Я оказывался ровно посередине между одиночками-гениями и общей массой. Достаточно высоко, чтобы преподаватели воспринимали всерьез, но недостаточно ярко, чтобы такие, как Валериан, видели во мне конкурента и пытались подставить подножку в первый же день. Лучшего места для спокойной учебы и не придумаешь.

Удовлетворенный увиденным, я поправил сумку и направился к выходу из зала.

Внутренний двор Академии бурлил. Здесь не было единой униформы, поэтому двор пестрел всеми цветами радуги. Наследники родов щеголяли в камзолах с гербовой вышивкой, меняющей цвет от освещения, провинциалы жались по краям в простых дорожных куртках.

Пока я рассматривал других поступающих, кто-то врезался мне в спину.

— Ой, прости! — парень, врезавшийся в меня, отскочил, едва не выронив сумку. Он поднял голову, и его лицо расплылось в улыбке. — Арден? Ты!

Это был Седрик Арн, тот самый парень, с которым мы перекинулись парой слов в очереди на инициацию еще в Крамме.

— Привет, Седрик, — я пожал его протянутую руку. Ладонь у него была сухая и крепкая, вся в мелких ожогах — явно пытался практиковать огненные фокусы дома.

— Ты приехал? — его глаза горели. — Я знал! А я, представляешь, чуть не спалил приемную комиссию от волнения. Искры посыпались из рук, когда под арку шел. Но взяли! Уровень ядра — четыре искры, «Темно-Фиолетовый». А у тебя что?

— Шесть искр. Янтарный.

Седрик присвистнул, понизив голос.

— Ого! Это серьезно. Это уровень крепкого Мастера. С таким можно и к «Красным» пробовать, на Боевой, если физуху потянешь. Или к «Зеленым» — там целители такие деньги загребают, что нам и не снилось…

Он болтал без умолку, и это странным образом успокаивало. Как будто ничего необычного вокруг не происходит.

— Кстати, ты видел того пижона, фон Райта? — не унимался Седрик. — Говорят, у него…

Договорить он не успел.

Чье-то плечо грубо, намеренно врезалось в него, отшвырнув в сторону. Седрик пошатнулся, едва устояв на ногах.

— Под ногами не путайся, деревенщина, — раздался ленивый, тягучий голос.

Я медленно повернул голову.

Трое.

Я узнал их сразу. Та самая троица мажоров, которая пыталась пролезть без очереди в Крамме. Только теперь они были одеты еще богаче. В центре стоял высокий брюнет с идеально уложенными волосами и неприятной, словно приклеенной ухмылкой.

Он скользнул по мне скучающим взглядом, хотел было отвернуться, но вдруг замер. В его глазах мелькнуло узнавание.

— О, глядите-ка, — протянул он, обращаясь к своей свите. — Краммская грязь все-таки просочилась через фильтр. Удивительно. Я думал, ты до сих пор зализываешь раны в какой-нибудь канаве, после урока, что мои люди тебе преподали.

У меня внутри словно щелкнул предохранитель. Картинка сложилась мгновенно. Ночная улица Крамма. Трое наемников. «Не суйся туда, куда тебя не звали, и, может быть, останешься цел».

Значит, это не от разбойников был «привет», и никак не связано с событиями, случившимися до выжженного круга. Это была просто мелкая, грязная месть уязвленного самолюбия.

— Так это твои наемники были, — сказал я.

Брюнет хохотнул. Он чувствовал себя здесь хозяином жизни — вокруг были такие же, как он, или те, кто боялся таких, как он.

— Наемники? — он картинно изогнул бровь. — Громко сказано. Я просто заплатил паре бродяг, чтобы они научили тебя манерам. Но, видимо, мало заплатил, раз ты стоишь здесь и открываешь рот.

Он шагнул ко мне вплотную. От него пахло дорогим, резким парфюмом.

— Ты здесь никто. Безродный выскочка. Мой отец уже оплатил строительство нового крыла библиотеки, так что советую тебе ходить и оглядываться. Лестницы в Академии крутые, можно случайно упасть…

Он ухмыльнулся и, проходя мимо, демонстративно задел плечом Седрика еще раз.

— Пшел с дороги.

Седрик сжал кулаки, лицо его пошло красными пятнами, но он промолчал, понимая, что связываться с таким — себе дороже.

Зато не промолчал я.

— Стоять!

