Я повернула голову и замерла. Тео лежал в кровати недалеко от моей. Его глаза были закрыты, лицо осунулось и побледнело.

— Тео! Как он? — я попыталась сесть.

Улыбка Айлит погасла.

— Пока стабилен, но его травмы гораздо серьезнее твоих. Он был почти полностью истощен. — Она поколебалась, затем посмотрела на меня с осторожностью. — Как именно это произошло?

В памяти всплыла сцена в карете. Эния склонилась над Тео, ее клыки глубоко вонзились в его шею, с ее подбородка капала кровь.

— Я… — я замялась. — Кто привел сюда Тео?

— Блейк Дракхэрроу и Виша Вайдья привели вас обоих.

— И они тебе ничего не сказали? — тревожные колокольчики зазвенели в голове. Нужно было быть осторожной.

Айлит подозрительно смотрела на меня:

— Нам ничего не сказали. Глава Дома бросил вас обоих и, похоже, не смог уйти достаточно быстро. Но ему не нужно было говорить. Признаки ясно указывают на то, что этот молодой человек был… донором. Для Высокородного питаться от другого — это очень серьезное преступление. Должен быть составлен отчет. Если Глава Дома узнает, кто сделал это с его двоюродным братом…

— Нет, — мой голос прозвучал резче, чем я намеревалась. — Если бы он знал, кто это был, ты думаешь, он бы тебе не сказал? Блейк знает, что ты планируешь сообщить об этом?

Лоб целительницы нахмурился:

— У нас нет выбора, кроме как сообщить директору. Это не то, что можно игнорировать.

Это было плохо. Хуже, чем плохо. Если до Трибунала дойдет слух… если Виктор узнает… Я сжала кулаки на одеяле и приняла решение.

— Я бы не рекомендовала этого, Айлит, — сказала я, намеренно делая голос холодным и добавляя в него надменности Блейка. — Я бы посоветовала вам поговорить с Главой Дома, прежде чем что-либо предпринимать. Ради общего блага. В конце концов, он главный.

Айлит уставилась на меня, затем нахмурилась.

— Очень хорошо.

У нее был такой вид, словно ей не терпелось поскорее уйти. Но я еще не закончила.

— Он поправится? — спросила я сдавленным голосом, глядя на Тео, чья грудь слабо поднималась.

Айлит поджала губы:

— У него есть шанс. Но он очень слаб. Многие из наших методов неприменимы к Высокородным. Когда они ранены, их главный ресурс — они сами. Лучший способ выздороветь — поесть. Но он без сознания. В таком состоянии он не может брать кровь. Будем надеяться, что скоро очнется.

Намек был ясен. В противном случае… Сердце болезненно сжалось. Блейк защищал Энию, несмотря на то, что она сделала с Тео — его собственным кузеном. Я не была уверена, что это говорило о нем. Не заходил ли он слишком далеко в семейной верности? Или недостаточно?

Дверь в лазарет внезапно открылась, и внутрь проскользнул Вон Сабино. На руке у него была золотисто-пурпурная повязка Дома Орфос.

— Прошу прощения. Что вы здесь делаете? — рявкнула Айлит, направляясь к нему. — Вы, кажется, заблудились. Я предлагаю вам развернуться и идти в свои покои…

— Подожди, — прервала я ее хриплым голосом. — Он один из моих друзей. Вон со мной.

Целительница повернулась ко мне, нахмурившись:

— Он не член Дома Дракхэрроу. Вы не можете принимать визиты от…

— Послушай, ты знаешь, кто я, — сказала я, заставляя голос звучать ровно. — Я супруга Блейка Дракхэрроу. Я говорю, что Вон остается. Если у тебя с этим проблемы, обсуди это с Блейком. Но могу заверить, что он встанет на мою сторону.

Губы Айлит сжались, но она кивнула и ушла, что-то бормоча под нос. Я со вздохом откинулась на подушки и наблюдала, как Вон нерешительно подошел к кровати Тео, выдвинул стул и сел.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я. — Как узнал, что Тео здесь?

Он посмотрел на меня с озадаченным выражением лица:

— Записка.

Я моргнула. Записка? Первая мысль — от Флоренс. Но почему не прийти самой?

— От Флоренс?

— Нет, — Вон слегка поерзал. — От Блейка.

— Блейк? — у меня закружилась голова. — Он прислал тебе записку?

Вон кивнул:

— Он сказал, что Тео пострадал.

— Он сказал тебе, как?

