Ульяна по ту сторону телефона прыскает смехом. Прощаясь с ней, я, конечно же, стараюсь не подать даже малейшего намёка на это, но внутри чувствуется лёгкая досада от внезапной новости.

Вспоминаются слова Богдана: «Не уклоняюсь от ответственности». Получается, спор оказался важным событием, а он остался верен своему слову.

Негромкий разговор нарушает течение моих размышлений. Перевожу взгляд на молодую женщину, которая спрашивает у Ольги:

- Я недавно переехала сюда. Здесь есть поблизости какая-нибудь детская игровая зона?

Три простых слова и мозг оживает новой идеей, разворачивающейся стремительно, подобно фейерверку.

- У тебя здесь очень уютно, — оглядываю небольшое, но в то же время достаточно просторное помещение кондитерской Димы. Два повара-кондитера выпекают бисквиты, готовят начинки. Аромат свежей выпечки и сладких ароматов, витает вокруг словно волшебное облако. Со временем привыкаю к запахам, и слюнки текут уже не так обильно, как сначала.

Дима не отходит от меня, помогает надувать шары, которые я креплю к шоколадно-жемчужной гирлянде, дополняя её нежно-розовыми элементами. Светлые стены помещения отражают яркие цвета праздничного оформления, создавая атмосферу тепла и радости.

- Можно добавить золотого цвета, — предлагаю, окидывая взглядом почти готовую гирлянду.

- Я тоже о нём думал, — поддерживает моё предложение Дима. - Давай на потолок?

- Как скажешь, — улыбаясь, говорю.

Осматриваю гирлянду, добавляем ещё немного шаров и выносим её на крыльцо, чтобы закрепить.

- Меня несколько дней назад посетила мысль, — решаю поделиться своей идеей. - Начала думать об игровой зоне для детей с помещением для проведения праздников, — озвучиваю.

- Идея хорошая, — делает одобрительный кивок. - Нужно найти хорошее просторное помещение, — добавляет Дима, закрепляя гирлянду согласно моим указаниям, - и удачное месторасположение, — подчёркивает голосом важную деталь.

- Да-а, — немного протягивая, соглашаюсь и добавляю: - Я уже в поиске.

- Здорово! Молодец! — бодро одобряет и хвалит, а затем, завершая монтаж гирлянды, поворачивается ко мне и мягко добавляет, - уверен, у тебя всё получится.

Близкое расстояние, такое же, как в машине в прошлый раз, заставляет меня смутиться, и я отворачиваюсь, заходя внутрь кондитерской. Тем временем по лицу Димы скользит довольная улыбка. Чтобы отвлечься и справиться с быстрым сердцебиением, занимаю руки делом — надуваю шары для украшения потолка. Дима, заглядывает к своим поварам, задав вопрос: «Всё хорошо?»

Возвращается уже с папкой в руке. Приглядевшись, понимаю, что внутри лежат распечатанные прямоугольной формы спецпредложения, о которых он говорил. Наблюдаю, как он вытаскивает одно из них, аккуратно складывает его гармошкой и перевязывает нитью. Повторяю те же самые действия. Закрепив нити к шарам, отпускаем их одновременно вместе, и они плавно взмывают вверх. Радостно наблюдаю за ними, как они соприкасаются с потолком, а свёрнутые полоски бумаги приветливо манят достать их и раскрыть. Опустив взгляд, встречаюсь глазами с тёплым взглядом Димы. Следующее мгновенье оказывается неожиданным: чувствую прикосновение его губ к своим.

Его поцелуй полон нежности и глубины подавленных желаний. Скрытая страсть постепенно прорывается наружу, каждое движение губ аккуратное и осторожное, выражающее многолетнюю тайну, скрытую под маской обычной дружбы. Мои глаза сами собой закрываются, позволяя телу впитывать новое ощущение и осознавать происходящее. Вспоминаю на мгновение страстный поцелуй Богдана, наполненный признанием и любовью... и испытываю растерянность, понимая, что ответить взаимностью не смогу. Во мне возникает щемящее чувство — не хочу обижать Диму.

- Мы же договорились без повторений, — тихо произношу, ощущая волну противоречивых ощущений, пробегающих внутри меня.

- Это ты договаривалась, — также тихо отвечает, смотря прямо мне в глаза. Его взгляд полон нежности и заботы. Он искренне улыбается, положив руки мне на талию. Тёплое прикосновение заставляет меня замереть.

