Я стону и печатаю в ответ.

На экране появляются три точки в пузырьке. Я жду. Они то гаснут, то вспыхивают, то снова гаснут. Затем приходит сообщение:

Я выключаю телефон, чтобы не отвечать и не знать, ответит ли он.

— Ну, и как тебе возвращение на работу? — спрашивает Джейк, открывая бутылку с водой и отпивая.

— Джейк, я должна быть милой с тобой перед детьми, чтобы они не думали, что я злая сука. Но когда мы вдвоём, — я указываю на него, а потом на себя, — я не обязана изображать душку. Так что, если ты не возражаешь, я обойдусь без светской беседы. Не хочу говорить о своём дне, о своей работе, о том, всё ли у меня в порядке, есть ли у меня свидание или вообще о чём бы то ни было с тобой. Так что, если позволишь, я посмотрю игру Гейба, — я бросаю взгляд на поле и добавляю, — в тишине.

Джейк больше ничего не говорит мне до конца игры. Мы сидим молча и смотрим, как команда Гейба побеждает. Когда в конце раздаются три свистка, я вижу, как Кейли сворачивает свой коврик и подходит к нам.

Джейк целует обоих детей и обещает увидеться с ними в следующие выходные. Это его выходные, а значит, я познакомлюсь ближе со своим бокалом вина, своим Kindle и своим диваном. Netflix также в деле в этом старом добром марафоне!

Я так взволнована тем, что абсолютно ничего не буду делать весь уикэнд, что почти бегу к машине.

К тому времени, когда все заканчивают принимать душ и укладываются спать, я включаю телефон, чтобы поставить будильник. У меня пять сообщений, и все от Ослины.

Я хочу написать ему, чтобы он пошёл нахрен, он и его член-карандаш, если он сможет найти его.

Я срываю с себя одеяло и иду к шкафу в прихожей, где достаю коробку с розыгрышами Гейба, которую он получил на свой день рождения в прошлом году. Открываю её, отбрасывая в сторону усатые очки, китайские ловушки для пальцев, подушку-пердушку, брызгающее кольцо, гвоздь в пальце и электрический зуммер, отыскивая зудящий порошок[7]. Я вынимаю его, закрываю коробку и ставлю на верхнюю полку.

Я покажу этому засранцу профессионализм!

На следующий день я встаю, принимаю душ и одеваюсь в великолепное платье с запахом, цвета «королевский синий», которое дополняю облегающим, сшитым на заказ белым блейзером, так как платье без рукавов. Я быстро засовываю зудящий порошок в сумочку, пока дети его не увидели.

Сначала направляюсь в химчистку, которая находится на другом конце города. Войдя, я даю им его имя и номер телефона и забираю его одежду.

Там примерно пять пиджаков, десять брюк и двадцать пять рубашек. Мне дважды приходится прогуляться к машине.

Оказавшись, наконец, в фургоне, я открываю сумочку и забираюсь на заднее сиденье.

Я хватаю все его штаны, одни за другими, аккуратно разворачиваю их, открываю и посыпаю немного порошка в области промежности, затем прижимаю штанины друг к другу, чтобы чуть втереть его. Повторяю это до тех пор, пока все его брюки не обработаны.

Я улыбаюсь сама себе, но тут звонит телефон, пугая меня: звук наполняет машину, заставляя меня подпрыгнуть и выронить бутылку с порошком. Она летит, приземляясь на пол рядом с моей ногой. Я тихонько взвизгиваю и отпинываю её.

Потом смотрю на телефон и вижу, что это он.

— Алло?

— Где ты? Почему ты не здесь?

— Где я? Разве ты не велел мне сегодня утром забрать твою одежду из химчистки? Химчистки, которая, заметь, на полпути в Гватемалу, — язвительно отвечаю я, перебираясь на переднее сиденье и заводя машину. — Я уже еду. Что мне делать с твоей одеждой? — уточняю я, начиная путь на работу.

— Как ты думаешь, что с ней делать? Привезти! — отвечает он бойко.

