Ему уже почти в открытую говорили, что ответов не будет.

Тем временем, эта война с беспредельщиками уже отняла слишком много жизней. Слишком многие вышли из круга против своей воли из-за их действий.

Пусть они террористы, пусть сатанисты или ещё какие чудовища, но ему нужен был ответ. Он слишком далеко заблудился в поисках правды и вопреки всему верил, что даже с такими чудовищами можно договориться.

Ну, или пусть они попытаются его принести в жертву на алтаре какой-нибудь нечисти. Тогда он просто откатит время и пройдёт круг заново, вообще не приезжая на место встречи.

Но это на крайний случай. Ещё у него была капсула с цианидом. С ней всё намного проще. У мёртвого душу не отберёшь. Такая капсула контрится только полным подчинением.

На месте встречи в лучах восходящего солнца ранним утром на старой детской площадке его ждала седая красавица в белой рубашке и пионерском галстуке.

— Ты пришёл без цветов? — спросила она вместо приветствия.

— Могу развернуться и уйти, — буркнул он.

— Ладно. Я просто хотела немного сгладить наш путь. Я уже поняла, что нас демонизируют среди вас. Хотя настоящие демоны здесь вы.

— Слова, — отмахнулся Мирт. — Конкретика будет? Или мне ждать спецотряд в засаде?

— Нет никакого спецотряда. Я честна перед тобой. Ты хотел знать правду. Я пришла, чтобы рассказать тебе её.

— Без гидры и прочей дряни.

— Без. Такой, какой я увидела её на посвящении. Его обязательно проходят трезвым. Иначе выбор не имеет смысла. Идём со мной.

— Куда? — спросил Мирт, уверенный что ему не ответят.

— На край.

— Куда? — повторил он с непониманием.

— К границам Города. Если хочешь, можешь сам выбрать место входа. У тебя ведь есть карта?

— Конечно, — кивнул Мирт и быстро открыл её, после чего нашёл нужный район, приблизил и уткнулся в конец карты. Дальше начинались поля, но они уже не отмечались на карте.

— Идём, — она потянулась к Мирту и взяла под руку. — Я покажу тебе то, понимание чего заставило меня тогда на самом деле кричать. Это настоящая причина, а вовсе не гидра.

Мимо прошла мать с дочкой детсадовского возраста. Мирт улыбнулся, но в глазах своей спутницы увидел отвращение.

— Значит, всё же пустотники? — неуклюже попытался завести разговор Мирт. — Это единственная секта, которая ненавидит понятие любви, в том числе и семейной.

— Вы на пустотников похожи больше, — не согласилась Лена. — Живёте только личными эмоциями и плевать хотели на остальных.

— Я всю жизнь поступал по совести, — покачал головой Мирт. — Бывало, я ошибался, но когда я имел выбор, всегда делал его в сторону добра.

Она рассмеялась.

— Столько пафоса! Прямо как Вечный Олег во время речи. Слышал бы он сейчас, как один из вас говорит о совести и добре, его бы удар хватил.

— Что с тобой случилось после той ночи? Ты погибла?

— Да. Но переродилась в новом мире, и вскоре со мной связались.

— Значит, тебя завербовали после употребления гидры?

— Дело не в гидре, совсем не в гидре… — с сожалением выдохнула девушка.

Почему-то недавняя тощая наркоманка в этой жизни казалась ему очень привлекательной. Пожалуй, это даже стало одной из причин его опрометчивого решения начать свою игру в расследовании дела о беспредельщиках.

Лилия до того как кинуть их часто говорила, что красота его однажды погубит. Тогда он тоже был готов ради неё бросить работу. Но она не брала с собой спутников на этом пути и, наверное, давно мертва окончательно.

У неё даже имя начинается на ту же букву. Даже не верится, что в первую встречу он счёл её неприятной.

Они миновали последнюю пару домов и шагнули в золотое поле. Утреннее небо было ясным. Погода — ещё летней. Граница сезонов. Красиво…

— Вот мы и на краю мира. Хорошее место для свидания.

— Ромео и Джульетта из враждующих кланов, — неожиданно поддержала его Лена и мягко улыбнулась. — Спасибо, что поверил мне и пошёл со мной. Я не верю, что вы такие чудовища, какими вас рисуют. Вы просто не ведаете, что творите. Вас используют.

