Я уезжаю не потому, что сдался! Напротив, уезжаю лишь затем, чтобы уберечь тебя от страданий, от боли, которую я причиняю своим видом, своими попытками, своим присутствием.

Прости за боль, прости за эту разлуку.

Люблю тебя безумно сильно, и эта любовь с каждым днём лишь крепнет и растёт.

Я всегда буду рядом.

... Буду любить тебя тихо...

С первых же строк мир вокруг меня растворяется. Всё внимание поглощено словами, впивающимися в сердце, как раскалённые иглы. По щекам катятся предательские слёзы. Теперь я сама не знаю, что лучше. Это письмо дышит такой искренней болью… что моя собственная уверенность даёт трещину. Дочитав, закрываю глаза. Перекрываю поток слёз. Но внезапное лёгкое прикосновение заставляет резко замереть, затаив дыхание. Ещё одно - словно пёрышко, касающееся кожи. Кладу ладонь на то место, где только что был этот волшебный момент. А в глазах снова слёзы, только не от отчаяния, а от осознания чуда.

«Жизнь внутри меня. Я не одна».

Медленно возвращаю письмо назад в конверт, мягко разглаживая каждый изгиб бумаги. Спустя минуту выхожу в торговый зал. Ольга кивком показывает в сторону выхода нашего бутика. Взглядом нахожу Николая, который стоит посреди просторного холла торгового центра. Подхожу к нему, чувствуя странную смесь облегчения и сожаления.

- Ты знаешь, где он? – спрашиваю с надеждой услышать какую-либо важную информацию.

Мирослава

Воздух в кондитерской густ и сладок, наполнен запахом ванили и свежей выпечкой. Стоя у витрины, с детской жадностью рассматриваю изящные корзиночки с ароматным заварным кремом внутри. Как же хочется сладенького!

«И похоже, не только мне...» — мысленно повторяю, едва заметно улыбаясь своим мыслям. Лёгкие шевеления малышек в животе служат дополнительным подтверждением моей правоты.

- Пять эклеров, как обычно?

Голос за спиной звучит мягко, как всегда. Оборачиваюсь. Дима стоит у двери кухни в привычном белом фартуке. Его глаза смотрят приветливо, но я чувствую в них небольшую грустинку, словно он пытается смириться с моим решением остаться друзьями. Хотя внешне он спокойно воспринял разговор о нашей дружбе, внутренний взгляд временами выдаёт лёгкое ожидание большего.

- Да пожалуйста. И… ещё есть вопрос. У Лёши, парня Ульяны, послезавтра день рождения. Собираемся за городом. Не составишь компанию? Мне одной как-то не комфортно.

Дима думает ровно одну секунду:

- Конечно, — уверенно отвечает, одаривая меня своей тёплой улыбкой. - Каждая минутка рядом с тобой — настоящий праздник. С радостью присоединюсь.

Когда Ульяна позвонила и поделилась планами на предстоящую пятницу, я сначала собиралась отказаться. Но внезапно почувствовала желание развеяться среди шумной компании, услышать чужие голоса, смех и оживлённые разговоры, чтобы заполнить тихий и одинокий вечер.

- Спасибо! — благодарю, принимая коробку с любимыми эклерами. Один из них мой, два — дочуркам-сластёнам, а оставшиеся отведают родители. Ах, как они вкусно пахнут восхитительными сливочными нотками! Сглотнув слюнки, договариваюсь о встрече:

- Значит, встречаемся в пятницу в шесть вечера.

- Хорошо, подъеду за тобой, — заключает Дима, а я машинально отмечаю, что недавно он перебрался жить в отдельную съёмную квартиру.

Выходя из кондитерской, понимаю, что поездка на праздник уже кажется желанной. Нет, конечно, это не свидание, вовсе нет. Просто возможность отдохнуть душой, отвлечься от рутины, насладиться атмосферой веселья и почувствовать себя частью большого праздника.

Хотя Богдан продолжает незримо присутствовать в моей жизни. Его еженедельные субботние букеты и обязательные подарки к ним стали своеобразным ритуалом. Сертификаты я почти все раздала: маме вручила один, Ульяна взяла второй, парочку подарила девочкам из своего магазина, только пару штук оставила себе — пригодятся на случай особенных поводов. Кинобилеты дали повод провести пару приятных вечеров с мамой и папой, добавив теплоты и веселья в нашу близкую семью. А один комплект билетов я отдала Ульяне.

