Я вздрогнула.

— Я…, — начала я говорить. Но тут все присутствующие взорвались вопросами.

— Что именно здесь произошло?

— Что ты сделала?

— Как ты смеешь!

— Ты это контролируешь?

— Куда он направляется? Куда вы его отправили?

— Ты можешь им командовать? Скажи ему, чтобы он немедленно возвращался сюда!

— Дракон принадлежит Дому Авари! — я посмотрела на ту, кто произнесла эти последние слова. Неудивительно, что они исходили от Нацуми. Мать Кейджа спокойно посмотрела на меня, игнорируя других членов совета директоров и директора Кима. — Давайте не будем забывать об этом. Дракон принадлежит Дому Авари.

Я открыла рот, чтобы сказать ей, что я совершенно уверена, что дракон верит, что принадлежит только себе. Но в мгновение ока Виктор оказался рядом с ней, его лицо было близко к её лицу.

— Дракон принадлежит своему всаднику, — прошипел он. — А всадница принадлежит Дому Дракхэрроу.

К её чести, Нацуми не отступила. Она сохранила свою позицию, смело глядя в ядовито-красные глаза Виктора.

— Я знаю, что вы, возможно, привыкли принимать решения в одностороннем порядке в своем собственном доме, лорд Дракхэрроу. Но этот вопрос должен решаться трибуналом, — холодно сказала она. — А пока не совершайте ошибок. Дом Авари заявляет о своих правах. Никсарис был и остается нашим.

Виктор усмехнулся.

— Ты можешь заявлять все права, какие пожелаешь. Всадница — наша. Она помолвлена с моим племянником. Она выступает за Дом Дракхэрроу. Удачи в управлении драконом без всадницы, Нацуми.

— Давайте вспомним, где мы находимся. Кто мы такие, — вмешался директор Ким. — Давайте поддерживать порядок. Леди Нацуми права, Виктор. Теперь это дело для трибунала. Другие регенты должны быть немедленно проинформированы о том, что произошло здесь сегодня вечером.

— И что же всё-таки произошло здесь сегодня вечером? — высокий мужчина благородной крови стоял в стороне, выглядя более потрясенным, чем остальные. Он уставился на меня бледно-голубыми глазами, словно пытаясь скрыть свой страх от более могущественных коллег.

— Трибунал установит это, лорд Сильвиан, — заверил его директор Ким.

Сильвиан. Это, должно быть, отец Эвандера. Будущий тесть Виши. Лорд Сильвиан сцепил руки, нервно крутя кольца на пальцах. Он был худощавым и элегантно одетым, в ниспадающей тунике, расшитой белыми и красными цветами. Он глубоко вздохнул.

— Этого недостаточно. Мы все знаем, что на созыв трибунала уйдут недели. Если не месяцы. Да ведь лорда Мортиса сейчас нет в Вейлмаре. Он посещает поместья своей семьи, которых у него много. Кто знает, сколько времени потребуется, чтобы выследить его?

— Мы найдем его, — ответил директор Ким. — Трибунал решит этот вопрос.

— Чего ты на самом деле боишься? — Виктор шагнул к лорду Сильвиану с усмешкой на морщинистом бледном лице. — Потому что на твоем трусливом лице я вижу страх, не так ли, Сильвиан?

Лорд Сильвиан покраснел.

— Как ты смеешь!

— Возможно, лорду Сильвиану просто требуется подтверждение, — мягко сказала Нацуми Авари, входя в небольшой круг, образовавшийся вокруг нас.

Директор Ким нахмурился.

— Какого рода заверения?

— Я хочу, чтобы с этим делом разобрались немедленно! — рявкнул лорд Сильвиан, глядя на меня. — Не через несколько недель или месяцев. Дракон исчез. Но эта девушка… — Он посмотрел на меня и нахмурился. — По крайней мере, её можно удержать.

— Я? — вырвалось у меня. — Я ни для кого не представляю угрозы.

Лорд Сильвиан уставился на меня.

— Не угроза?! Ты понимаешь, что ты наделала, девочка? Есть ли у тебя хоть малейшее представление о том, что ты вернула?

Я открыла рот, чтобы возразить, что я даже не собиралась возвращать дракона. Затем снова закрыла его. Действительно ли мне было выгодно сказать правду? Сказать, что всё это было случайностью? Прямо сейчас лорд Сильвиан боялся меня. Если бы я сказала, что сделала всё это невольно, я выглядела бы дурой. Хуже того, я потеряю все свои преимущества. Лучше, чтобы они боялись меня, чем знали правду — что я была так же бессильна, как и они, когда дело доходило до контроля над Никсарисом.

