— Мы не собираемся разваливать сообщества, — тут же сказала Харпер. — Только убить Кейлуса. Потом выберете новую главу. Тебя, например. Офелия вроде не горит желанием заменять отца.

Дженсен рассмеялся, но заметил серьезный взгляд сына. Понял, что они не шутят. Он присел на край заваленного бумагами стола, сложил руки на груди.

— Кто еще об этом знает?

— Феликс и Офелия. Это ее идея, по правде. Но…

— Я не идиот. Не расскажу, — перебил Дженсен, потер переносицу. — Ладно. Я приду к вам завтра, мы все обговорим. Заклятие надежное, но кто его знает… Зачем вы здесь?

— Кейлус позвал обновить клятву. Кажется, тоже понял, что рамки слишком размыты.

— И вы пришли? Идиоты. Он совсем с катушек слетел в последнее время. Тейлор сильно его прижимает за то, что он с ведьмами якшается. Вы сбежали, даже он не сумел вас найти, что сильно ударило по его эго. Другие грехи задумываются о том, чтобы перейти на сторону Феликса.

— Не понравилось, что он руку брату отрубил? — уточнил Деймонд, вскинув брови. — Долго же до них доходило.

— Я приду к вам завтра. Идите к Кейлусу, он не любит ждать… и я… — Дженсен перевел глаза на Харпер, скользнул по ней взглядом, улыбнулся вдруг. — Я рад, что у вас все хорошо. Вы красивая пара.

— И счастливая, — добавил Деймонд, вывел Харпер за дверь. — За одеждой зайдем позже.

Деймонд закрыл дверь и выставил локоть, предлагая Харпер взять его под руку. Вместе они вновь пошли по длинным коридорам, держа путь к обители Кейлуса. Оба молчали, ведь понимали, что здесь нельзя обсуждать важные вещи. По пути попадались члены сообщества, их с интересом оглядывали, но в разговор никто не вступал.

— Ты сегодня невероятно выглядишь, — сказал Деймонд. Он твердо решил, что комплименты жене надо делать минимум раз в день, ведь она расцветает от этого, светится изнутри, становится еще красивее.

— Забыл, как я выгляжу не в летней одежде? — улыбнулась Харпер. На ней было темно-бордовое платье по колено с кружевом по низу пышной юбки. Но лучшим в ее наряде было декольте, которое невероятно выделяло грудь. Завершался образ черными колготками в клетку и укладкой: давно Деймонд не видел такие опрятные кудри на жене, ведь от влаги в Паттайе они почти сразу опадали, и она перестала пытаться их делать. — Ты тоже хорош, как и всегда, мой лорд.

Кейлус нашелся в кабинете. За три года успел вырасти новый глаз на месте того, что выколола Харпер (какая жалость…), не осталось даже шрама: только грехи могут оставлять друг на друге шрамы. Он вскинул голову, прищурился, хитро улыбаясь краешком губ. Лев, гордый и величественный, который знает, кто владеет ситуацией. В деловом костюме, с седыми прядями на выбритых висках. Любимая трость с рукояткой в виде льва оказалась в руке, едва в его владения зашли гости.

— Вернулись, блудные дети, — холодно сказал Кейлус, и его магия заклубилась по полу. Горячая, словно лава, она сносила все на своем пути, проникла в грудь, стремилась за ребра, чтобы сжать сердце, покрыть тело потом и липким ужасом.

— У нас был медовый месяц, — невозмутимо ответил Деймонд, и Кейлус ослабил поток, позволяя дышать. — Нужно было Харпер подучить магии, знаешь ли. Но теперь мы тут. Готовы продолжать.

— Могли бы предупредить. Я пытался вас найти. И я очень не люблю, когда не могу кого-то найти, мальчик мой, — процедил Кейлус. Его гнев снова сжимал горло, но Харпер устала терпеть. Вызвала кинжал, метнула его в греха, и сталь вонзилась в спинку стула в миллиметре от его уха.

— В следующий раз попаду, если продолжишь выходить из себя, — спокойно сказала Харпер, магией вернула кинжал. Подкинула его в руке. — Смотрю, глаз вырос новый? Может, в этот раз я попробую тебе отрезать что-нибудь интереснее. Знаешь, я все помню. И не прощаю подобное.

Кейлус развел руки, ухмыляясь, но его поток утих. Он указал на стулья напротив себя.

— Вот теперь ты и правда готова к тому, что для тебя подготовила жизнь, Харпер.

Деймонд кивнул Харпер, отвечая на ее немой вопрос, и они сели напротив Кейлуса.

