Я поворачиваюсь к нему лицом, злясь, что он думает, что может прийти сюда, прервать мой танец и попытаться испортить мне вечер. Я уже собираюсь послать его к чёрту, когда он хватает меня за руку и тащит через танцпол к боковой двери в прохладную ночь.

Я пытаюсь выдернуть свою ладонь из его, как только мы выходим на улицу, но меня внезапно прижимают к стене. Я собираюсь что-то сказать, когда вижу его брошенный на меня взгляд, и закрываю рот.

— Не дави на меня, Лорен, не сейчас, — предупреждает он меня, и я смотрю на него.

Он одет в синие джинсы с низкой посадкой, облегающие. Светло-голубая рубашка, плотно сидящая, сшитая на заказ, с двумя расстегнутыми пуговицами на шее. Рукава закатаны до середины локтей, а на запястье — серебряный «Ролекс».

— Не давить на тебя? — спрашиваю я, отталкиваясь от стены и расправляя плечи. — Не давить на тебя? А ты смелый, Остин, — алкоголь придает немного больше смелости и мне самой. — Ты назвал меня напряжённой, и я была там, наслаждаясь своей ночью, когда ты бросился туда, как… как… Я даже не знаю, что, дьявол побери, всё это значило, за исключением того факта, что в этом сценарии не я была самой напряжённой. Хм, кому сейчас нужно расслабиться, Остин? — насмехаюсь я.

— Ты сводишь меня с ума! Я не могу спать! Я не могу думать! Я даже, бл*дь, ничего не могу сделать на работе, не думая о тебе! — он грубо проводит рукой по своим волосам, рубашка натягивается на груди от этого движения. — Итак, я выхожу сегодня вечером. Я собираюсь расслабиться, немного выпить и не думать о тебе. Но из всех мест ты здесь, и выглядишь вот так, — он указывает на мой наряд, его глаза пробегают по моему телу от кончиков туфель до лица.

— Что плохого в том, как я выгляжу? Я хорошо выгляжу! — я скрещиваю руки под грудью и отвожу бедро в сторону.

— Нет, Лорен. Нет, ты выглядишь не хорошо. Ты выглядишь чертовски потрясающе. Как обычно. Я пытался игнорировать тебя. Я повернулся спиной. Я вообще не собирался обращать на тебя никакого внимания. Но когда я оборачиваюсь, ты стоишь на танцполе, тряся своей задницей с этим придурком и его руками на тебе, — сердито скрежещет он.

— И что? Я тоже здесь, чтобы повеселиться, Остин. И я веселилась! Пока ты не примчался туда, как какой-то сумасшедший, и не притащил меня сюда. Что, чёрт возьми, это было, а? — мой голос повышается, когда мой гнев поднимается на несколько ступеней.

Он делает ещё один шаг, вторгаясь в моё личное пространство, и теперь я зажата между стеной и Остином. Он наклоняет лицо вниз, так что мы оказываемся нос к носу. Я не вижу остального выражения его лица, но его глаза сверкают.

— Мне это не понравилось, Лорен, — рыкает он тихим сердитым голосом.

— Почему, Остин? Почему это тебя беспокоит? — шепчу я, совершенно загипнотизированная этим выражением его глаз. Однако мне следовало проявить больше внимания, потому что вместо ответа его губы обрушиваются на мои.

Весь субботний день я провожу за тем, что бегаю по парку на пять километров и сортирую свои электронные письма в алфавитном порядке. Чёртова Кармен.

Ной заезжает за мной в семь, после мы идём в паб поглазеть, как «Янки» снова побеждают. В конце девятой подачи он предлагает пойти в ночной клуб «Лайт».

Пожимая руку швейцару, я направляюсь к бару в углу. Мы провели много ночей, сидя здесь до самого закрытия. Это один из первых клубов, в котором есть наши имена. Я оглядываюсь вокруг, наслаждаясь красотой.

В ту минуту, когда я осматриваю кабинки, я замечаю её. Женщину, ставшую занозой в моей заднице. Сегодня вечером она выглядит так, словно только что сошла с красной ковровой дорожки. Её руки тянутся к небу, юбка поднимается до опасного уровня.

Я выпрямляюсь, одним глотком осушая бурбон в своём стакане. Встречаюсь взглядом с барменом и поднимаю бокал, чтобы сделать ещё заказ.

Он наливает рюмку и передает мне. Я выпиваю её одним глотком, подавая знак о следующей. Когда я оглядываюсь на танцпол, я вижу, как какой-то придурок обнимает Лорен, пока она трясёт своей задницей.