— Я хочу, чтобы она была заперта! — лорд Сильвиан наконец обрел уверенность. — Закована. Мы не можем рисковать, чтобы она сделала это снова.

— Ты действительно больший идиот, чем я думал, Сильвиан, — огрызнулся Виктор. — Большой неумелый трус.

На этот раз я согласилась с дядей Блейка. Я рискнула.

— Я не понимаю. Разве вы не этого хотели? — я задала вопрос всем им, но мой взгляд был прикован к Виктору. — Лорд Дракхэрроу, вы хотели, чтобы это произошло, не так ли? Разве Высокородные не более могущественны в обращении с драконами?

— С драконами — да, — огрызнулся он. — Множественное число. И ты, блядь, не того разбудила, девочка.

Я вздрогнула. Виктор был взволнован тем, что дракон теперь летает над Сангратой, да. Но, как и лорд Сильвиан, я поняла, что он тоже боялся. Боялся, что Дом Авари одержит верх.

— Я согласна с лордом Сильвианом, — вмешалась Нацуми Авари. — Всадница должна быть заключена под стражу до суда.

Я ощетинилась.

— Не уверена, что моему дракону понравилось бы услышать, что вы все хотите посадить меня под замок.

— Тогда призови его сюда, всадница, — тихо сказала Нацуми, встретившись со мной взглядом. — Верни Никсариса. Давайте обсудим этот вопрос с вами обоими.

— У него есть дела поважнее, чем слушать споры Высокородных, — сказала я так надменно, как только могла.

— Значит, он доверил твою судьбу нам, — заметила она.

Мне нечего было сказать в ответ.

— Очень скоро у нас будут ответы для всех вас. Я обещаю вам это, — сказал Виктор Дракхэрроу, становясь передо мной и загораживая меня от остальных. — Она наша наездница. Но вы заслуживаете ответов о том, что произошло. Мы выясним, что она сделала и как.

— У неё есть грёбаное имя, дядя, — сказал Блейк. Он потянулся к моей руке, как будто хотел вытащить меня из круга близости Виктора, но я быстро сделала шаг назад.

— Не смей поднимать на меня руку! — прорычала я.

Наступила тишина. Все меня услышали. Лицо Блейка покраснело. Виктор медленно повернулся, переводя взгляд со своего племянника на меня. То, что он увидел, явно ему не понравилось, но он ничего не сказал. Просто повернулся обратно к другим Высокородным.

— Можем ли мы поместить её в комнату в башне Дракхэрроу или вы предпочитаете, чтобы её поместили в темницу, лорд Сильвиан? Возможно, только с черствыми корками хлеба. Должны ли мы держать её в ослабленном состоянии, чтобы вы не почувствовали еще большей угрозы?

Директор Ким прочистил горло.

— Достаточно, Виктор. Я считаю, что то, что вы предложили, должно удовлетворить всех. Держите её в башне Дракхэрроу.

Виктор кивнул, затем повернулся и посмотрел на меня. Его красные глаза внезапно стали холоднее.

— И всё же, возможно, во всём этом нет необходимости. Ты расскажешь нам, что именно произошло. И ты сделаешь это сейчас, девочка.

Его рабская сеть врезалась в мой разум, и я закричала, опускаясь на колени на камни.

— Я сказал, ты расскажешь нам, что именно произошло! — Голос Виктора Дракхэрроу был подобен удару хлыста, рассекающему воздух и разрывающему меня на куски. Я никогда раньше не испытывала такой боли. Невидимый, но жестокий, он ударил по моему разуму с силой, не похожей ни на что. Я ахнула, схватившись за голову, моё зрение затуманилось, а за глазами запульсировала боль.

Но его не было внутри. Он был атакующим у ворот. Мои стены всё еще были возведены. Я не сдалась. Что-то яростное внутри меня сопротивлялось. Я закрыла глаза, стиснула зубы, мои вспотевшие руки впились в холодный камень, пока я удерживала барьер за барьером со всей силой, которая у меня была. Тем не менее, сила Виктора врезалась в меня снова и снова. Удушающая, настойчивая, впивающаяся когтями боли внутрь.

— Прекрати! — услышала я крик Блейка. — Дядя, прекрати это. Посмотри на неё. Ты делаешь ей больно.