- Я давно хотел это сделать, — продолжает Дима, заглядывая глубоко в глаза. - Мира, я люблю тебя! И очень давно.

Эти слова застают меня врасплох. Я и раньше догадывалась, что он ко мне неравнодушен, но сейчас его признание буквально потрясает меня. Не хочу портить отношения, потому что отношусь к нему как и всегда, как к другу и хочу остаться друзьями. Мысли путаются, а в голове снова Богдан. Даже несмотря на всё происходящее и наши сложности, меня захлёстывает воспоминание о нашем прошлом поцелуе, о его горячих объятиях. Пробегает напоминание о нашей сегодняшней встрече, и сердце начинает биться ещё сильнее. Делая глубокий вдох, пытаюсь унять набежавшие чувства.

- Дима... я развожусь с мужем, — начинаю говорить, голос не слушается, дрожит. - Я беременна, — на секунду закрываю глаза, слыша биение своего сердца, - и сейчас не хочу ни о чём больше думать...

Но моё признание лишь подталкивает Диму к решительным действиям. Улыбнувшись, он отвечает спокойным голосом:

- Жизнь одна... развод с мужем не повод оставаться одной, — продолжая заглядывать глубоко в мои глаза, уверенно добавляет: - И твоя беременность меня совсем не пугает.

Его искренность ощутима даже сквозь тишину помещения. Чувство благодарности к Диме наполняет меня теплом, но одновременно смущением и растерянностью. Ощущаю его тёплое дыхание, его горячие губы на своей шее. Закрыв глаза, прислушиваюсь к себе, к своему неугомонно бьющемуся сердцу. Оно подсказывает, что дружба с моей стороны останется прежней.

Внезапно открывается входная дверь, и я мгновенно реагирую, опередив взгляд Димы. Тот на мгновение замирает, но руки не отводит.

- Руки убрал от моей жены! — рявкает с порога Богдан. Глаза сверкают огненным блеском.

Богдан начинает заворачивать рукава рубашки, которая натянулась так, что пуговицы готовы оторваться от сильного дыхания. Я одёргиваю руки Димы со своей талии и встаю перед ним загораживая. Он же отводит своими руками меня в сторону, но я не поддаюсь и встаю между двумя сильными мужчинами, раскинув свои руки в стороны.

Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди. Страх за происходящее окутывает меня с головы до ног. Богдан стреляет своим разъярённым взглядом в Диму, поверх моей головы.

- Богдан, — сглатываю сухую слюну, - не надо. Мы с Димой друзья! — говорю решительно, стараясь сохранить дистанцию.

Да, именно эта фраза становится решающей точкой в нашем с Димой диалоге, который завершается столь потрясно и резко. Я не вижу его лица, но надеюсь, он услышал мои слова и понял серьёзно.

- Как ты узнал, что я здесь? — повторяю. Но Богдан молчит, только глаза выдают его глубокую задумчивость.

Сердце громко грохочет внутри, и я отчётливо ощущаю каждый его быстрый удар о грудную клетку. Лёгкий ветер нежно касается выбившихся прядей волос из быстро сделанной на скорую руку причёски — вывернутого хвоста, чуть-чуть щекоча скулы и словно беззвучно шепча: «Успокойся, перестань волноваться». Смотрим друг на друга в полной тишине, секунда за секундой. Ещё мгновение и Богдан сдержанно отвечает:

- Это сейчас неважно, — сжимает крепче моё запястье. - Главное, ты сейчас не с ним. Мне не нравится, что он трётся возле тебя.

Мои брови инстинктивно поднимаются, удивляясь его словам.

- Нравится тебе или не нравится, я сама буду решать с кем общаться, — заявляю твёрдо. Каждое моё слово сопровождается движением поднятых бровей, подчёркивающих уверенность. - Если хочешь, чтобы мы хоть как-то общались ради наших детей — держи своё мнение при себе. А если вспомнить с кем тёрся ты, — подчёркиваю «ты», - то я могу сейчас вернуться к Диме, либо поехать домой к родителям, но никак ни к тебе.

Богдан замирает и его лицо утрачивает всякое выражение. Лишь еле заметный прищур наружных уголков глаз даёт понять, что он осмысливает услышанное. Снова молчим. Его мягкие губы вытягиваются в строгую линию, заставляя задуматься, что сейчас творится в его голове.