— Садитесь, очень рада всех вас видеть, — повторила она с искренней улыбкой. — Вы уже завтракали?

Я отрицательно помотал головой.

— Я так и подумала. Муж всегда возвращался голодным, когда уходил в ночь. Садитесь за стол.

Она указала рукой на уютный круглый столик дальше по дому, расположенный на крупном балконе.

В окно снаружи тянулось ветвистое дерево со множеством зеленеющих ветвей.

Хозяйка скрылась на кухне, а мы пошли через коридор и полупустую комнату с растениями, книжными полками, статуэтками и… плюшевыми игрушками.

Я сел у самого окна, чтобы чувствовать шелест листьев и лёгкий ветерок, гулявший внутри квартиры.

— Саш, вы встречались после Несбывшейся? — спросил я.

— Нет.

— Я так и подумал…

Может быть, так будет даже лучше. Воочию увидит, как хаос меняет людей.

Вскоре появилась Элли c подносом, полным бутербродов с маслом и…

— В этом эхо есть красная икра? Где её берут?

— Нет, это морская водоросль. Но по вкусу очень похоже.

— Итак, что вы хотели у меня спросить? — улыбнулась Элли, садясь рядом с нами.

— Много чего. Но сперва, не знаю, поздравлять тебя или посочувствовать. Ещё и на таком высоком эхо. Наверное, это будет сложно потом привыкнуть к меньшему.

— О, нет, я была пробуждена на другом круге. Так что здесь мне всё чудно. Но я читала об этом в книгах.

Она мило улыбнулась.

— Как это произошло, если не секрет? Ты, как я понял, всех нас помнишь?

— Вспомнила, когда пробудилась, — улыбнулась она. — Воспоминания приходят внезапно. Здесь для меня всё в новинку, но я быстро учусь.

— Вершитель Элли? — улыбнулся я.

— Это напоминание, — так же тепло улыбнулась она в ответ. — Теперь я не зритель, ждущий мужа с работы, а активный участник и главный герой этой своей истории. Вершитель своей судьбы.

— Звучит здорово, — одобрил я. — А в чём тогда твоя новая цель?

— Найти мужа, конечно же. Я помню, как клялась ему всегда быть рядом. Если принца опутали чары злой колдуньи, принцесса сама должна отправиться за ним. Разве суть отношений не в том, чтобы в этом огромном враждебном мире у тебя был союзник, которому ты можешь доверять, как себе?

— Звучит красиво, — согласился я и невольно посмотрел на Таню. Наши взгляды встретились.

— Не знаю. Но так точно правильно. Я так считаю. Поэтому я искала того, кто даст мне время. И я обещала не выдавать его имя.

— Лишь бы у него была фамилия не Луричева, — усмехнулся я, внимательно глядя на девушку. Но, кажется, на этот раз мимо.

— Нет. Я сама нашла нужного человека по записям мужа. Он вошёл в моё положение и дал время мне в долг в память о Литавре. Я обещала не выдавать его имя.

— Этого достаточно. А что насчёт твоего похищения?

— Да, на меня напали беспредельщики, — в её словах послышались нотки гордости. — Я согласилась с ними сотрудничать, но делать этого, конечно же, не буду. Любимый оставил мне подсказки, что и как делать, на такой случай.

— Значит, он предполагал подобный вариант? — удивился я.

— Я сейчас знаю, что он одержим хаосом и является его рыцарем. Вы напрасно не сказали мне всего сразу. Тогда я, возможно, раньше наткнулась бы на его знаки.

— Что за знаки?

— Его знаки, — повторила Элли, выделив первое слово. — У нас был свой… язык, если понимаете. С отсылкой на то, что мы вместе читали или смотрели и как потом это обсуждали. Мы любили обсуждать, как бы действовали в мире разных произведений.

— Тебе, наверное, сильно его не хватает? — сочувственно спросила Таня.

— Теперь я главный герой, вершитель Элли. И я верну своего рыцаря.

— И тебя не волнует то, что ты… ну, что он фактически тебя создал? — не совсем к месту спросила Таня.

— Мне всё равно, — по детски улыбнулась Элли. — Я такая, какая есть. Как водоросль?

Бутерброды, нужно сказать, были прекрасны. Хотя у так похожей внешне на красную икру плодоносящей водоросли был явно не свойственный настоящей икре цветочный привкус и лёгкая горечь. Но впечатление это не портило, наоборот, даже казалось интересней.

