— Я… я не…

— Не надо врать! — Мэй подняла руку. — Я знаю, что ты нанял людей для того, чтобы меня задержать. Знаю, что ты на связи с Хару. Я так же знаю о том, что ты когда-то хотел купить Азуми, бедняжку чье тело я теперь занимаю.

Сакамото побледнел:

— Я не знал… я думал…

— Ты не думал, — Мэй покачала головой. — Ты хотел купить беззащитную сироту, как вещь, чтобы потом продать ее в бардель!!!

— Мне заплатили! — выпалил Сакамото. — Хару-сан пообещал…

— Что? — Мэй наклонила голову.

— Земли. Титул. Мой господин сказал, что если я помогу поймать тебя, он даст мне всё.

Мэй вздохнула:

— Сакамото-сан, — сказала она. — Ты глупец.

— Почему?

— Хару тебе ничего не даст. Он использует тебя, как всегда использовал других. Когда ты станешь для него бесполезен, предатель выбросит тебя, как мусор.

— Ты лжешь! — Сакамото вскочил.

— Я не лгу, — Мэй шагнула вперёд, её хвосты распушились. — Я кицунэ. Я чувствую ложь. Я чувствую, что ты уже понял правду, но боишься в этом признаться.

Сакамото опустился в кресло:

— Что мне делать?..

— Ничего, — Мэй сложила руки на груди. — Оставь меня в покое. Не трогай моих спутников. Забудь, что я здесь проходила.

— А Хару-сан?

— Бывший только моя проблема, — лисичка повернулась к выходу. — Сакамото, не лезь не в свое дело. Если ты будешь умным, останешься жить. Если нет… — Мэй обернулась. — Если нет, я вернусь. И тогда тебе придётся объяснять Хару, почему его план провалился.

Девушка не оглядываясь вышла из усадьбы, Кай ждал у ворот боевую соратницу:

— Всё?

— Да, — кивнула Мэй. — Он больше не будет нам мешать.

— Откуда ты знаешь?

— Толстяк трус, ссыкуны никогда не полезут в драку, если заведомо знают о том, что они проиграют.

Друзья пошли вниз по улице, неожиданно Мэй вдруг остановилась.

— Что случилось? — напрягся Кай.

— Ничего, — покачала головой лисичка. — Я тут подумала: если даже такая половая тряпка, как Сакамото, получил приказ от Хару, значит, на меня объявили охоту по всей империи.

— Это меняет наши планы?

— Конечно нет, — Мэй пошла дальше. — Просто теперь мы знаем о том, что нам будут мешать в каждом городе, в каждой деревне…

— Что ты предлагаешь?

— Идти вперёд, — рассмеялась лисичка. — Как всегда…

Через три дня путешественники вышли к болотам. Местность называлась Туманы Инугами — в честь собачьего бога, который, по легендам, охраняет гиблые места. Болота тянулись на много лиг, единственная дорога вилась между топями, иногда уходя под воду.

— Говорят, здесь водятся болотные огни, — сказал Рэн, когда спутники вступили на зыбкую тропу.

— Болотные огни — это не страшно, — ответила юному товарищу Мэй. — Страшно, когда они ведут в трясину.

— А они ведут? — испуганно спросила Юки.

— Если не знаешь дороги, да. Поэтому держитесь за мной.

Группа шла впереди, чувствуя тропу хвостами. Кицунэ чуют землю лучше людей, каждый хвост лисички был, как щуп проверяющий зыбкую почву.

— Стой, — Мэй подняла руку.

Перед ними, прямо на тропе, горел огонёк. Маленький, синий, он переливался и дрожал.

— Болотный огонь, — прошептал Рэн.

— Не подходите, — Мей шагнула вперёд. — Я сама.

Огонёк замер, словно чего-то ждал. Девушка подошла ближе, вдруг он метнулся в сторону увлекая её за собой.

— Госпожа! — крикнула Юки.

— Стойте! — приказала Мэй. — Я вернусь!

Лисичка побежала за огоньком, чувствуя, как хвосты распушились, ловя движение воздуха. Огонёк вёл её между кочек, по узким тропам, туда, где болото становилось глубже.

— Стой! — крикнула Мэй. — Я не пойду дальше!..

Огонек остановился. Потом начал расти превращаясь в фигуру. Человеческую, но не совсем. Женщина в развевающихся одеждах, с лицом, которое менялось каждую секунду.