— Поднять её наверх в офис? Мне потребовалось два подхода, чтобы уложить всю эту одежду в машину. Ты вообще одет? — спрашиваю я, вливаясь в поток на шоссе. — Что тебе нужно для встречи? Я принесу то, что требуется, а потом, когда я уйду, ты сможешь спуститься и забрать остальное из моей машины.

— Уф, — слышу я его стон. — Ладно, ладно. Принеси мне чёрный костюм, — бросает он и вешает трубку. Ему не нужно больше ничего говорить, потому что авто дает мне знать «Телефонный звонок отключен».

Мудак.

Добравшись до работы, я открываю заднюю дверь и ищу его чёрный костюм (не станем упоминать, что почти все костюмы какого-то оттенка чёрного). Бл*дь. Схватив, как я надеюсь, подходящие друг к другу пиджак с брюками, я иду в здание офиса.

Взглянув на часы, отмечаю, что уже девять утра. Как только я поднимаюсь на этаж и дверь открывается, я вижу Стивена за стойкой регистрации, разговаривающего с Кармен.

— Доброе утро, ребята, — говорю я, улыбаясь им и перекидывая костюм Придурка через руку.

Стивен застенчиво улыбается в ответ.

— Доброе утро. Ты сегодня опоздала. Всё в порядке? — интересуется он.

— О, — я указываю на пакеты из химчистки, — пришлось забрать его вещи.

— Ясно. Ты останешься здесь на обед? — уточняет Стивен. Я отрицательно качаю головой.

— Вообще-то я подумываю пойти в ресторан за углом. У них есть маленькие столики снаружи. И сегодня очень хороший день, — отвечаю я.

— Звучит восхитительно, — говорит Стивен. — Во сколько ты идёшь?

— Наверное, около полудня.

— Компания не нужна? — он засовывает руки в карманы. Это тот же самый жест, который использует Остин, только Стивену он не подходит.

— Я бы не отказалась от компании. Я позвоню тебе, когда буду готова, — говорю я ему и иду по коридору к своему столу, бросая на него сумочку, прежде чем подойти к кабинету шефа.

Увидев, что дверь закрыта, я стучу и жду, когда он скажет мне войти.

Открываю дверь, замечая, что он сидит за столом и смотрит на компьютер, пока печатает.

— Вот твои вещи. Куда их? — спрашиваю я его.

— Просто положи на спинку дивана и проверь электронную почту. Там пара вещей, которые нужно запланировать; кроме того, у нас торжественное открытие клуба через три недели. Тебе нужно посетить его со мной.

— В какой день? — уточняю я, пытаясь визуализировать календарь, надеясь, что у меня нет никаких планов.

— Всё есть в твоих письмах. А теперь, если ты закончила задавать мне незначительные вопросы, можешь идти, — он отпускает меня, ни разу не взглянув в мою сторону. — И поскольку ты сегодня опоздала, тебе придётся обедать здесь.

— Я не опоздала. Я выполняла для тебя поручение. Кроме того, у меня есть планы на обед.

— Мне всё равно.

Я собираюсь сказать ему, чтобы он отсосал, когда Барбара стучит в дверь и входит.

— Доброе утро, вы двое. Остин, мы готовы, — говорит она, и он встаёт и направляется прочь.

Я замираю, уставившись ему в спину, пока он удаляется. Он ни разу не взглянул мне в глаза.

Пялюсь на джинсы, которые он сегодня надел. Они низко висят на бёдрах, но плотно сидят на заднице. И какая же это задница! Такая, что хочется схватить и укусить.

Подождите, что?! Что, черт возьми, это было? Он мне не нравится. Он мне действительно не нравится! Нисколько. Ни капельки. В моей голове он мой заклятый враг. А теперь, донесите кто-нибудь это послание до остальных частей моего тела!

Всю ночь я ворочался с боку на бок. Тот факт, что я написал ей, а она не ответила, вывел меня из себя. Снова и снова я ждал её сообщения, но ничего не получал. Мысль о том, что она с кем-то другим, раздражала меня. Я ворочался, ворочался, вставал, смотрел на улицу.