Помню, как, принимая презент, она хитро ухмыльнулась: «Ничего себе! Сначала путёвка на Майорку, а теперь билеты в кино. Круто! Ну, если мой красавчик тогда примчал на остров за свой счёт, устроив внезапный сюрприз, то теперь будем веселиться бесплатно вдвоём!»

Да, это было что-то! Когда она отправила мне фото с довольной своей моськой, стоя в обнимку с Лёшей, первое, что я написала: «Ты где зажигаешь? Ты же должна быть на Майорке».

Самым больши́м шоком оказался её ответ: «Я именно здесь! А он – мой неожиданный сюрприз».

Лучшим подарком Богдана стало посещение выставки бабочек. За каждую доставку я быстро отвечаю коротким личным сообщением, но на этот раз не смогла удержаться. Сделав фото, где разные виды бабочек сидят на моём плече, ладони и даже на аккуратном животике, приложила его и подписала «Спасибо». Богдан отреагировал моментально: «Ты потрясающе красива! Скучаю...» Прочитав сообщение, я ощутила приятную теплоту и меланхоличную грусть одновременно.

­­­___

Сегодня на вечеринке царит лёгкая, беззаботная атмосфера. Ульяна, нежно прижавшись к Лёше, светится от счастья так, что моё сердце наполняется теплом и радостью за неё. Здорово, что судьба свела их настолько неожиданно.

Присаживаюсь в угол огромного дивана в просторной гостиной загородного дома и наблюдаю за гостями, собравшимися вокруг стола с угощениями и напитками. Шёпот и музыка создают фон, делая обстановку уютной. Мой взгляд случайно пересекается с глазами Димы, который стоит у барной стойки, внимательно глядя на меня. Сердце замирает на мгновение, и я задаюсь вопросом: «Может, стоило прийти сюда всё-таки одной?»

- Как ты? Устала? — тихо спрашивает, подсаживаясь рядом на диван.

- Нет, всё хорошо, — успокаивающе отвечаю. - Радуюсь за Ульяну.

Дима молча вертит в руках бокал с апельсиновым соком, серьёзно изучая содержимое. Наконец, поднимает взгляд:

- Мира... Ты всё ещё любишь Богдана?

Его вопрос повисает в воздухе резко и неуместно, разрывая тёплую атмосферу вечера и возвращая меня обратно в суровую реальность собственной жизни. Я не готова ответить немедленно. Совсем не потому, что сомневаюсь в ответе.

Глубоко заглядывая внутрь себя, я отчётливо ощущаю, как вскипает старая рана: горечь предательства, злость, глубокая обида. А под всеми этими слоями боли лежит крепкий, устойчивый фундамент — воспоминания о счастливых днях, понимание друг друга с полувзгляда, та самая всепроникающая любовь, которую ничто не смогло разрушить навсегда. Я пыталась стереть его из памяти, убрать подальше, чтобы избежать безумия. А сейчас, в тишине его отсутствия, это чувство окрепло и забилось сильнее прежнего.

Богдан

Ещё одна неделя. Отмечаю дни в календаре, как заключённый, не для того, чтобы считать, а просто видеть: я выдерживаю. Выдерживаю бесконечное повторение одних и тех же упражнений, когда мышцы горят огнём. Выдерживаю желание — не сорваться и уехать к ней, моей Мире.

Боль — мой постоянный спутник. Не острая, как сразу после аварии, а глухая, ноющая. Печень напоминает о себе колющей болью при резком движении, а бедро — тупым гулом, особенно к вечеру. Но эта боль — мой союзник. Она напоминает: ты жив, ты должен восстанавливаться. Ради Миры. Ради детей.

Нахожу спасение в работе. Удалёнка, веб-конференции, отчёты, стратегические планы. Это та сфера, где я всё ещё контролирую ситуацию, где я директор, а не сломанный человек, совершивший роковую ошибку. Погружаясь в цифры и схемы информационных систем, я на несколько часов забываюсь, но как только всё заканчивается и экран ноута гаснет, тишина и боль обрушивается с новой силой.

И я борюсь. Физическую боль притупляю таблетками, а душевную — разрешая слабость, смотрю на её профиль в соцсетях. Мира не публикует ничего личного, только фото бутика, красивые композиции из шаров, но мне достаточно. Ищу её отражение в стеклянных дверях, тени на полу. Вижу, что она работает, справляется без меня – моя сильная девочка. Это одновременно и радует, и разбивает сердце. Колян передаёт, что у неё всё хорошо и эти слова для меня как глоток чистого воздуха после удушья. Значит, мой план работает, ей спокойнее.