После этой фразы из-за последнего дома никто не выпрыгнул. Они по прежнему были одни.

Мирт повертел под языком капсулу с цианидом. Мелькнула глупая мысль, что её надо бы куда-нибудь незаметно деть, если они будут целоваться.

Глупость, конечно.

— Жаль, это место только выглядит романтично. Нутро у этой заразы гнилое, — мрачно продолжила Лена. — Мы с тобой ещё не дошли. Ты хочешь дойти со мной до границы между жизнью и смертью?

Она взяла его руку в свои, крепко сжала и подняла к своей груди.

Их окружили стелющиеся по земле облака. Небо казалось безграничным, если не считать черноты справа. Почему она так похожа на Лилию?..

— Я хочу знать правду, — почти прошептал он.

— Тогда не отворачивайся, — ответила девушка и потянула его за собой дальше во мрак. Мимо всё более густых порывов облаков, мимо серых грозовых туч, спустившихся к янтарным колосьям. К самой границе между Городом и окружающей его Чернотой.

В Черноту.

И за её пределы…

Зелёное пламя мелькнуло за головой у чудовища. Михаил промахнулся, а тварь — нет. Как и я.

В последний момент попытался уклониться, но даже зная о скорой смерти, я смог лишь подставить плечо и получить удар мощными когтями.

В этот же момент сработала молитва, и тварь замедлилась. Вынимать руку из раны, впрочем, не спешила.

Старик рубанул изо всех сил здоровенным мачете, перерубая кисть мертвеца, за что тут же поплатился. Монстр поймал его левой костяной рукой и поднял на уровень глаз.

Глаза торговца засияли ярким светом, и некая светящаяся субстанция потекла в открытый рот мертвеца.

На это я ответил плетью, но та лишь пролетела сквозь монстра.

Действовать нужно было быстро. Без слов понятно, что происходит какая-то очень нездоровая хрень. Потому я взял одну из оставшихся на прилавке бутылок со святой водой и попробовал полить ею врага.

Тварь отреагировала злобным замогильным воем, будто ошпаренная кипятком, шагнула назад. Медленно повернула немигающие глаза ко мне.

По телу снова пробежались мурашки. Тварь потянулась ко мне рукой, и из её руки показалась лента из чёрно-фиолетовой субстанции.

На это я ответил бутылкой с кислотой. Да здравствует алхимия! Жаль огнём здесь увлекаться нельзя — всё вокруг сплошь из дерева. Здесь же и останусь вместе с горящим домом.

Чтобы нанести твари серьёзный вред, нужно затащить её на изнанку. Верней, изнанке нужно пройти в этот мир.

Вот только воплощение требовало абсолютного спокойствия и медитативного состояния, а не бьющего в ушах адреналина.

Поэтому наверное изнанка и не пользовалась популярностью в бою. Вот с такими вот тварями, которые именно на психику и влияют в первую очередь, изнанка будет всегда слаба.

Но… попробуем.

Для начала нужно вспомнить о том, что смерть — это не конец.

Ага, как же!

Мне нужен запасной план. На случай, если он начнёт пить вот так мою душу.

Но такого плана не появлялось.

В помещение медленно входила долговязая фигура искажённого мертвеца в балахоне. Выстрел пробил ему голову, но этого оказалось мало. Умертвие сменило цель на Михаила и шагнуло к нему.

Точно. Он медленный.

Эти твари гипнотизируют, заставляют смотреть на них. И этот страх — не мой, а наведённый ими.

А я на самом деле ещё могу отступить. Но сначала — нужно узнать, сколько в этом кусочке ходячего времени минут.

Воплощение ударило вокруг меня, поднимая призрачный светящийся дым. Мир вокруг ожил, а краски стали ярче. Самые яркие — приобрели несуществующие в реальности «светящиеся» цвета.

Работает!

Вторая астральная плеть в виде режущей ленты рассекла монстра пополам.

В месте разлома вверх потекли сгустки вязкой чёрно-лиловой субстанции.

Я вопросительно глянул в сторону Михаила, но тот был занят борьбой со своим умертвием.