— Очень вкусно, — резюмировал я.

— Правда? Я рада. Есть ещё зелёные и белые. Но белые очень солёные, а свой вкус у них слабей. А зелёные, наоборот, терпкие и более травянистые. И немного с кислинкой. Были ещё виды, но их не найти в Городе, пока поставки с иных планет перекрыты.

— Надо будет попробовать, — согласился я. — Ещё вопрос, как ты наткнулась на базу пришельцев?

— Очень просто. Я прочитала уйму книг про вторжения. Если враг не нападает сразу, то только потому, что придумал что-то похуже. Единственное «хуже», что мне пришло в голову — это похищение людей и превращение их в зомби. В записях мужа такой сценарий был одним из самых частых.

Она прикрыла глаза и будто по памяти прочитала:

— Существует шесть видов зомби-апокалипсисов. Некромантия поднимает зомби, паразиты создают зомби из людей, зомби призываются силой богов загробных миров, вампиры могут создавать упырей на основе подчинения, техногенные, порождённые зомби-вирусом…

Она открыла глаза и посмотрела на меня.

— Это самый распространённый сценарий из описанных. Кризис приходит за всеми. Просто вы, владыки времени, знаете о нём, а те, кого вы зовёте неписями — нет. Но для любого кризиса нет разницы между первоуровнвым и Вечным.

— Ты многое узнала о нашем мире.

— Достаточно. Но у меня есть цели и я добиваюсь их. Никто в этом Городе не задумался о том, как спасти моего мужа. Он — Бешеный Конь. Чудовище и насильник, не так ли? Таких нужно скармливать бестиям! — впервые на моей памяти Элли повысила голос.

И выглядело это… страшно. В том плане, что я буквально всем своим существом ощутил жажду убийства вышедшего на охоту хищника.

Как бы не оказалось, что выдуманная Литавром женщина из тех тихих омутов, в которых водятся не то что черти, а целый Аццкий Сотона.

А ещё более жутким мне показалось то, что она почти сразу же резко поменялась в лице и вернула добрую улыбку сказочного существа.

Может, мы сильно заблуждались насчёт Литавра. А права была Саша, которая утверждала, что изменения личности не берутся из ниоткуда. Они должны иметь под собой основания, а значит не так всё просто с этим школьным учителем.

— Ну… — я слегка растерялся от такого внезапного напора. — Вообще-то я бы тоже предпочёл его вернуть.

— Да… Простите, — она отвела взгляд. — Я просто в гневе от того, что решили делать сходки. Я надеялась, что кто-то из вас тоже хотел бы его вернуть. Что ты думаешь об этом, Полярис? Таня? Саша? Феликс?

Она назвала нас всех по именам с большой паузой обращаясь к каждому. Чтобы мы поняли, что отвечать придётся каждому за себя.

— Я уже думал об этом, — сказал я первым.

Тем более что это была правда, я действительно думал. Не мог не думать о том, что меня самого можно вот так же сделать одержимым психом. Чёрт, да в этом Городе у каждого второго какие-то беды с башкой!

— И? — подтолкнула она меня.

— Только мысль о том, что его способности похожи на то, что делают стиратели. То есть игнорирует эхо и применяет магию хаоса на любом круге. Возможно, ему можно помочь так же, как им, изменив параметры…

Ответом на мои слова стал резкий рывок. Такой быстрый, что я не успел среагировать. А поскольку враждебных намерений в нём не было, акцессия не сработала. Будто подтверждение моим недавним мыслям о том, что Элли может стать очень опасной.

Но сейчас же она если и пыталась меня убить, то задушив в крепких объятьях.

— Спасибо! Теперь я знаю, что нужно делать! Спасибо, Полярис! — в её глазах зажглись огни.

— Что? — опешил я.

— Поймать его, попасть к его зеркалу, спасти! — отчеканила она.

— Ну… я бы не был так категоричен. Ты знаешь, как его найти? Его зеркало, я так понимаю, больше не в вашем доме. Оно может быть в другом мире.

— Нет. Зеркало не может покинуть Город, иначе оно теряет его силу и становится обычным зеркалом, — уверенно сказала Элли. — Его можно спрятать разве что на его осколках.