, - мне стыдно, - пожимает плечами, - но, с другой стороны, мне стало легче, - дарит мне лёгкую улыбку. - Извини меня! - подходит, обнимает.

Одним грузом на душе меньше. Даже дышится легче.

- А, что за спор? - аккуратно спрашиваю.

- Помнишь, в июне на природу ездили? Вот там мы с Богданом и поспорили, он уверял, что у вас будет мальчик, а я уверена, что девочка, - растягивает губы в довольной улыбке, я не могу не улыбнуться в ответ. - Девочка же? - интересуется.

- Да, - коротко отвечаю.

- Ура!

Ульяна радостно подпрыгивает, хлопает в ладоши, словно счастливый ребёнок.

- Я знала, знала! - выкрикивает. - Самоуверенный! Проиграл, пусть отвечает, - пританцовывает.

Я смеюсь вместе с ней, одновременно крутя мысль, что пока слушала откровения Ульяны и её разговор с Богданом – о чём только я не подумала. Но прислушиваясь к себе, я понимаю, что меня задевает мысль о чувствах Ульяны к моему ещё мужу.

- Давай не будем грустить. Пойдём купаться? - выводит меня из размышлений Ульяна.

Смотрю, как она копается в своём чемодане в поисках купальника, который я даже и не подумала взять.

- Я не взяла купальник, - говорю с небольшим чувством разочарования. - С удовольствием сходила бы на горячие источники.

“Так хочется смыть с себя всю усталость и просто лечь спать”.

- Да не вопрос! Будет тебе купальник, - смеётся. - Я два взяла! - подмигивает.

- Заботливая какая, - отвечаю в той же манере.

- Да, кстати… Ты сегодня хоть ела? - замирает, прекращает рыться в чемодане, внимание только на меня.

- С утра только, - тихо говорю, осознавая, что надо думать о питании, несмотря на свои какие-либо потрясения. Здоровье моих детей для меня дороже.

- Ну вот, пойдём перед сном набивать живот.

И правда, смотрю на часы, которые показывают девять вечера. “Надо поторопиться”. Ульяна протягивает мне слитный купальник чёрного цвета.

- Надеюсь, не свалится с тебя, - смеётся.

- Ой, подумаешь… Я, однако, тоже скоро на сорок шестой перейду, а может, и того больше, - округляю глаза.

- Как поправишься, так и похудеешь, - утвердительно заявляет, одевая лиф купальника.

Беру сумку, достаю телефон. Не включается. “Сел? Может, я нечаянно, выключила?”.

- Не парься! Я возьму телефон, - говорит Ульяна, замечая, что ставлю телефон на зарядку.

После включения телефона и настройки сети приходит уведомление об одном пропущенном звонке, при нажатии, на которое отображается “Любимый”.

“Сказала же не звонить!”

Богдан Ветров

«У меня были промахи в жизни, но такого, который бьёт наотмашь впервые, — кручу мысль, одновременно смотря на дорогу. - Мало того, когда дверь в кабинет распахнулась, возникло ощущение, будто мне зарядили жёсткую пощёчину, так мне её затем реально отвесили, — разговариваю мысленно с внутренним я. - Всего один удар! Один! Зато какой! — провожу ладонью по щеке, как будто до сих пор горит. - От Миры это первая пощёчина».

Не доезжаю до стоп-линии, торможу на красный. Внутри меня продолжает множиться раздражение, недовольство. Нервно постукиваю пальцами по рулю. Все мысли только о Мире.

«Машина её на парковке осталась. Где она? Надеюсь, домой поехала, — веду свой внутренний разговор дальше. - Вот надо было ей приехать! — ударяю правой ладонью по рулю вскользь. - Вот нет, чтобы дождаться, сообщить эту новость дома, в домашней обстановке или вообще устроить праздник - взяла и примчалась на работу, — эмоции кипят внутри не утихая. - День и так с самого утра не задался, так ещё и приехала без предупреждения, — сжимаю кулаки до побелевших костяшек, — и эта дура, секретарша, ещё подоспела, жопой виляя… Сука! Херь полная!”

Чувствую себя ядерной бомбой! Раздаётся продолжительный звук клаксона. Машинально бросаю гневный взгляд в зеркало бокового вида, наблюдая за тем, как белый задрипанный седан надрывается, сигналит.

«Да, захлопнись!” — цежу сквозь зубы. Давлю на газ, машина резво стартует. Перекрёсток, светофор, поворот, перекрёсток. Поток мыслей не останавливается. «Я же видел сон, видел в нём сына! Я уже жил с этой мыслью… и на тебе - дочь! Ну взгрустнул… от несбывшегося ожидания! Мира! Ну, не приедь ты на работу, а скажи это в другой обстановке, было бы всё по-другому…”

За мысленными разговорами подъезжаю к дому, паркую машину, как обычно. Ставлю на сигнализацию, и мой вишнёвый четырёхколёсный друг подмигивает мне. Весь недолгий путь до двери нашей квартиры тешу себя надеждой, что Мира дома. Допускаю, конечно, что она уже и вещи собрала, но отпускать никуда не отпущу. «Пофиг! Будет молчать, пусть молчит, хочет спать в отдельной комнате, пусть спит, но я буду спокоен, что она рядом». Заходя в квартиру, слышу движение в нашей спальне. «Успел».

- Что это? — спешу задать вопрос, хотя заранее уже знаю ответ на него.

- Я же сказала, я не хочу тебя больше видеть, — как и предполагал, слово в слово повторила слова, сказанные, глядя мне в лицо. Только сейчас даже не смотрит в мою сторону.

- Ты никуда не пойдёшь, я не отпущу, — абсолютно спокойно и уверенно заявляю об этом.

Я останавливаюсь у входа в спальню. Понимаю, что Миру мои слова не сильно устраивают. Дышит часто, а грудь поднимается и опускается в такт дыханию. Вижу, как она бросает на меня боковой взгляд, что-то руками перебирает на своём дамском столике. За ней никогда ничего подобного не замечалось, но внутренний голос подсказывает, что, возможно, придётся обороняться. Замираю, наблюдая за ней. Одно слово срывается с её губ. Один вопрос, на который я могу ответить… только правду не только ей, но и себе: «Я не люблю её, это… просто секс».