— Дернешься, и я открою тебе второе дыхание. Прямо через горло, — усмехнулся я.

Дерек замер. В его глазах плескался животный ужас. Вся спесь слетела с него мгновенно. Я чуть надавил кончиком клинка на кожу. Выступила крошечная алая капля.

— Первая кровь, — громко объявил я, поднимая взгляд на зрителей. — Бой окончен.

Барьер спал.

Толпа молчала. Никто не ожидал, что «безродный» раскатает аристократа меньше чем за минуту.

Я убрал меч в ножны и протянул руку Седрику, забирая плащ.

— В следующий раз, Дерек, — бросил я поверженному противнику, который баюкал обожженную руку, — нанимай профессионалов. Ты ни на что не годишься сам.

Кто-то в толпе начал хлопать. Сначала неуверенно, потом громче. Седрик сиял, как начищенный медный таз.

Я обвел взглядом притихшую толпу. В первом ряду, среди первокурсников, я заметил знакомую фигуру. Девушка с черной косой. Майлин Белес.

Она стояла, скрестив руки на груди. На ее лице не было улыбки, но в разноцветных глазах — сером и зеленом — читалось одобрение. Она видела все.

Толпа вдруг расступилась, пропуская кого-то.

— Любопытно, — раздался холодный, властный голос. — Очень любопытно.

На арену вышел высокий парень. На вид — старшекурсник. Идеальная осанка, хищные черты лица. Мой взгляд упал на его грудь. На форме была пришита красная нашивка — знак факультета Боевой Магии. А под ней приколот бронзовый значок десятника.

Парень даже не посмотрел на Дерека, который униженно пытался подняться с земли. Он смотрел только на меня.

— Ты обидел моего подопечного, первокурсник, — произнес он спокойно. — И поэтому я, Люциан Грей, десятник боевого факультета, мастер первой ступени, вызываю тебя, Арден Милтон. Здесь и сейчас.

Толпа выдохнула. Вызов от старшекурсника, да еще и Десятника — это был приговор.

В глазах Грея я видел предвкушение. Он ждал страха. Ждал, что я начну лепетать про неравные силы или искать защиты у администрации. Но он меня не знал. Я медленно, демонстративно стряхнул невидимую пыль с рукава.

— Вызов принят, — мой голос прозвучал ровно, разрезая тишину.

Никаких оправданий. Никаких просьб о пощаде.

Люциан слегка прищурился. Мое спокойствие ему не понравилось. Оно ломало его сценарий публичной порки.

— Ты или смелый, или идиот, — процедил он. — Я сотру тебя в порошок.

— Меньше слов, Грей, — я встал в стойку.

Я знал, что шансов почти нет. Он старше, опытнее, еще и десятник. Но я также знал другое, если я сейчас отступлю, меня сожрут. В этом мире уважают только тех, кто готов скалить зубы даже перед волчьей стаей.

— Начали! — рявкнул кто-то из толпы.

В моих глазах не было страха. Только холодный расчет и злая решимость продать свою жизнь по максимальному курсу.

Я замахнулся. Этот бой только начинался.

— Начали!

Едва прозвучала команда, Люциан сделал резкое движение кистью.

Воздух вокруг его правой руки пошел рябью. С гулким хлопком в его ладони вспыхнуло пламя, мгновенно вытягиваясь в длинный, гудящий жгут ослепительно-оранжевого цвета.

Огненный хлыст.

Люциан не стал тратить время на разведку. Свист — и огненная лента метнулась к моему лицу.

Я упал в перекат, пропуская удар над собой. Хлыст врезался в брусчатку, выбив фонтан каменной крошки и искр.

Я вскочил, пытаясь разорвать дистанцию. Выхватив из поясной сумки капсулу, я швырнул ее под ноги Грею.

Путы.

Артефакт сработал мгновенно. Из капсулы выстрелила магическая веревка, целясь в лодыжки противника.

Люциан даже не посмотрел вниз. Вокруг его ног вспыхнуло кольцо огня, и веревка, не успев затянуться, осыпалась пеплом.

— Детские игрушки, — усмехнулся он.

Второй удар хлыста я пропустил.

Я пытался уйти влево, но Люциан дернул кистью, меняя траекторию плети в полете. Огненный кончик полоснул меня по левому плечу.

Запахло паленым мясом. Боль была такой, словно меня ударили раскаленным ломом. Я стиснул зубы, едва не выронив меч.