Вон покачал головой:

— Только то, что он был истощен и в тяжелой форме. — Он помедлил. — Блейк упомянул, что целители обнаружили: Тео неправильно питался.

Мои глаза расширились:

— Что ты имеешь в виду?

Вон понизил голос:

— Блейк сказал, что Тео морил себя голодом. Очевидно, он не использовал домашних рабов без крайней необходимости.

Я уставилась на него, пытаясь переварить услышанное.

— Но почему? И зачем просить тебя прийти?

Лицо Вона напряглось:

— Я не знаю, Медра. В отличие от большинства Высокородных, у Тео, похоже, есть совесть. Но что касается того, почему Блейк попросил меня приехать… Если бы пришлось гадать, он надеялся, что я соглашусь попытаться накормить Тео.

От этого заявления перехватило дыхание. Блейк обратился к Вону. Блейк Дракхэрроу, который ненавидел показывать слабость, признался, что ему нужна помощь. Он практически умолял Вона прийти.

Взгляд Вона вернулся к Тео. Голос стал мягким:

— Я думал, Блейк преувеличивает. Но сейчас, глядя на него… Я не уверен, что он достаточно силен, чтобы проснуться самостоятельно.

— Что ты будешь делать, если он проснется? — тихо спросила я. — Это большая просьба. Я даже не уверена, что Тео захотел бы этого.

— Я знаю. — Высокий парень замолчал. — Я еще не уверен. Наверное… поговорю с ним? Попробую убедить поесть? — Он нахмурился и посмотрел на меня. — Я не позволю ему умереть.

Я медленно кивнула. Но прежде чем успела что-либо сказать, дверь снова открылась. Вошел Кейдж Танака. Если Вон казался нерешительным, то Кейдж выглядел как хозяин положения, чувствуя себя в башне соперника как дома.

Айлит появилась из-за кулис:

— Клянусь Служанкой Крови, я не понимаю, что здесь происходит! Выйдите, мистер Танака!

Миниатюрная целительница выглядела так, словно собиралась силой вытащить Кейджа. Я оглядела высокую фигуру лидера Авари.

— Кейдж. Рада тебя видеть. Но что ты здесь делаешь?

— Он уходит, — объявила Эйлит.

Я подавила стон. Айлит не будет думать обо мне с нежностью после того, как я сегодня «натравила» на нее Риган. Я повысила голос:

— Нет, он не уходит.

Целительница повернулась ко мне, метая молнии:

— Мисс Пендрагон, вы не можете принимать односторонние решения…

— Послушай, я сказала, что Кейдж может остаться, значит, он может. Я облегчу тебе жизнь, Айлит. Я выписываюсь. Кейдж уедет. Но Вон остается столько, сколько нужно. Понимаешь?

Губы Эйлит сжались, но она кивнула и ушла. Я стиснула зубы, уже свешивая ноги с кровати, игнорируя вспышку боли. Кейдж оказался рядом в мгновение ока, помогая подняться.

— Ты на удивление подвижна для человека, который только что встал с постели больного.

— Я не была больна. Просто ранена.

— Да, я понимаю, что на твою карету было совершено нападение, — холодно сказал он. — Что случилось?

Я взглянула на него, гадая, знает ли он уже историю от Флоренс. Пыталась ли она навестить меня в лазарете, пока я спала?

— Я не хочу говорить об этом, — сказала я, понимая, что Кейдж ждет.

Он кивнул:

— В таком случае перейду к делу. Я получил новости.

— Новости? Какого рода?

— Тебе предоставлено разрешение на перевод в Дом Авари.

Я остановилась.

— Что?

Кейдж сделал паузу, повернувшись ко мне лицом:

— Моя семья решила, что они разрешат тебе войти в Дом Авари. Директор Ким получил разрешение от Виктора Дракхэрроу сегодня утром.

У меня закружилась голова.

— Виктор позволяет это? Почему?

Кейдж слегка улыбнулся:

— Разве ты не этого хотела, Медра?

— Да, — сказала я в замешательстве. — Я думаю.

Я вспомнила, что объявила Трибуналу: я хочу разорвать связь с Блейком. Если бы я переехала в Дом Авари, я была бы на шаг ближе к этому. Но что-то изменилось между нами. Я позволила ему приблизиться. Я облажалась, запутав себя и его.

— Отвечая на твой вопрос, — продолжал Кейдж, — я понятия не имею, почему лорд Дракхэрроу одобрил перевод. Возможно, это первый шаг к тому, чтобы он отказался от претензий своего дома на Никсариса.