Она поворачивается, оказываясь спиной к нему, и её глаза сканируют пространство вокруг. В ту минуту, когда они останавливаются на мне, я будто загораюсь изнутри.

Я делаю последний глоток и направляюсь к ней. Я точно подмечаю момент, когда она чувствует меня, по её напряженному телу.

Смотрю на идиота, с которым она танцует, и качаю головой, чтобы он убирался.

— Проваливай, — мой голос напряжён, мой рот даже не двигается, так как я говорю сквозь стиснутые зубы.

Этот придурок и не пытается бороться за нее. Он просто вскидывает руки в знак поражения и уходит.

Она оборачивается, вся взбешённая, но прежде, чем она успевает сказать хоть слово, я хватаю её за руку и тащу через танцпол, сквозь толпы извивающихся потных тел, к боковой двери в прохладную ночь.

Я не останавливаюсь, пока не оказываюсь в середине переулка. Она пытается вырвать свою ладонь из моей, но я прижимаю её к стене.

— Не дави на меня, Лорен, не сейчас, — предупреждаю я её.

Она оглядывает меня с ног до головы, прежде чем расправить плечи и открыть рот, чтобы устроить мне взбучку.

— Не давить на тебя? Не давить на тебя? А у тебе хватает наглости, Остин. Ты назвал меня напряжённой, а сейчас я была там, наслаждаясь этой ночью, когда ты ворвался туда, как… как… Я даже не знаю, что, чёрт возьми, всё это значит, за исключением того факта, что я ни хрена не встревожена в этом сценарии. Хм, кому нужно расслабиться сейчас, Остин? — она заканчивает свою тираду, уперев руки в бёдра, и её грудь вздымается от гнева.

— Ты сводишь меня с ума! Я не могу уснуть! Я не могу думать! Я даже, бл*дь, ничего не могу сделать на работе, не думая о тебе! — я рычу на неё, запуская пальцы в свои волосы, почти испытывая искушение выдернуть их из головы. Вот как она сводит меня с ума. — Итак, я выхожу поразвлечься сегодня вечером. Я собираюсь расслабиться, немного выпить и не думать о тебе. Но из всех мест ты оказываешься именно здесь, и в таком виде, — я даже не пытаюсь скрыть тот факт, что позволяю своим глазам пробежаться по всему её телу сверху донизу.

— Что не так с тем, как я выгляжу? Я хорошо выгляжу! — возмущённо фыркает она, скрещивая руки под этими сочными сиськами и выставляя бедро в сторону.

— Нет, Лорен. Нет, ты выглядишь не хорошо. Ты выглядишь чертовски потрясающе. Как обычно. Я пытался игнорировать тебя. Я повернулся спиной. Я вообще не собирался обращать на тебя никакого внимания. Но, вот, я оборачиваюсь, а ты стоишь на танцполе, тряся своей задницей под руками этого придурка на тебе, — выдавливаю я, наклоняясь ещё сильнее в её пространство.

— И что? Я здесь тоже, чтобы повеселиться, Остин. И я веселилась! Пока ты не ворвался туда, как какой-то псих, и не вытащил меня сюда. Что, чёрт возьми, это было, а? — её голос повышается по мере нарастания гнева.

Ну и что с того? Я тоже становлюсь всё злее.

Я делаю ещё один шаг в её пространство, прижимая её прямо к стене. Моя грудь вздымается рядом с её грудью, и она поднимает своё сердитое лицо к моему, так что мы оказываемся нос к носу.

— Мне это не понравилось, Лорен, — шиплю я.

Это, кажется, немного выбивает её из колеи.

— Почему, Остин? Почему это тебя беспокоит? — шепчет она.

Я всё ещё чувствую гнев, но теперь он смешан с похотью и замешательством. Я не могу объяснить, почему мне это не понравилось. Поэтому вместо того, чтобы ответить ей, я делаю единственное, что могу в данный момент.

Мой рот обрушивается на её рот, и я провожу языком по её пухлым губам. Она скулит, и я использую этот момент, чтобы просунуть свой язык ей в рот, скользя им внутрь. Лорен целует меня в ответ, встречая мою ярость своим собственным голодом. Её вкус вторгается в мой рот. У неё вырывается тихий стон, и вожделение, которое я чувствую, усиливается. Я поднимаю руку вверх и запускаю в её волосы, тяну за них, запрокидывая её голову назад, чтобы заглянуть в глаза.