— Где этот щенок? Вы убили его?

— Наши пути разошлись, — ответила Харпер. — Он выполнил твой приказ: мы здесь.

— Интересно, как же он вас нашел… когда я не сумел.

— Ты хотел встречу, — перебил Деймонд. — Ну? Говори, что хотел сказать.

— Хм. — Кейлус поднялся. Потащил было рукоятку трости, чтобы обнажить кинжал, но передумал. Зато кивнул кому-то позади ребят.

Дальше все произошло быстро. Харпер закричала, метнула кинжал. Закричал кто-то еще. Деймонд обернулся: женщина. Судя по черной магии, что обвивала ее руки — ведьма. Бросился к жене под дикий шепот, что наполнил комнату, словно липкий и густой туман. Голос проникал под кожу, охлаждал магию в венах.

Харпер стиснула зубы, вернула кинжал и приготовилась к новой атаке. Кейлус послал в нее и Деймонда поток. Харпер упала на колени, стоная от боли, но вот Деймонд выдержал. Успел оттолкнуть ведьму от жены, не позволяя сомкнуть руки на голове, чтобы завершить колдовство.

Очередной удар потока, и Деймонд опустился на колени, продолжая бороться из последних сил. Сумел закрыть собой Харпер: лучше он, чем она! Он должен защитить ее любой ценой! Пытался вызвать меч, но колдовство ведьмы не позволяло пользоваться магией.

— Начни со щенка, — скомандовал Кейлус.

В глазах темнело. Сопротивляться больше не получалось. Шепот дошел до мозга, сковал, лишил чувств и страха…

Из груди ведьмы вышел меч. Все резко прекратилось, а сознание пробудилось. Феликс вытащил сталь, толкнул мертвую на пол, коварно улыбнулся, заметив изумление Кейлуса.

— Правда думал, я отпущу их одних? Мою семью?

— Ты окончательно спятил, брат, — спокойно ответил Кейлус и сел на стул. Кажется, принял поражение. Так просто?

Деймонд переполз к Харпер, прижал ее к себе, поцеловал в мокрый от пота лоб.

— Все хорошо, — прошептал он. — Все хорошо. Мы в безопасности.

Харпер прильнула к его груди, обняла: силы у нее остались, это уже неплохо! Они оба дрожали, опустошенные после атаки. Будь Харпер чуть слабее, не успей раскачать свой поток — скорее всего умерла бы. И это злило так, что темнело в глазах, ярость вела карать, но… Деймонд помнил, что не сумеет сделать это сейчас. Нужно дождаться правильного момента.

— Ты охренел? — прямо спросил Феликс, не выпуская меч. — Решил убить избранных, а? Кто тебе спор тогда выиграет⁈

— Я не хотел их убивать. Только достаточно ослабить, чтобы суметь взять под свой полный контроль. Провести сокращенную версию посвящения, так сказать.

— Точно охренел. — Взмах меча, но Кейлус успел встать и увернуться. Вытащил кинжал и пошел в ответную атаку.

Деймонд оттащил Харпер подальше от спятивших грехов. Осмотрел, чтобы убедиться, что она цела.

— Все хорошо, просто устала, — ответила Харпер, озабоченно посмотрела на драку: грехи отбросили оружие и били друг друга кулаками. — Их не надо разнять?

— Сами разберутся. Убить друг друга все равно не смогут.

— А жаль… Кейлус — кусок дерьма.

Деймонд с трудом встал, помог подняться и Харпер, притянул ее к себе и приобнял, не желая более выпускать. Какой же он дурак! Когда научится на своих ошибках и перестанет подвергать жену опасности⁈

Феликс прекратил наносить удары, отошел и примирительно вскинул руки. Кейлус часто дышал, растрепанный, в порванной рубашке, а куда делся пиджак и вовсе не ясно. Оба заметно покалечены: у одного кровь текла из носа, у другого — из разбитой губы. У Кейлуса даже алел фингал под глазом.

— Я должен был простить их побег? — сквозь зубы спросил Кейлус, вытащил платок из кармана и приложил к носу. — Ждать, когда они снова удумают творить чушь?

— Мы все здесь хотим одного: уничтожить свитки, — ответил Феликс, дотронулся до губы и озадаченно свел брови вместе, словно только сейчас заметил, что истекал кровью. — Я не позволю калечить людей, которых люблю. Они — под моей защитой. Сегодня ко мне пришли Лав и Сигрид, сказали, что выбрали меня. Так что сунешься еще раз — мы найдем способ тебя убить.