— Ты не человек, — сказала незнакомка.

— Я кицунэ, — Мей не отступила.

— Кицунэ, — фигура усмехнулась. — Давно здесь не было кицуне.

— Я иду в столицу. Мне нужна дорога.

— Дорога? — фигура покачала головой. — Дорога ведёт к смерти.

— Все дороги ведут к смерти, — Мэй пожала плечами. — Но, я хочу пройти свою до конца.

Фигура замолчала внимательно разглядывая лисичку:

— Ты смелая, — сказала она наконец. — Или глупая.

— И то, и другое…

— Иди, — фигура указала куда-то в темноту. — Там, где три сосны стоят вместе, есть твёрдая земля. Оттуда выйдешь на дорогу.

— Спасибо, — поклонилась Мэй.

— Не благодари, — фигура начала таять. — Я тебе не помогаю, просто хочу посмотреть, что будет дальше.

Девушка вернулась к друзьям:.

— Всё в порядке, я знаю, куда идти.

Путешественники двинулись за главой, три сосны нашлись быстро, деревья стояли на сухом островке окруженном водой.

— Здесь ночуем, — решила Мэй.

Ночь прошла спокойно, болотные огни танцевали вокруг, но не приближались. Рэн проснулся один раз, увидел их и снова заснул. Утром друзья вышли на твердую дорогу, которая вела к северу…

На пятый день пути друзья наткнулись на храм. Он стоял в лесу, заброшенный, заросший плющом. Статуи у входа были разбиты, крыша провалилась, но внутри ещё чувствовалось что-то древнее, спящее.

— Может, обойдем? — предложил Кай.

— Нельзя, — Мэй покачала головой. — Здесь чувствуется сила. Я должна понять, чья.

Лисичка вошла внутрь, в храме было темно и сыро, пахло старостью и забытыми молитвами:

— Кто здесь?..

Тишина. Потом — шорох.

— Кто ты? — спросил голос из темноты.

— Мей, кицунэ. Я иду в столицу.

— В столицу, — голос усмехнулся. — Туда, где правит убийца?

— Ты знаешь Хару?

— Я знаю всех, — голос стал ближе. — Я хранитель этого места. Я видел, как сюда приходили люди. Как уходили. Как умирали.

— Ты человек?

— Был, — голос затих. — Теперь, я память.

Из темноты вышла фигура, старик в рваных одеждах, с глазами, которые светились в полумраке:

— Ты пахнешь смертью и жизнью. Две жизни. Три?

— Три, — кивнула лисичка.

— Много, — старик покачал головой. — Слишком много для одного человека.

— Я не человек, — напомнила мудрецу Мэй.

— Знаю, — старик усмехнулся. — Кицунэ с тремя хвостами. Я не видел таких уже много лет.

— Ты знаешь, где найти остальные яблоки?

— Знаю, — старик подошел ближе. — Но не скажу.

— Почему?

— Потому что ты не готова, — хранитель коснулся лба лисички. — Сила есть. Мудрости нет. Иди, кицунэ. Найди то, что ищешь. Когда ты поймёшь, зачем тебе сила, тогда приходи.

— Что будет если я не приду?

— Придёшь, — старик улыбнулся. — Тебе нужна мудрость. А мудрость не приходит сама. — Хранитель исчез, как будто его и не было.

Мэй еще немного постояла глядя в темноту, потом вышла.

— Ты в порядке? — спросил Кай, парень заметил, что хвосты подруги стали чуть длиннее.

Или ему показалось?..

— Да, — кивнула девушка. — Я встретила старика, который живет в прошлом.

На седьмой день группа боевых соратников вышла к реке Кинокава — Золотая река — была широкой и быстрой. Мост, который когда-то здесь стоял, разрушили — может, время, может, люди.

— Придётся плыть, без вариантов — сказал Кай.

— Мико не сможет, — возразил Рэн.

— Переплывет, — Мэй подошла к лошади, погладила её по морде. — Ты сильная, да?

Мико фыркнула, словно соглашаясь… Путешественники вошли в воду, как вдруг неожиданно перед ними появились духи. Они были прекрасны — женщины с длинными волосами, с телами, переходящими в рыбьи хвосты. Их глаза светились зелёным, а голоса звучали, как вода.