— Хватит, — сказал советник.

Палач поднял меч.

— Мэй, — Хару улыбнулся. — Увидимся в Аду.

Меч опустился.

Толпа ахнула.

Лисичка не отвела взгляд, она смотрела, как голова Хару отделяется от тела, как кровь заливает эшафот, как тело предателя падает на доски.

— Всё, — прошептал Кай.

— Нет, — Мэй покачала головой. — Это только начало. — Девушка почувствовала напряжение, которое нарастало среди людей. Шепот, взгляды, движение.

Кто-то закричал:

— Война! Лорд Киёмори объявил войну!

Толпа взорвалась паникой.

Мэй схватила Кая за руку:

— Бежим!

Друзья с трудом пробрались через обезумевшую толпу, когда первые стрелы начали падать с неба.

— Ложись! — крикнул Кай, пригибая Мэй к земле.

Стрелы вонзились в мостовую, в стены домов, в тела людей. По всюду раздавались крики, плач, звон мечей — город погружался в хаос.

— Это не просто объявление войны, — сказала Мэй, распуская хвосты. — Это вторжение. Киёмори подготовился.

— Нам нужно в дворец, — Кай вытащил меч. — Император в опасности.

— Идём.

Они побежали по улицам, уворачиваясь от стрел и мечей. Мэй отбивала атаки хвостами, Кай рубил тех, кто подходил слишком близко.

— Госпожа! — раздался крик.

Мэй обернулась, Юки бежала к ней, таща за собой Рэна.

— Вы живы!

— Быстро в укрытие! — лисичка завела товарищей в ближайший дом, закрыла дверь.

— Сидите здесь. Не выходите, пока я не вернусь.

— Но, госпожа! — Юки заплакала.

— Я вернусь, — твердо сказала Мэй. — Обещаю. — Девушка выбежала на улицу.

Императорский дворец был окружен. Тысячи воинов в черных доспехах штурмовали ворота. Стража держалась, но силы были неравны.

— Киёмори, — прошептала Мэй. — Ты всё-таки решился. — Кицунэ расправила девять хвостов сияющих в темноте и бросилась в бой.

Битва была жестокой. Мэй рубила, крушила, отбрасывала врагов. Хвосты работали, как мечи, как щиты, как копья. Лисичка пробивалась к воротам, оставляя за собой кровавый след.

— Мэй! — крикнул Кай. — Я с тобой!

— Прикрывай мне спину!

Они сражались спина к спине, как когда-то в горах, как в лесу, как на перевале. Их движения были отточены до совершенства — охотник знал, куда лисичка шагнет, она знала, когда он ударит.

— Ворота падают! — крикнул кто-то.

Мэй посмотрела вперёд. Главные ворота дрогнули, начали открываться.

— Не успеваем, — сказал Кай.

— Успеваем, — Мэй схватила друга за руку. — Держись!

Лисичка прыгнула, используя хвосты, как крылья. Они перелетели через стену, приземлились во внутреннем дворе.

— Ты… ты умеешь летать? — выдохнул Кай.

— Учусь, — усмехнулась Мэй.

Император сидел на троне, бледный, но спокойный:

— Мэй-сан, вы пришли.

— Пришла, ваше величество, — Мэй поклонилась. — Киёмори прорвал оборону. Вам нужно уходить.

— Нет, — император покачал головой. — Я останусь.

— Ваше величество…

— Я старый и больной, — государь улыбнулся. — Моя жизнь не стоит того, чтобы рисковать вами. Заберите наследника. Уходите через тайный ход.

— Мой господин, я не оставлю вас, — твёрдо сказала Мэй.

— Вы должны, — император встал, опираясь на трость. — Империя нуждается в вас больше, чем во мне. Поклянитесь, что защитите моего внука.

— Клянусь.

— Тогда идите. Времени мало.

Мэй поклонилась, развернулась и побежала к тайному ходу.

Друзья выбрались из дворца за минуту до того, как он рухнул. Мэй стояла на холме, глядя, как столица горит. Дым поднимался к небу, крики доносились даже сюда.

— Император? — тихо спросил Кай.

— Погиб, — Мэй сжала кулаки. — Киёмори убил его.

— А наследник?

— Здесь, — лисичка указала на мальчика, который сидел на лошади, вцепившись в гриву. Ему было лет десять, и он дрожал.

— Как тебя зовут? — спросил Кай.

