— Если мы закажем триста, — сказал он, — вы сможете поставить их в течение… скажем, двух месяцев? С учетом испытаний, приемки, бумаг?

Где-то внутри у меня хмыкнул прежний инженер. Две сотни единиц продукта за два месяца, с нуля, в новом мире. Но вслух я произнес лишь свои расчеты.

— По срокам уложимся, — сказал я. — Но нам нужны будут деньги на материалы. Сто золотых авансом — и мы зафиксируем цену и сроки.

Чиновник тут же покачал головой.

— Аванс возможен только после утверждения городским советом, — произнес он привычным тоном. — А утвердить мы можем только то, что уже стоит в наших складах.

Замкнутый круг. Классика.

Мы вышли из управы с листом бумаги — предварительным протоколом о намерениях. И с нулем денег в кармане.

— Сто золотых, — сказал Салвер, когда мы уже шли обратно. — У нас нет даже половины. И после пожара еще и долги повисли.

— Зато у нас есть заказ, — ответил я. — Фактически гарантированный. Нам нужен инвестор. Кто-то, кто вложит в материалы, а потом заберет часть прибыли.

— Сколько «часть»? — спросил он.

Я уже думал об этом.

— Треть от прибыли, — сказал я. — В обмен на сто золотых сейчас и готовность не лезть в управление делом.

— Никто не даст сто золотых двум магам, у которых вчера сгорел склад, — сухо заметил Салвер. — По крайней мере, без залога.

— Значит, нам нужен кто-то, кто не боится риска, — ответил я. — Или тот, кому выгодно, чтобы в этом квартале меньше было пожаров.

Я говорил спокойно, но внутри все кипело. Пожар ударил по нам больно. Не только по кошельку, но и по самоуважению. Нас ткнули носом: вы уязвимы. Вас можно лишить всего за одну ночь.

Но в этом мире, как и в прежнем, была одна вещь, которая мне нравилась. Если ты придумываешь решение, которое реально нужно, деньги рано или поздно найдутся.

— Знаешь, — сказал Салвер наконец, — если бы кто-то рассказал мне год назад, что я буду ходить по городу и искать инвестора, чтобы поставить по всему кварталу твои странные кувшины, я бы решил, что он выпил не того настоя.

— А сейчас? — спросил я.

— А сейчас, — он чуть усмехнулся, — я видел, как сгорел наш склад. И как гаснет огонь от одного твоего артефакта. Так что да. Пойдем искать того, кто не против заработать вместе с нами.

Я кивнул.

Максим Воронов из прошлого мира любил, когда задачи складывались в цепочку: проблема, решение, масштабирование. Арден в этом мире только учился совмещать магию с бизнесом. Но одно я уже понял точно — меня можно попытаться задавить деньгами, в ответ я буду делать артефакты, которые эти деньги приносят.

И если кто-то вроде Эльгара Корста считает, что сжег наши шансы — пусть. Мы просто начнем продавать огнетушители.

— Нам нужен человек с деньгами, который умеет видеть выгоду, — сказал я.

— У тебя есть такой на примете? — спросил Салвер.

Силуэт в голове всплыл сразу.

— Лорен Вестмар. Мы уже у него работали как сыщики. Он знает, что мы не болтуны. Скорее всего он уже слышал про наши сигнализации и огнетушители. Так что предлагаю начать с него.

— Давай попробуем, вариантов все равно не много, — согласился Салвер.

Дом аристократа встретил нас точно таким, как я его запомнил: каменные стены, аккуратный двор, крепкая дверь без лишних завитушек. Нам открыл слуга в темном камзоле.

— Как представить гостей? — спросил он.

— Арден Милтон, мы уже работали на господина Вестмара. Со мной мастер Данн. Мы пришли по делу, которое касается вложений.

Слуга коротко кивнул.

— Ожидайте, пожалуйста, — произнес он и провел нас в небольшую комнату с двумя креслами и низким столом.

Мы присели. Я пару раз пересчитал в голове цену одной заготовки, себестоимость, сроки, долю инвестора. Потом еще раз.

Спустя десять минут дверь открылась и вошел Лорен. Та же спокойная походка, тот же взгляд человека, который привык внимательно слушать и делать свои выводы.

