— Госпожа, — мужчина поклонился. — Император будет вам благодарен.

— Мне не нужна благодарность, — Мэй вышла из камеры. — Мне нужна голова Хару.

*** *** ***

После возвращения домой лисичка собрала военный совет:

— Ситуация хуже некуда, предатель на свободе. У него есть деньги, союзники и, возможно, новый план.

— Что он задумал? — спросила Кира.

— Не знаю, — Мэй покачала головой. — Но я знаю, куда он пойдет.

— Куда?

— К последнему яблоку, — лисичка посмотрела на печать на поясе. — Тому, которое даёт мудрость. Оно в сокровищнице императора.

— Думаешь, он попытается его украсть? — спросил Санада.

— Он попытается его забрать, — Мэй встала. — Потому что с ним он сможет вернуть свою силу. А я без него не смогу стать по-настоящему сильной.

— Мы должны опередить его, — сказал Кай.

— Да, — Мэй кивнула. — Мы идем в сокровищницу. Сегодня же.

Императорская сокровищница находилась под главным храмом столицы. Место, куда никто не входил без личного разрешения императора. Кицунэ стояла у входа глядя на массивные двери покрытые магическими рунами.

— Вы уверены, госпожа? — спросила Юки. — Император может рассердиться.

— Наш господин стар и болен, — Мэй покачала головой. — Он не поймёт. В том случае, если я не возьму яблоко, Хару возьмёт его первым, и тогда будет беда… — лисичка коснулась двери, руны вспыхнули.

— Кто идёт? — раздался голос из темноты.

— Мэй, глава клана кицунэ-стражей, — девушка подняла печать. — Я требую доступ к сокровищнице.

— Требование отклонено, — голос был холодным. — Только император может…

— Император не в себе, — перебила говорившего Мэй. — Хару на свободе. Если яблоко попадёт к нему, империя падёт.

Тишина, потом двери медленно открылись.

— Входи, — сказал голос. — Но помни: если ты лжешь, ты умрёшь.

Внутри было темно, но Мэй всё видела, её лисьи глаза привыкли к темноте за годы тренировок. Сокровищница была огромной. Золото, драгоценности, древние артефакты, мечи, доспехи. В центре, на каменном постаменте, лежало сияющее золотое яблоко пульсирующие ярким светом.

— Четвертое яблоко, — прошептала Мэй. — Она подошла ближе, протянула руку.

— Не трогай, — раздался голос.

Мей обернулась. Из темноты вышел высокий, седой старик в белых одеждах, его глаза светились золотом.

— Ты хранитель? — спросила Мэй.

— Я тот, кто охраняет это место, — старик посмотрел на лисичку. — Ты пришла за яблоком?

— Да.

— Зачем?

— Для того, чтобы стать сильнее. Чтобы победить Хару.

— Хару уже был здесь, — старик усмехнулся. — Вчера. Он пытался взять яблоко.

— И?

— И не смог, — старик покачал головой. — Яблоко не даётся тому, кто недостоин.

— А я достойна?

— Не знаю, — старик долгим взглядом посмотрел а лисичку. — Давай проверим.

Мужчина шагнул в сторону, Мэй подошла к яблоку, взяла его в руки, фрукт был тёплым, живым, пульсировал в ладонях:

— Я съела три яблока, это будет четвёртым.

— Ты знаешь, что будет? — спросил старик.

— Знаю, — лисичка поднесла яблоко к губам. — Сила. Мудрость. И, возможно, смерть.

— Ты готова?

— Да.

Кицунэ откусила, в этот момент мир взорвался светом. Мэй почувствовала, как сила разливается по телу, как растут хвосты — четвёртый, пятый, шестой. Они распускались один за другим, пушистые, золотистые, сияющие. Седьмой. Восьмой. Девятый. Девушка упала на колени, чувствуя, как ее тело меняется, она становилась больше, сильнее, быстрее. Её уши вытянулись, когти выросли, глаза засветились золотом.

