Сфинкс спрыгнул вниз. Прямо на меня. Больно, но не смертельно. Он устроился у меня на коленях и громко замяукал. Сверху ему ответили остальные.

Через несколько минут в щели показалась голова Эльзы. Призрак была бледнее обычного — насколько это вообще возможно для призрака.

— Алисия! — воскликнула она. — Что ты там делаешь?!

— Изучаю архитектурные особенности дома! — огрызнулась я. — Вытащи меня отсюда!

— Я не могу! Я призрак, я сквозь всё прохожу, я не могу тебя поднять!

— Позови кого-нибудь живого!

— Кого? Твои ухажёры все разъехались, вдовы будут только вечером…

— Позови соседей! Кого угодно! Или принеси верёвку!

Эльза исчезла. Коты остались. Сфинкс на коленях мурлыкал, видимо, пытаясь меня успокоить. Остальные сидели наверху и смотрели.

Ждать пришлось долго. Эльза вернулась с графиней-кошатницей, которая, увидев котов, забыла обо мне и принялась ворковать с ними. Пришлось орать, чтобы она взяла себя в руки.

— Верёвку! — крикнула я. — Или простыню!

— Сейчас! — пискнула графиня и растворилась.

Верёвку принесли. Спустили. Я ухватилась, и коты — о чудо! — вцепились в неё зубами и когтями, помогая тянуть. Сфинкс на моих коленях вцепился в воротник халата и тянул изо всех сил.

Я выбралась. Вся в пыли, с мокрым от пота лицом, с котом на плечах, который явно считал себя героем. Остальные коты расселись вокруг и смотрели на меня с выражением «ну что, довольна?».

— Спасибо, — выдохнула я. — Вы не коты, вы ангелы.

Сфинкс фыркнул, словно говоря: «Знаем».

— Алисия, что это за комната? — спросила Эльза, заглядывая внутрь.

— Тайная, — ответила я, отряхиваясь. — Там сокровища, чертежи, дневник на непонятном языке. И ловушка для дураков, которые суют нос не туда.

— Надо всё забрать оттуда, — встревожилась графиня. — Вдруг туда кто-нибудь ещё провалится?

— Кто? Призраки провалиться не могут, коты слишком умны, чтобы туда лезть, а я больше не собираюсь.

— А вдруг этот… твой бывший? — предположила Эльза.

Я замерла. Она была права. Если Элиан узнает о тайной комнате, он может попытаться проникнуть в дом. Или того хуже — заявить права на сокровища.

— Ладно, — вздохнула я. — Давайте вытащим всё наверх. А потом я подумаю, что с этим делать.

Мы — точнее, я, потому что призраки могли только наблюдать и давать советы — перетаскали всё из тайной комнаты в мою спальню. Сокровища, чертежи, дневник, даже сундук, который пришлось выволакивать с помощью котов (они вцепились в него зубами и когтями и тянули, а я толкала сзади). К концу этой эпопеи я выглядела как шахтёр после смены, а коты разлеглись по всей комнате и заснули, изображая плюшевые игрушки.

— Ну и денёк, — сказала я, падая в кресло.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказала Эльза.

— Отдохнуть? — я посмотрела на гору сокровищ, на чертежи, на дневник. — Как я могу отдохнуть, когда у меня в спальне лежит состояние и документы, которые я не могу прочитать? И завтра придут эти трое, и вдовы, и, возможно, снова Элиан…

— Алисия, — строго сказала графиня-кошатница, — ты себя до инфаркта доведёшь.

— Может, мне просто сбежать? — спросила я в потолок. — Снова. Взять герань, котов, бриллианты и уехать куда-нибудь, где нет ни призраков, ни бывших, ни принцев с графами?

— А дом? — спросила Эльза.

— Продам. Или оставлю. Или… не знаю.

Я закрыла глаза. В голове звенело. Тот самый звон, от которого я и пыталась сбежать, когда полезла в тайную комнату. Теперь он стал громче.

— Ты не сбежишь, — тихо сказала Эльза. — Ты не такая.

— Может, зря, — буркнула я.

В этот момент в комнату вползла герань. Все три куста, дружно, неся горшок на себе, словно черепахи. Они остановились у моих ног и уставились на меня с укором. Медовый выпустил облачко аромата — не сладкого, как обычно, а горьковатого, тревожного.