— Мастер Данн, — кивнул он. — Арден. Рад видеть вас в хорошем здравии. Мне сказали вы хотите обсудить какой-то вопрос.

Мы поднялись с кресел.

— Спасибо, что приняли, — сказал я. — Просим нас извинить, что пришли без приглашения. Но в нашем случае вопрос не терпит отлагательств.

— Присаживайтесь господа, слушаю вас.

Он сел в одно кресло, рукой показав на свободные. Мы с Салвером устроились напротив аристократа.

— Несколько недель назад сгорел наш склад, — начал я. — Большая партия материалов для артефактов была уничтожена в одно мгновение. Мы оказались в не очень хорошем финансовом положении. Но эта ситуация вдохновила нас создать новый артефакт, который позволяет тушить очаги возгорания с высокой эффективностью.

Я достал из сумки огнетушитель и поставил на стол.

— Небольшой керамический сосуд, — объяснил я. — Внутри связка из двух кристаллов и раствора. Пока все спокойно, он просто ожидает своего часа. При сильном нагреве или при ударе по корпусу срабатывает и выбрасывает наружу плотный поток воды с паром. Этого хватает, чтобы сбить пламя на небольшой площади и быстро остудить дерево или ткань.

Лорен взял сосуд, повертел в пальцах, провел большим пальцем по шву.

— Вы уже успели его кому-то продать? — спросил он.

— Мы продали две дюжины в розницу за последние дни, — ответил я. — Пара трактиров, мастер кожевник, один владелец склада. Некоторые из них уже успели опробовать артефакт в действии. Огнетушители показали себя хорошо. Теперь люди приходят заказывать новые экземпляры.

— По какой цене вы продаете их?

— Для рядовых покупателей цена семь серебряных. В производстве они нам обходятся в чуть дороже трех. Если организовать массовое производство, расходы можно немного снизить.

— Интересно. Но почему вы решили обратиться ко мне?

— Мы получили крупный заказ от городской управы, триста артефактов, срок два месяца. Но оплата будет только после приемки всей партии. На закупку материалов нам нужно около ста золотых. У нас столько нет.

Салвер чуть подался вперед:

— Мы не привыкли жить в долг, — сказал он. — Но сейчас без стартовых денег мы не сможем выполнить заказ. А это уже удар по репутации.

Я кивнул.

— Мы пришли не за милостью, — добавил я. — Мы пришли за партнерством, хотим предложить вам долю в нашем производстве.

Лорен переплел пальцы, оперся локтями о подлокотники.

— Расскажите конкретнее, как вы это видите? — попросил он.

— Вы даете нам сто золотых на материалы, мы организуем производство, делаем партию, сдаем ее управе. Из чистой прибыли по этому заказу мы отдаем вам тридцать процентов.

Он какое-то время молчал. В комнате было тихо, слышно только, как где-то в соседнем крыле прошел слуга.

— Вы уверены, что успеете за два месяца? — спросил наконец Лорен. — Триста штук — это большой объем.

— При нынешнем подходе — нет, — честно сказал я. — Если делать как обычно, один мастер от начала до конца, мы утонем в сроках. Но я собираюсь менять подход. Разбить производство на простые шаги, каждому человеку дать свою операцию. Так мы в несколько раз увеличим скорость производства и сможем уложиться в сроки.

Лорен взглянул на меня внимательнее.

— Для ремесленника вы слишком хорошо понимаете про массовое производство, — заметил он.

Я пожал плечами.

— Я привык оптимизировать процессы, — ответил я. — Для меня естественно искать, где узкое место, и расширять его. Здесь узкое место — время одного мастера. Если дать людям простые повторяющиеся операции, они будут делать их быстрее, а значит это дешевле для бизнеса.

Он перевел взгляд на Салвера.

— Вы готовы работать в таком режиме? — спросил.

— Огнетушители уже пошли в народ. Если мы ничего не изменим, то будем всю жизнь крутиться на мелких заказах. Я готов рискнуть, — спокойно ответил Салвер.

Лорен постучал пальцем по керамическому корпусу.

— Разовый договор и тридцать процентов меня интересуют, — сказал он. — Но больше меня интересует не один контракт управы, а то, во что вы можете вырасти. Наш город — это не предел. Настоящие деньги крутятся в столице.