— Не желаю знать это дерьмо! — кричу я. — Это сестра Лорен.

— Но не твоя же, — Ной поворачивается и смотрит на Джона. — И она может удерживать их там, — он вскидывает руку, чтобы дать пять. Лица обоих растянуты в дерьмовых ухмылках.

— У Лорен завтра свидание? — спрашивает меня Джон.

— Нет, — огрызаюсь я, а затем думаю про себя, что ей, чёрт возьми, лучше не быть приглашённой на свидание. Но если это так, я должен знать.

Я беру телефон и пишу ей.

Я бросаю телефон.

— Господи, она делает мою жизнь просто невозможной.

— Бедный малыш. Просто, бл*дь, смирись с этим. Займись с ней сексом, работай с ней, и тогда у меня будет гораздо меньше жалоб в моей электронной почте, — Джон встаёт. — Теперь, если вы, придурки, извините меня, я пойду домой, чтобы заняться сексом со своей женой. На диване, потому что мы можем.

— Ты лжец, — говорит Ной. — Женатые люди трахаются только в постели. Погуглите, — он подмигивает Джону, когда тот выходит.

— Пойдём в спортзал. Там ты попробуешь справиться со своим разочарованием, — Ной встает.

Я делаю то же самое и следую за ним. Следующие три часа я провожу, выбивая дерьмо из боксерской груши и работая своим телом почти до изнеможения.

Сейчас я направляюсь на вечеринку. Я прихожу туда ровно к шести, оставляя машину у парковщика. Прогуливаясь по красной ковровой дорожке, я вижу, как СМИ настраиваются, и машу рукой паре знакомых репортёров. Открыв дверь, я вхожу и теряю дар речи.

Я вижу, как ко мне подходит Скарлетт, организатор мероприятий.

— Ну и что ты думаешь? — спрашивает она, когда я захожу в зал. Повсюду люстры с приглушённым светом, заливающие комнату сексуальным сиянием. Белые розы расставлены по всему пространству в зеркальных вазах. На всех столах есть маленькая лампа, которая выглядит как бокал для мартини, наполненный маленькими искусственными бриллиантами — в действительности, фонариками. Как только верхнее освещение будет выключено, это создаст почти интимный световой эффект.

— Это, правда, сексуально, — я наблюдаю, как официанты встают на свои места.

Крис подходит ко мне, одетый в костюм без галстука.

— Разве Скарлетт не отлично поработала? — замечает он.

— О, да, — я смотрю на дверь и вижу, что входит Джон.

Он одет в сшитый на заказ чёрный костюм с чёрным же галстуком. Входит Дани в чёрном платье, за ней следуют Барбара и Стивен, которые тоже одеты с иголочки.

— Здесь так красиво, — говорит Барбара. — Теперь это моя любовь.

Я оглядываюсь по сторонам, осматриваю кабинки. В каждой из них установлены ведёрки для бутылок.

— Вы, ребята, забронируйте кабинку сейчас, чтобы мы потом не сошли с ума.

Я оборачиваюсь, и моё сердце замирает, когда я замечаю входящую Лорен. От неё захватывает дух.

Она облачена в комбинезон кораллового цвета. Он опускается опасно низко спереди и поднимается, чтобы обернуться вокруг её шеи, оставляя плечи открытыми. Я наблюдаю, как она оглядывается по сторонам, вижу, как подбегает камердинер, зовущий её по имени, и она оборачивается, чтобы поприветствовать его. Её волосы забраны наверх, и мне открывается, что её спина обнажена до талии. Как будто этого недостаточно, по бокам есть разрезы на штанинах, идущие от лодыжек до верхней части бёдер, что открывает умопомрачительный вид на её подтянутые ноги. На ней чертовски сексуальные золотые туфли на шпильке с фальшивыми бриллиантами, и я бы убил за то, чтоб они потом вонзились мне в спину. Простые серьги с бриллиантами завершают её образ.

Когда она подходит к нам, я вижу, как брюки колышутся при каждом шаге, давая мне возможность взглянуть на её ноги.

— Извините, что я опоздала, я взяла Uber, — объясняет она, а я ласкаю взглядом всю эту обнажённую, шелковистую кожу.

Я просто стою здесь, впитывая её всю. Необходимость схватить её за руку и заявить, что она моя, — это война, которую я внутренне веду с собой.

