Июнь 1938 года. Москва, Кремль.

Сергей сидел за длинным столом из тёмного дуба. На зелёном сукне лежали три тонкие папки: одна с синей полосой по краю, вторая с красной печатью «Совершенно секретно», третья — без всяких пометок, только номер в правом верхнем углу. Рядом стояла фарфоровая чашка с чаем, пустой стакан и стеклянный графин с водой. За окнами шёл мелкий дождь, капли тихо скользили по стеклу.

Дверь открылась. Вошли Молотов и Судоплатов. Молотов нёс кожаную папку, Судоплатов — серую, перевязанную тесёмкой.

— Добрый день, Вячеслав Михайлович, Павел Анатольевич. Садитесь, — сказал Сергей, указав на стулья напротив.

Молотов положил папку на стол и сел первым. Судоплатов последовал за ним, аккуратно положив свою папку рядом.

— Товарищ Сталин, добрый день, — произнёс Молотов. — Мы подготовили последние сводки по трём направлениям, которые вы просили выделить отдельно.

— Хорошо. Начнём с самого срочного. Британская Индия. Что нового по немецким планам? — спросил Сергей, открывая верхнюю папку.

Судоплатов ответил без промедления:

— Наш источник в Абвере, действующий под прикрытием в Берлине, передал подтверждённые данные три дня назад. Немцы продолжают снабжение оружием через Афганистан и порты Карачи и Бомбея. Основная цель — поднять несколько очагов восстания в Бенгалии, Пенджабе и Бомбее одновременно. Сроки, которые называются в их внутренних документах, — не позже августа, крайний предел — начало сентября. Геринг лично контролирует операцию через полковника Ланге. Они рассчитывают, что британцы будут вынуждены держать там не меньше восьми дивизий, и это даст рейху окно для действий в Европе.

Сергей кивнул, провёл пальцем по строчкам донесения.

— Значит, Геринг всё ещё верит, что сможет отвлечь Лондон на субконтиненте. А мы можем использовать эту ситуацию в наших интересах. Я считаю, что информацию о готовящемся восстании нужно передать британцам. Не напрямую от нас, конечно, — через тайные каналы, чтобы Иден получил её как утечку от независимого источника. Пусть в Лондоне знают, что немцы планируют удар по их самой ценной колонии именно в ближайшие два-три месяца.

Молотов поднял взгляд:

— Передача возможна через нашего человека в Париже. Он уже дважды контактировал с сотрудником британского посольства, который считается надёжным каналом для подобной информации. Мы можем оформить это как сведения от индийских эмигрантов в Европе, которые якобы получили данные от своих родственников в Лахоре и Калькутте. Иден примет такую версию без особых вопросов — он сейчас очень внимательно следит за любыми признаками немецкой активности за пределами континента.

— Согласен. Сделайте это в течение ближайших сорока восьми часов, — сказал Сергей. — Иден должен получить материал до конца недели. Если британцы начнут перебрасывать дополнительные части в Индию уже сейчас, это ослабит их позиции в Европе.

Судоплатов добавил:

— Мы также усилили контроль за немецкими курьерами в Кабуле и Стамбуле. Если они запустят ложные караваны, как планируют, мы сможем передать британцам и эту деталь — чтобы Лондон не отвлёкся на ложные цели и сосредоточился на настоящих складах. Это повысит достоверность всей картины.

Сергей закрыл папку с донесением по Индии.

— Теперь Австрия и Судеты. Геринг не оставит своих намерений. Что говорит наша разведка о ближайших месяцах?

Молотов открыл свою папку:

— Австрию он хочет присоединить до конца года — это уже не секрет даже для дипломатических кругов Вены. Шушниг пытается тянуть время, проводит референдум, но немцы уже перебросили несколько батальонов к границе под видом учений. По нашим данным, Геринг дал указание подготовить план ввода войск к октябрю, если Шушниг не подпишет соглашение о союзе на немецких условиях. Судеты — следующий шаг. Конрад Гейдрих и его люди активно работают с судето-немецкой партией Генлейна. Финансирование идёт через подставные фирмы в Швейцарии. Генлейн уже получил инструкции требовать автономии, а в случае отказа — провоцировать беспорядки, чтобы дать повод для вмешательства.

