— Ты подставила меня с Таней и не думай, что я это забыл. Но да, — я не стал скрывать, — Заходила Лея.

Луричеву перекосило. Неприязнь Вечной Леи к Анне была обоюдной. Такие искренние эмоции со стороны Луричевой — редкость.

— О, эта тварь умеет портить настроение! Теперь понимаю, после этой асексуальной лицемерки захотелось взглянуть на настоящую женщину. Хорошо тебя понимаю!

— Да не, из вас двоих Лея мне больше нравится, — возразил я и понял, что мой укол впервые угодил в цель. До этого ей на мои слова было плевать.

— О-а, так ты у нас любитель столярных работ, маэстро брёвен и досок… ну тогда да, лучше выбирать Лею. Будете вместе молиться в перерывах между монотонными поступательными движениями. Есть в этом что-то некрофильское…

— Фига тебя задело, — улыбнулся я довольно. — Она что, тоже тебя отвергла?

Анна встала. Села. Поморщилась. Затянулась кальяном.

— Ладно, это было забавно, но пойду я, наверное, в церковь, спрошу лучше у неё. Зря я вообще решил сверять ваши слова и сперва идти на контакт с тобой.

Фраза была чистой воды манипуляцией, но, похоже, с крючком в виде Леи это работало эффективней.

— Я должна была напасть тогда, Полярис. Мне тоже это неприятно. Это ты хочешь услышать? Да, я сожалею об этом. Но ситуация меня вынудила. Вольный стиратель, с выбросом и всем таким. Ты понимаешь, что ты держишь у себя ядерную бомбу, которая может стереть возможно даже весь Город? Как бы ты отнёсся к тому, кто хочет уничтожить Город?

— Не перевирай мои слова, — покачал я головой. — Я никогда ничего такого делать не собирался. Ты могла просто нормально со мной поговорить, рассказать про выброс. Про опасность для Города.

— Ты бы всё равно мне не поверил.

— А чего ты решаешь за меня?

— Хм. Хорошо, давай начистоту. Ты — угроза, Полярис. Завтра ты вдруг узнаешь пару новых историй о Городе и решишь, что неспящие не так уж и не правы. И в случае с тобой это не будет колебанием монетки. Это будет катящийся валун, про который никто не сможет сказать, где тот пронесётся. Ты неуправляем, Полярис, и при этом обладаешь огромной силой.

— Хорошо, что мой начальник не ты, а Михаил.

— Ты понятия не имеешь, кто такой Михаил, — фыркнула Луричева. — Он такое чудовище, каким мне не стать никогда.

— Пока что вред в Городе я видел только с твоей стороны. И был бы рад никогда тебя больше не видеть. Я здесь только потому, что хочу помочь другу.

— Другу? Ты знаешь, кто такие стиратели?

— Осколки душ героев иных миров.

— Да, — слегка опешила от моего ответа Луричева. — Тогда ты должен понимать, что вы слишком разные.

— Это ты ограниченно думаешь. Красноглазка — мой друг. Ты бы подставила своего друга под какие-то клятвы и фракции?

— Я бы попыталась возглавить такую фракцию или определять клятву.

— Вот в этом мы с тобой никогда не сойдёмся, — покачал я головой. — Я предпочитаю свободу выбора.

— Свобода выбора довела предыдущий мир до вымирания, ведь она предполагает в том числе выбор зла.

Я рассмеялся.

— Свобода выбора в нулевом? Ты вообще изучала историю на малых эхо? Знаешь, как проходил апокалипсис? Свобода воли никогда бы этого не допустила. Ни один человек в здравом уме не выбирает чуму, войну или голод. Зло сознательно выбирают единицы. Все люди в своей основе хотят жить долго, счастливо и в добром здравии. Проблема лишь в том, что эти единицы навязывают свою злую волю.

— У нас с тобой разные нулевые миры, — отвернулась Аня. — Но я поняла о чём ты… Никто из нас не выбирал вторжение иномирцев в моём родном мире. Даже Церковь Полуночи нас не спрашивала… Ладно, возможно, я была не права. Однако пойми и меня тоже! Есть даже правило: при обнаружении таких стирателей — постараться или завербовать их, или убить. Правда, знает об этом только верхушка, так что работает это плохо.

Теперь уже я затянулся кальяном, хоть и очень давно не курил.

— Ты с такой уверенностью куришь экстракт дамианы… — уважительно покачала головой Аня.