— Святый Боже, Лорен, ты выглядишь потрясающе, — восклицает Дани, возвращаясь к нам после того, как забронировала кабинку. — Мне нравится этот цвет на тебе.

— Большое спасибо. О, смотрите, там Барбара. Я пойду поздороваюсь.

Она уходит, и мы все смотрим, как она уходит. И мы не единственные. Все официанты обратили на неё внимание. Бармен замечает, как она здоровается с Барбарой, и направляется туда, одаривая её фальшивой улыбкой и принимаясь болтать с ней. Она запрокидывает голову назад и смеётся над всем, что он говорит, и моя кровь закипает.

Я подхожу к ней как раз вовремя, чтобы услышать, как она заказывает себе мартини с каплей лимонного сока.

— Я выпью виски со льдом, — бросаю я ему прямо перед тем, как он отходит.

— Могу я сказать кое-что, Лорен? — спрашиваю я её.

— Конечно, но я ещё не выпила. Как насчёт того, чтобы позже? — говорит она, обсуждая что-то с Барбарой и игнорируя меня. Она стоит рядом с Барбарой и разговаривает, поэтому я прислоняюсь к стойке рядом с ней, надеясь, что нахожусь так близко, чтобы выбить её из игры.

Бармен ставит напитки на столешницу перед нами.

— Поднимем тост? — спрашивает Лорен. — За новые начинания, и пусть они движутся вперёд, — она улыбается Барбаре, та подмигивает ей и чокается бокалом. Они обе потягивают напитки и улыбаются, когда я беру виски и выпиваю его залпом.

— Время фото, — объявляет Скарлетт.

— Время фото? — переспрашивает Лорен рядом со мной.

— Мы всегда делаем групповую фотографию перед открытием клуба для стены, — объясняет Барбара.

Я беру руку Лорен в свою, наши пальцы переплетаются, когда я провожу нас к красной ковровой дорожке, где ждёт фотограф.

Она пытается высвободить ладонь, но я не позволяю ей. Я занимаю своё место посередине, рядом с Джоном. Я отпускаю её руку, наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо:

— Не двигайся, нахрен, — говорю я ей сквозь стиснутые зубы. — Ни одного грёбаного дюйма. Не испытывай меня.

Она закатывает на меня глаза.

Следующие сорок минут мы фотографируемся. Наконец, закончив, мы возвращаемся внутрь и берём бокалы шампанского, поднимая тост за нашу тяжёлую работу.

Я выпиваю, наблюдая, как Лорен наблюдает за мной. Я улыбаюсь ей, видя, как расширяются её глаза, зная, что она хочет меня так же сильно, как и я её.

Я подхожу к ней.

— Ты прекрасно выглядишь, — я глажу её щеку большим пальцем. — Пойдём со мной домой.

Она смотрит на меня с улыбкой. Лорен подходит ко мне ближе, затем её взгляд скользит через моё плечо, и она замирает. Её лицо меняется, улыбка исчезает, позвоночник выпрямляется.

— Джейк?

Я знала, что моё появление сегодня вечером в такой одежде заставит его коленки подкоситься. Я никогда не чувствовала себя такой сексуальной, как в этом наряде.

Но я не единственная, кто оделась, чтобы убивать. Остин выбрал сшитый на заказ тёмно-синий костюм и белоснежную рубашку с расстегнутыми двумя верхними пуговицами и без галстука. Серебряные запонки поблёскивают на его запястьях рядом с монограммой его имени, а чуть выше видны серебряные часы Патек Филлип. Начищенные до блеска коричневые Феррагамо — что я могу сказать, я девушка, которая обожает обувь — завершают его упаковку, и что это за упаковка.

Я старалась не смотреть на него со своего места в баре, но краем глаза видела, как он направляется ко мне. Когда он схватил меня за руку, переплетая наши пальцы, я поняла, что пойду домой с ним. Да уж, эта наглость и его слова, чтобы я ни хрена не двигалась. Я почти поддалась искушению пошевелиться, чтобы посмотреть, что он предпримет.

Глядя на него, когда мы произносили тосты, я так горда всем, что он сделал. Я смотрю, как он подходит ко мне.

— Ты выглядишь прекрасно, — произносит он, касаясь моей щеки большим пальцем. — Пойдём домой со мной.

Я подхожу ближе, готовая ответить, что пойду с ним куда угодно. Улыбнувшись ему, я бросаю секундный взгляд через его плечо, и эта секунда меняет мою ночь.