Мой голос прозвучал достаточно грубо, в нем лязгнул металл. Несколько студентов рядом обернулись. Брюнет остановился и медленно, с ленцой развернулся.

— Ты что-то пропищал?

— Я сказал «извинись», — я смотрел ему прямо в переносицу. — Ты толкнул моего друга. И ты публично признался в организации нападения.

— И что ты мне сделаешь? — усмехнулся он. — Побежишь жаловаться ректору?

— Нет, — я положил ладонь на рукоять своего меча. — Я вызываю тебя на дуэль. Или ты смелый только когда за спиной наемники?

Тишина упала на двор мгновенно. Студенты замерли. Вызов в первый же день?

Брюнет на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки. Публичный отказ для него был хуже поражения.

— Ты хочешь дуэли? — он презрительно скривил губы, оглядывая мою простую куртку. — Со мной? Дереком ван Холтом? Ты хоть знаешь, с какой стороны за меч браться, деревенщина?

— Узнаешь на Арене, — отрезал я. — Оружие — клинки. До первой крови или сдачи.

— Принимаю, — бросил Дерек. — Эй, кто-нибудь! Свободна малая Арена? Я сейчас покажу этому мусору его место.

Малая Арена представляла собой круглый полигон, окруженный полупрозрачным мерцающим барьером. Зрители, а их набежало уже человек пятьдесят, толпились за периметром.

Мы вошли внутрь. Барьер за спиной замкнулся с тихим гудением, отсекая лишний шум.

Я снял плащ, бросив его Седрику, и остался в рубахе и жилете. Вытянул из ножен свой меч — простой, надежный клинок из хорошей стали, который я купил еще в Крамме.

Дерек напротив меня красовался. Он скинул камзол, оставшись в белоснежной рубашке с кружевами. Его меч выглядел как произведение искусства — гарда с позолотой, рукоять обтянута белой кожей.

— Готовься глотать пыль! — выкрикнул он, делая пару эффектных взмахов.

Красиво. Технично. Школа фехтования у него была, этого не отнять. Но я смотрел не на его движения. Мое магическое зрение сканировало его экипировку. Дорогая одежда фонила защитными чарами. А вот меч… Я прищурился. В гарде его клинка, прямо в основании лезвия, пульсировал сгусток магического потока. Едва заметное голубоватое свечение.

Активный артефакт. Встроенный «Шокер» или «Вспышка».

Формально «личное снаряжение» разрешено. Но в честном поединке на мечах использовать скрытый боевой заряд — это подлость. Он планирует активировать его при скрещивании клинков, чтобы выбить у меня оружие или ослепить.

— Бой! — крикнул кто-то из старшекурсников, взявший на себя роль судьи.

Дерек бросился в атаку мгновенно. Он был быстр. Хорошая школа, дорогие учителя.

Первый удар — колющий, в плечо. Я ушел перекатом, пропуская лезвие мимо.

Дерек тут же развернулся и нанес рубящий удар сбоку. Я принял его на жесткий блок. Сталь звякнула о сталь. Руку дернуло отдачей — физически он был развит неплохо.

— Что, только бегать умеешь? — прошипел он, наседая.

Он теснил меня к краю барьера.

Я ждал. Я видел, как разгорается энергия в его гарде. Он готовил активацию.

Дерек сделал широкий замах, намеренно открываясь. Ловушка. Он ждет, что я пойду в контратаку, наши мечи скрестятся у гарды, и он нажмет на спуск.

Магический поток в его оружии достиг пика.

Сейчас.

Я шагнул навстречу, но не в блок. С разворота, вкладывая инерцию всего тела, ударил своим клинком. Плашмя. Прямо по его гарде. Туда, где скопилась энергия.

БАМ!

Звук был такой, словно раздавили толстое стекло.

Мой удар дестабилизировал готовую структуру заклинания внутри его меча. Магия, не найдя выхода, рванула внутри металла. Изящный клинок Дерека просто взорвался у основания. Осколки брызнули в стороны.

Дерек взвыл, отшвыривая бесполезную рукоять. Его ладонь была черной от копоти, манжет дымился. Он ошарашенно смотрел на свою пустую руку.

Я не дал ему опомниться. Подшаг. Подножка.

Дерек рухнул на спину, выбивая пыль из покрытия арены. В следующую секунду острие моего меча замерло у ямки на его шее.