— Чё?! Да ты кто такой, блин?! — тут же подрывается тот самый мужчина. — Ты знаешь, кто мы вообще?!

— Знаю, кстати… А вот ты, похоже, нет. Моя фамилия Грек. А отчество Себастьянович… Так стало яснее?

Мужчины передо мной нервно переглядываются, а я бросаю один короткий взгляд на парня, который неожиданно за меня заступился… Яркий блондин в кожаной куртке с серьгой в ухе и дерзким непрошибаемым взглядом. О таких ходят слухи, что лучше вообще не смотреть в их сторону…

В его улыбке проскальзывает вызов, а в каждом движении чувствуется уверенность, граничащая с безрассудством. Я ловлю себя на том, что невольно отступаю на шаг назад, словно инстинктивно чувствуя, что этот парень — не тот, с кем стоит играть в лёгкие игры. С ним вообще не желательно играть.

Я тут же отворачиваюсь, сжав в руках поднятый поднос, а он продолжает:

— Вам, наверное, уже пора, мужики… Дело такое. А завтра на совещание к восьми, да? Ну вот… Видите… Дама на вас даже не жалуется…

Смотрю на то, как суматошно они начинают собираться, а администратор, увидев всё это, молчаливо отходит в сторону, заставив меня и вовсе обомлеть. Что здесь только что произошло? Кто он такой и почему вообще заступился за меня?

Некоторое время я нахожусь в каком-то трансе… Всё ещё не верю, что эти мужчины сейчас просто молча уйдут… Но они уходят… Бросив на стол явно больше, чем должны были тут оставить, а у меня даже взгляд в их сторону не поворачивается. Внутри всю трясёт… Кажется, меня могли уволить за это…

— До встречи, мужики, — бросает он напоследок, а я тут же начинаю убирать со стола, но меня резко дёргают за плечо.

— Да? — отвечаю сбивчиво, и мне еле удаётся устоять на ногах. Меня прям-таки шатает. Мои глаза ловят его тёмные омуты… Так странно… Волосы у него светлые, будто поймали лучи солнца и удерживают их в себе… А брови и глаза каштанового оттенка… Острые скулы. Взгляд просто убийственный. Настоящий бэдбой с обложки журналов, блин… Себастьянович… Грек…

Где я слышала про Себастьяна Грека? Я не помню…

— А-ме-лия, — будто нарочно читает по слогам, касаясь моего бэйджика кончиками пальцев, и я невольно вздрагиваю. — Давно тут работаешь? Я просто уезжал ненадолго…

— Два месяца, — отчитываюсь перед ним, хотя не знаю, почему… Вроде как не должна… Но и он не должен был помогать. — Как ты это сделал?

— Ловкость рук и немного обаяния. Ничего больше, — издевается он, ухмыляясь. И я даже смотреть не могу на его такую ухмылку. Дикость взгляда просто пролезает в такие дебри, о существовании которых я и сама не догадывалась. Он очень-очень странно на меня смотрит. И чувство, будто неспроста.

— Ясно… Спасибо тебе… — быстро отвечаю ему и вижу взгляд админа, которая намекает мне о том, что пора продолжать работать и разгребать этот свинарник, что они устроили… Однако не тут-то было…

— Посмотри на меня, Амелия... — звучит хриплое шёпотом за моим плечом, но я не оборачиваюсь, а продолжаю вытирать тот самый столик.

— Моя смена только началась. Я благодарна, но...

— Но? — перебивает он нагло. — Со мной в диалоге нет такого слова. Так что собирайся и следуй прямиком за мной, зайчонок. Я покажу, как меня обычно благодарят...

Амелия Андреева

От возмущения у меня вспыхивают щёки. Я терпеть не могу, когда ведут себя нагло, но когда ещё и сначала прикрываются маской благородства, а потом пользуются этим… Вдвойне отвратно.

Зачем тогда вообще помогал мне с ними? Ну и бросил бы на произвол судьбы в таком случае. Посидел бы и помолчал. А получается, он такой же испорченный, как и они. Если ещё не хуже… У него же на лице написано — бандит. Ну, если не бандит, так точно — избалованный деньгами и властью придурок. А я с такими дел не имею.

— Я никуда с тобой не пойду, ещё раз говорю, — отрезаю максимально злобно, чтобы он осознал, что я не из тех, кто будет лизать ему задницу. — Хочешь — зови их обратно и скажи, что ты передумал, пусть меня уволят. Потому что я не просила тебя помогать.