— Тьфу ты, — я закашлялся.

— Шучу-шучу. Ты бы видел своё лицо в этот момент!

— Иди к чёрту.

— Черти — это твоя парафия, Полярис. Мне больше по душе театр. Любишь театр?

— Не уводи тему. Давай всё же вернёмся к нашим делам, — поморщился я и запил глотком кофе.

Тепло приятно обволокло раздражённое горло.

— Хорошо. Моё предложение всё ещё в силе. Мы выберем вам дом на Несбывшейся. Если так хочешь, можешь и дальше работать со сходкой. Можем оплачивать для тебя услуги Емельяна. Просто Красноглазка должна жить у нас.

— И как это защитит нас от выброса?

— Это станет внутренним делом третьих.

— И?

— И Город не пострадает. Что выгодно и нам, и сходкам, и тебе.

— Цена?

— Не покидать Несбывшуюся, если только не решишь перейти на клятву сходкам. Выполнять распоряжения лидеров моей организации. Привязать Красноглазку ко мне. Защищать Несбывшуюся.

— Привязать? — саркастично усмехнулся я.

— Если она перейдёт под моё покровительство, то сможет дольше жить. Разве ты не хочешь для неё всего лучшего?

— Связь с тобой — это точно не лучшее.

— Ладно. Этот пункт можно убрать. Видишь, я готова договариваться, иду на уступки.

— Как вы планируете защищаться?

— Ты обещал помогать, — напомнила Аня.

— То есть я буду там в одиночку?

Она тяжело вздохнула.

— Все обитатели Несбывшейся выходят встречать кризис. У нас нет первоуровневых и некого стесняться. Пленники своих домов могут выйти на охоту и излить свою запредельную силу на врага! Нас немного, но каждый сравнится с полной восьмёркой противодействия. Ты сам видел, на что способны стирательские характеристики на уровнях от пятидесяти.

— Значит, в день кризиса все выходят на прогулку и устраивают геноцид порождений кризиса. Ты ведь знаешь, кто это будет в данном случае?

— Хаос.

— Хаос, — подтвердил я. — Даже видел, какие именно придут твари. Только пока ещё не очень понятно как, с учётом почти нулевого магического эхо. Здесь даже осознанные сны не работают.

— У тебя хорошие источники.

— Прямые предсказания, — подмигнул я девушке. — Итак, будем обороняться от порождений хаоса. А если это совпадёт с выбросом?

— Оно обязательно совпадёт с выбросом. У твоей Красноглазки та же стихия. Взаимосвязь очевидна.

— Не та же. Хотя связь действительно есть… — я немного приоткрыл завесу для Луричевой, чтобы спровоцировать её на ответную откровенность. — Но Красноглазка не Хаос и не желает служить ему.

— Интересно.

— Тогда, во время кризиса Несбывшейся, тоже ведь был хаос?

— Тогда были три стихии. Три наложившихся друг за другом кризиса. Эхо начало сильно расти, огромное количество людей увидели то, чего видеть не стоило. Хаос был одной из составляющих.

— Значит, помимо Красноглазки есть ещё двое с другими стихиями?

— Понятия не имею. Тогда было так, а сейчас предсказан лишь хаос. Но в гораздо большем объёме. Правда, пока что магия хаоса работает так же, как и вся другая — никак. Поэтому технически хаоса с таким эхо быть не может. А тогда всё было абсолютно иначе…

— Как?

Луричева бросила задумчивый взгляд на улицу справа от неё.

— Это был кризис порталов. Лор такой, что учёные сильно напортачили с пространственными технологиями и открыли портал куда не следовало. Рядовой кризис с какими-то скучными мутантами. Захват тел людей присасывающимися к голове монстрами. Потом тело мутировало и… ну, всё по старинке.

Она затянулась кальянным паром.

— Но затем что-то, как водится, пошло не так?

— Выброс Руты. Вообще никаким местом к лору с кризисом мутантов. Её выброс был в виде резкого поднятия температуры и открытия разломов в адские миры. Город залихорадило, у всех внезапно поменялся кризис, будто предсказаний никаких не было вовсе. Эхо удвоилось, проснулась магия, НПС от такого массово прозрели, как ты понимаешь. Научный постап превратился в рпг-шный данж. Никто тогда вообще не понял, что происходит и что значит удвоение эхо. Только Хостер догадывался…