— Геринг прощупывает почву, — заметил Сергей. — Он хочет и Австрию, и Судеты, и при этом не хочет большой войны с Британией и Францией одновременно. Значит, он будет давить постепенно. Сначала Австрия, потом Судеты, потом, возможно, Мемель или Данциг. Вопрос в том, как далеко он готов зайти в этом году.

Молотов ответил:

— Наши источники в Берлине считают, что в 1938 году Геринг не рискнёт идти дальше Судет. Он понимает, что полная оккупация Чехословакии вызовет немедленную реакцию Парижа и Лондона. Но если он получит Судеты без боя — а он на это рассчитывает, — то в следующем году сможет предъявить претензии к Польше. Поэтому Судеты для него сейчас главный приз.

Сергей повернулся к Судоплатову:

— А что Польша? Как ведут себя поляки в свете этих событий?

Судоплатов открыл свою папку и выложил один лист:

— Наш агент «Ястреб», работающий в Польше, передаёт устойчивую картину. Поляки свято верят, что британцы их защитят в случае любого серьёзного давления со стороны Германии. Бек несколько раз повторял в узком кругу, что договор с Лондоном — это надёжная гарантия и что Иден никогда не позволит Герингу перейти черту. Они рассчитывают, что Британия введёт войска или хотя бы объявит мобилизацию, если немцы двинутся на Данциг или коридор. Поэтому Варшава сейчас ведёт себя очень уверенно: отказывается от любых компромиссов по Данцигу, усиливает гарнизоны на границе с Восточной Пруссией, проводит учения с участием французских офицеров. «Ястреб» считает, что эта уверенность граничит с самоуверенностью. Они недооценивают, насколько Геринг готов играть жёстко, если увидит, что Лондон колеблется.

— Самоуверенность может дорого обойтись, — сказал Сергей. — Если британцы действительно не вступятся за Польшу в случае конфликта из-за Данцига, Варшава останется одна. А это меняет всю конфигурацию в Восточной Европе. Продолжайте внимательно следить за Беком и его ближайшим окружением. Любые изменения в их оценках британских гарантий — докладывать немедленно.

Судоплатов кивнул:

— Уже дано указание. «Ястреб» будет передавать каждую неделю краткие сводки по настроениям в МИДе и в Генеральном штабе.

Сергей отпил воды из стакана, поставил его обратно.

— Теперь Дальний Восток. Смерть Чан Кайши. Как это отразилось на позиции Японии? Что делает премьер Накамура?

Молотов взял слово:

— Генерал Накамура, несмотря на своё военное прошлое, остаётся достаточно умеренным политиком. Накамура понимает, что братья Чэнь — Гофу и Лифу — продолжат линию Чан Кайши: полная ориентация на США, кредиты из Вашингтона, американские советники в армии и в экономике. Для Японии это означает, что Нанкин останется закрытым для японского влияния, а американские компании продолжат вытеснять японские из Шанхая и других портов.

Судоплатов дополнил:

— Наши источники в Токио сообщают, что Накамура сейчас ведёт закулисные консультации с крупными дзайбацу — Мицуи, Мицубиси, Сумитомо. Они требуют от него сохранения статус-кво, потому что если вновь начнётся обострение с Китаем, то это ударит по их торговле с Америкой и Британией.

Сергей посмотрел на карту Дальнего Востока.

— Значит, Накамура не готов к резким действиям. Это хорошо. Нам выгодно, чтобы Япония оставалась в состоянии контролируемого соперничества с США за влияние в Китае, но без открытого военного конфликта. Если братья Чэнь продолжат политику Чана, американцы получат ещё более сильные позиции в Нанкине. Но мы уже обсудили, как работать с этой ситуацией: поддерживать разобщённость внутри Китая, не давая центру укрепиться полностью, и одновременно сеять у американцев сомнения в надёжности Чэнь Гофу.

Молотов кивнул:

— Именно. Если Рузвельт увидит, что Нанкин не контролирует провинции, он начнёт распределять помощь между несколькими группировками. Это ослабит центр и сохранит хаотичное равновесие, которое нам подходит больше всего.