— Ох ты ж, нихера себе, язычок прорезался… — улыбается он, облокотившись на столешницу. — Ты же понимаешь, что лучше по-хорошему…

— Не нужно мне угрожать, я пошла работать, — отрезаю, перебив, и следую брать следующий заказ, как вдруг неожиданно, стоит мне исчезнуть на кухне, в мою руку вцепляется Лизка. И буквально сжимает её с такой силой, что приходится отдёрнуть.

— Ай!

— О, Боже… Ты его знаешь? Откуда?! — верещит, словно ужаленная, и я тут же меняюсь в лице.

— Что? Нет, я не знаю…

— В смысле? А чего он тогда за тебя заступился?! — тут же возмущенно возникает она, скуксив лицо.

— А я почём знаю? Кто это вообще такой?!

— Блин, Амела… Это же Назар Грек, как можно не знать, блин?! — выдаёт она так, словно он сам министр или даже президент.

— Эээммм… Я уже поняла, только кто он такой-то?!

— Сын Себастьяна Альбертовича!

Блин, она снова говорит загадками…

— Мне сейчас вообще не легче стало. Ты издеваешься? — смеюсь я, а она крутит указательным пальцем у виска.

— Дорогуша… Посмотри, кто учредитель сети ресторанов, которым мы принадлежим, — сообщает она, заставив меня замереть на месте. Серьёзно? Почему я помню только управляющего… Господи…

Потому что напрямую никогда о нём не думала даже. Нафига мне знать, кто тут учредитель??? Я ведь даже не админ… Просто официант. А сам учредитель к нам никогда не являлся с визитами…

Блин, что за день сегодня такой?! Нафига он вообще припёрся?!

— Иди работай, у тебя пятый, — направляет она меня и исчезает из зала, будто главная здесь, хотя у нас нет иерархии, просто она такая халда по натуре. Я выглядываю из-за шторки и понимаю, что этот наглый парень всё ещё сидит там, блин… И вот что мне теперь делать? Когда я сказала про увольнение, я же пошутила… Мне нужны деньги… Мне реально здесь нравится. И график, и зарплата, и персонал. Всё, как надо…

Дальше я бегаю по залу, как дурочка, стараясь не смотреть на него, но нет да нет всё равно поглядываю, потому что он буквально прошивает меня своим стальным хитрым прищуром, будто наизусть меня решил запомнить…

Только вот мне всё это вообще не нужно. Он мне не нравится. И по нему видно, что от него проблем не оберёшься, так что ни за какие коврижки…

Наше заведение закрывается в десять. И до конца смены остаётся час. Сердце в груди тревожно бьётся, потому что я вижу, что Лизка услужливо улыбается ему и что-то ставит на стол, а потом они оба смотрят в мою сторону, и он бесцеремонно тычет на меня пальцем, словно я какая-то вещь… А сначала казался таким интеллигентным, блин… И мата даже не проронил там в конфликте… А тут такое хамло, блин, думающее, что все и вся ему принадлежат.

Через секунду Лизка идёт прямиком ко мне, пока я стою никого не трогаю и жду цезарь с лососем, чтобы отнести другому клиенту.

— Он требует тебя… — выдаёт, подходя прямиком ко мне и застав врасплох.

— В смысле требует меня?! — выпучив на неё свои глаза, замираю. Что за тупая реплика? Я что салат или горячее?

— Блин, ну хочет парень, чтобы его ты обслуживала… Иди, блин, Амела!

— Меня зовут Амелия, а не Амела… Когда ты уже выучишь?!

— Да не важно, ты что такая дурочка-то?! Такой парень зовёт, а ты тут стоишь! — добавляет и мне хочется рассмеяться ей в лицо. Что это ещё значит, блин?! Какой, такой парень? Чем он особенный-то? Отцовскими деньгами, что ли?! Что за стереотипы конченых неудачниц?! Я сама всего добьюсь, и мне не нужно строить глазки первому встречному, чтобы он дал побольше чаевых, нафиг. И уж тем более не нужно кидаться ему на шею, узнав, что он сын самого главного тут.

— В смысле? А мне что в руки ему нужно прыгнуть?! — возмущенно припираюсь я, пока за спиной не появляется напряженная Марина.

— А я не поняла, вы чего орёте на всё заведение. В чём сыр-бор?! — цедит она сквозь зубы, глядя на нас по очереди своими змеиными жестокими глазами. Я реально её побаиваюсь. Если она берётся за дело, порой кажется, что может задушить…