— Акихито, — сказал мальчик. — Я… я боюсь.

— Не бойся, я защищу тебя.

— Что теперь? — спросил Кай.

— Отступаем, — Мэй посмотрела на север. — В горы. Там старые крепости. Будем собирать армию.

— Киёмори пойдёт за нами.

— Пусть идёт, — Мей усмехнулась. — В горах я сильнее.

Друзья двинулись в путь оставляя горящую столицу позади. Три дня они шли на север. Мэй вела отряд — наследник, его нянька, несколько верных стражников, Кай и она. Они останавливались только на короткий отдых, ели в сёдлах, спали у костров.

— Госпожа, — Рэн догнал друзей на четвертый день. — Я привёл подкрепление.

— Какое подкрепление? — Мэй обернулась.

За мальчишкой шли люди. Десятки. Сотни. Крестьяне, ремесленники, бывшие воины. С вилами, с косами, с мечами.

— Мы слышали, что Киёмори захватил столицу, — сказал один. — Мы не хотим жить под его властью.

— Мы хотим сражаться, — добавил другой.

— Мы хотим вернуть императора, — сказал третий.

Мэй посмотрела на неожиданных помощников, в груди кицунэ росло что-то тёплое:

— Спасибо, я вас не подведу, — девушка повернулась к Каю. — У нас есть армия.

— У Киёмори в десять раз больше, — напомнил охотник.

— Значит, будем умнее, — Мэй улыбнулась. — И хитрее.

Немногочисленный отряд кицунэ нашел в горах старую крепость, она стояла на вершине скалы окружённая пропастями. Только одна тропа вела наверх — узкая, опасная, легко обороняемая.

— Идеальное место, — сказал Кай, осматривая стены.

— Здесь когда-то жил мой учитель, — Мэй провела рукой по камню. — Он научил меня всему.

— Он жив?

— Нет, умер много лет назад. Но его дух до сих пор здесь.

— Ты чувствуешь? — спросил Кай.

— Чувствую, — Мэй кивнула. — Он ждал меня.

Было решено разбить лагерь в крепости. Мэй организовала оборону, расставила часовых, распределила припасы. Армия росла — каждый день приходили новые люди. Те, кто не хотел подчиняться Киёмори. Те, кто помнил старые времена. Те, кто верил в непобедимую кицунэ.

— Госпожа, — Юки подошла вечером. — Вы должны поесть.

— Мне не хочется.

— Вы не ели два дня, — Юки настаивала. — Вы не можете сражаться на пустой желудок.

Мэй вздохнула, взяла миску:

— Ты права. Спасибо.

— Госпожа, — Юки села рядом. — Вы боитесь?

— Боюсь, — честно сказала Мей. — Не за себя. За всех вас.

— Мы справимся, — Юки улыбнулась. — Мы с вами.

Лисичка посмотрела на подругу и впервые за долгое время улыбнулась.

— Юки, спасибо за поддержку...

Война затянулась на месяцы, Киёмори не нападал на крепость — он знал, что в горах у него мало шансов. Вместо этого он осаждал её, перекрывая пути снабжения, морил голодом, ждал, когда повстанцы сдадутся.

Но они не сдавались.

Мэй совершала вылазки, нападала на обозы, уничтожала отряды разведчиков. Её хвосты стали легендой — враги боялись их, свои гордились.

— Сегодня удачная вылазка, — сказал Кай, когда они вернулись в крепость. — Восемь обозов сожжено.

— Маловато, — Мэй покачала головой. — Нужно больше.

— Ты не можешь делать всё сама.

— Могу, у меня девять хвостов.

— И одно сердце, — тихо сказал Кай.

Мэй посмотрела на охотника:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты не спишь, не ешь, не отдыхаешь, — красавчик подошел ближе. — Ты убиваешь себя.

— Я делаю то, что должна.

— А то, что хочешь? — Кай взял лисичку за руку. — Ты когда-нибудь думала о том, чего хочешь ты?

Мэй молчала:

— Я хочу, чтобы война кончилась, — сказала она наконец.

— Это не ответ.

— Какой ответ ты хочешь услышать?

— Правду, — Кай посмотрел подруге в глаза. — Ты чувствуешь то же, что и я?

— Что ты чувствуешь? — спросила Мэй.

— Страх, — охотник усмехнулся. — Каждый раз, когда ты уходишь на вылазку, я боюсь, что ты не вернёшься.