Я активировал кольцо на левой руке, посылая воздушный импульс, чтобы сбить его с ног.

Толчок!

Люциан лишь слегка пошатнулся, выставив свободную руку. Его личный щит — плотная пленка маны вокруг тела — поглотил мой удар, даже не дрогнув. Разница в уровнях была катастрофической. Мои артефакты для него были как комариные укусы.

— И это все? — Люциан наступал, поигрывая хлыстом. — Я ожидал большего от того, кто так дерзко болтал.

Он ударил снова. Сверху вниз. Плеть свистнула, метя точно в правую ключицу.

Увернуться я не успевал.

Но сработала пассивная защита. Брошь на моем воротнике полыхнула голубым, реагируя на угрозу. Воздушный щит попытался сместить вектор атаки, отвести пылающую плеть в сторону, как отвел бы арбалетный болт.

Раздался жалобный треск. Кристалл в броши просто лопнул, не справившись с плотностью огненного потока. Защита схлопнулась, не выдержав мощи Мастера.

Воздушный щит лишь сместил траекторию. Огненный хвост плети прошел мимо плечевого сустава и хлестнул по выставленному предплечью, с шипением вгрызаясь в мясо.

Ударная волна от разрушенного щита ударила мне в грудь. Меня отшвырнуло назад. Я упал на спину, выронив меч.

Рука горела огнем. Рукав дымился, кожа под ним вздулась пузырями.

Я попытался встать, но Люциан уже был рядом.

Пинком он отбросил мой меч в сторону. Затем наступил мне на грудь, вдавливая в пыль Арены.

— Ты жалок, — выплюнул он сверху вниз. — Думал, твои побрякушки помогут тебе против боевой магии?

Он поднял руку. Огненный хлыст в ней начал сжиматься, превращаясь в пульсирующий шар раскаленной плазмы.

— Я оставлю тебе сувенир, Арден. Глубокий шрам на всю щеку, чтобы ты каждый раз смотрел в зеркало и помнил свое место.

Я лежал в пыли. Из разбитой губы текла кровь, левая рука не слушалась, грудь сдавливал сапог врага.

Артефакты кончились. Меча нет. Сил нет.

Я проиграл.

«Нет, — шепнул голос внутри. — Не сейчас».

У меня оставался последний патрон. Опасный. Но терять было уже нечего.

Я посмотрел в глаза Грею. Он наслаждался моментом триумфа. Он расслабился.

Я выдохнул, вспоминая холодный дождь и ощущение ледяной пустоты.

— Предел, — беззвучно шевельнул я разбитыми губами.

Внутри что-то оборвалось с влажным хрустом.

Сердце ударило в ребра один раз — так сильно, что в глазах потемнело. Боль от ожогов исчезла, словно кто-то перерезал нервы.

Мир изменился. Звуки исчезли. Рев толпы, гудение огня — все утонуло в вате. Время стало вязким, как смола.

Я видел, как медленно формируется огненный шар в руке Грея. Видел каждую пору на его лице. Видел, как он переносит вес на ногу, стоящую на моей груди.

Боевой Транс.

Мое тело больше не принадлежало мне. Это была машина. Я двигался в ускоренном темпе, пока Люциан словно оказался под водой.

Моя правая рука, свободная от меча, скользнула к поясу. Там висел последний, бесполезный в дальнем бою артефакт.

Скользкий След.

Я вдавил капсулу прямо в подошву сапога Люциана, который стоял на мне. Лед мгновенно покрыл его. Одновременно я сжал левый кулак. Кольцо Грома.

В обычной ситуации я бы не смог поднять руку под весом его тела. Но в боевом трансе сила увеличивается в несколько раз. Я ударил. В колено опорной ноги.

Сапог Грея соскользнул с моей груди, потеряв сцепление на льду. Его равновесие рухнуло. В этот момент мой кулак, усиленный кинетикой, врезался в боковую связку его колена.

ХРУСТ.

Звук ломающейся кости перекрыл даже гул пламени.

Люциан взвыл — страшно, на высокой ноте. Его нога выгнулась под неестественным углом. Огненный шар в его руке дестабилизировался, вспыхнул и погас, опалив ему же брови.

Люциан рухнул на бок, хватаясь за покалеченную ногу. Я перекатился, подхватывая с земли свой меч.

Встал. Мир качался, как палуба корабля в шторм. Перед глазами плыли красные круги. Боевой транс выжег остатки моих сил.