— Что? — спросила я. — Вы тоже считаете, что я должна остаться?

Герани защёлкали. Очень определённо.

— А если я не хочу?

Медовый качнулся вперёд и легонько цапнул меня за палец. Не больно, но ощутимо.

— Ты права, — вздохнула я. — Не хочу. Но очень устала.

Я посмотрела на гору сокровищ, на чертежи гения, на дневник, полный тайн. На котов, спящих на моей кровати. На призраков, которые смотрели на меня с надеждой. На герань, которая, кажется, ждала от меня чего-то большего.

— Ладно, — сказала я, поднимаясь. — Не буду я никуда бежать. Но сегодня — отдых. Никаких тайн, никаких поклонников, никаких призраков с их проблемами. Я забираю герань, котов, бутылку вина и иду в ванну. И если кто-то меня там найдёт, я его прокляну. Вместе с Обществом вдов. У них, между прочим, большой арсенал.

Призраки переглянулись, но спорить не стали.

Я налила ванну. Горячую, с пеной, с ароматическими маслами, которые нашла в шкафу (наверное, остались от прежних хозяев). Коты расселись вокруг, охраняя покой. Герани я поставила на подоконник, предварительно покормив мясом — они заслужили.

Вода была тёплой, пена — душистой, вино — терпким. Я закрыла глаза и наконец-то позволила себе не думать. Ни о чём. Просто быть. Чувствовать, как уходит напряжение, как расслабляются мышцы, как затихает звон в голове.

Коты мурлыкали. Герани тихонько пощёлкивали. Где-то далеко Эльза спорила с графиней, но их голоса были едва слышны.

— Пять минут, — прошептала я. — У меня было пять минут тишины. Спасибо.

Потом я вылезла из ванны, вытерлась, надела чистый халат и, не глядя на сокровища, легла в кровать. Коты тут же устроились рядом — персидский на подушке, мейн-кун в ногах, сфинкс под боком. Герани я перенесла на тумбочку, чтобы они были рядом.

— Завтра, — сказала я, засыпая. — Завтра разберёмся. А сегодня — спать.

И впервые за долгое время я уснула без снов. Просто провалилась в тёмную, тёплую тишину, и меня охраняли коты, растения и призраки, которые, наверное, в который раз спорили, но уже шёпотом.

Утром я проснулась от того, что кто-то настойчиво тыкал меня в щёку. Мокрым носом.

— Уйди, — пробормотала я, отмахиваясь.

Нос пришёл снова.

Я открыла глаза. На подушке, положив морду мне на плечо, лежал сфинкс и смотрел на меня своими огромными глазами. Рядом топтались остальные коты, требуя завтрака. Герани на тумбочке дружно щёлкали, напоминая, что они тоже голодные. За окном уже вовсю светило солнце, а из коридора доносились голоса — кажется, Эльза и графиня снова спорили о том, кому достанется вчерашнее мясо, которое я не успела убрать.

Я села на кровати, растрепанная, сонная, и посмотрела на всё это великолепие.

— Пять минут тишины, — сказала я себе. — Мечты, мечты.

Сфинкс фыркнул, словно соглашаясь.

Я встала, накинула халат и пошла кормить всех, кто требовал кормления. Потом надо было разобраться с сокровищами, чертежами и дневником. Потом — с тремя поклонниками, которые, наверное, уже строили планы на сегодняшний визит. Потом — с Элианом, который обещал вернуться. Потом — с призраками, у которых, кажется, намечалось очередное собрание.

Жизнь продолжалась. Безумная, шумная, полная неожиданностей. И, чёрт возьми, я, кажется, начинала к этому привыкать.

— Ну что, проводники? — спросила я у герани, нарезая мясо. — Куда сегодня?

Медовый распустил новый цветок, и его аромат смешался с запахом жареного. Куда-то туда, где нас ждут новые открытия.

Я вздохнула, улыбнулась и принялась за завтрак. Пять минут тишины подождут. А пока — я нужна всем этим странным, зубастым, пушистым и прозрачным существам, которые стали моей семьёй.

Проснулась я от того, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо. И этот кто-то пах не геранью и не котами, а дешёвым табаком и немытым телом. К тому же у меня было стойкое ощущение, что я лежу не на своей мягкой перине, а на чём-то твёрдом, сыром и явно не предназначенном для сна.