— Девять хвостов, — прошептал старик. — Я не видел такого уже много лет.

Мэй поднялась, лисичка стала выше, сильнее, кимоно трещало по швам, но она не обращала внимание:

— Хару, теперь ты мой.

— Не торопись, — старик покачал головой. — Сила — это не всё. Тебе нужна мудрость, чтобы её использовать.

— У меня есть мудрость, — Мэй коснулась головы. — Я помню всё. Две жизни. Три смерти. Четыре яблока.

— Тогда иди, — старик указал на дверь. — Хару ждёт тебя.

Лисичка вышла из сокровищницы, девять хвостов развевались на ветру…

Хару бежал на север, Мэй чувствовала его — нюх кицунэ улавливал запах за многие мили. Он двигался быстро, но не один. С ним были наёмники. Много наёмников.

— Предатель идёт в горы, — сказал Кай, когда друзья выехали из столицы. — Там старые крепости, легко спрятаться.

— Он не прячется, — Мэй покачала головой. — Он собирает армию.

— Армию?

— Киёмори не бросил зятя. Он дал ему деньги, людей, оружие. Хару вернётся.

— Когда?

— Скоро, — Мэй пришпорила Мико. — Мы должны остановить его до того, как он перейдет границу.

Погоня длилась три дня, соратники не останавливались — ели в седле, спали у костра по два часа. Мэй гнала своих спутников, чувствуя, как время уходит.

— Госпожа, — Юки едва держалась в седле. — Мы не успеем.

— Успеем, — Мэй сжала поводья. — Я чувствую его. Он близко.

В конце третьей ночи друзья настигли Хару, бывший разбил лагерь в ущелье окружённый наёмниками. Около сотни человек. Вооружённые, опытные, опасные.

— Их слишком много, — сказал Кай.

— Я справлюсь, — Мэй распустила девять хвостов, сияющих в темноте.

— Ты не можешь одна…

— Могу, — лисичка спрыгнула с лошади. — Прикройте меня.

Воительница пошла вперёд, не скрываясь. Наемники увидели легенду, закричали, бросились навстречу. Мэй встретила их хвостами — девять мечей, девять щитов, девять рук. Она рубила, крушила, отбрасывала. Хвосты работали сами, без ее команды — сила яблок сделала своё дело.

— Демон! — крикнул кто-то.

— Кицунэ! — заорал другой.

— Бежим!

Наёмники побежали, но Мэй не дала им уйти, лисичка окружила их хвостами, заперла в кольцо:

— Где Хару??!

— Там… в пещере… — указал один.

Мэй отпустила военных и пошла к пещере. Предатель стоял у входа, сжимая меч:

— Любимая, ты пришла ко мне?..

— Вижу ты меня ждал, — Мэй остановилась.

— Я знал, что ты придёшь.

— Тогда почему не бежал дальше?

— Потому что я устал, — Хару опустил меч. — Бегать. Прятаться. Лгать.

— Ты всегда лгал, — Мэй покачала головой. — Себе. Мне. Всем.

— Может быть, — врунишка посмотрел на бывшую. — Ты стала сильнее.

— У меня девять хвостов.

— Красиво, — Хару усмехнулся. — У меня никогда не было девяти.

— Потому что ты не заслужил.

— А ты заслужила?

— Я умерла за это, — Мэй шагнула вперёд. — Я переродилась. Я прошла через Ад. Ты — нет.

— Что ты хочешь? — спросил Хару. — Убить меня?

— Нет, — Мэй покачала головой. — Я хочу, чтобы ты ответил за то, что сделал.

— Перед судом?

— Перед всеми.

Хару молчал:

— Я сдаюсь, — сказал он наконец.

— Что? — Мэй не поверила своим ушам.

— Я сдаюсь, — повторил Хару. — Я устал. Я не хочу больше бежать. — Предатель бросил меч на землю. — Бери меня. Вези в столицу. Пусть меня судят.

Мэй смотрела на бывшего пытаясь понять он врет или говорит правду.

— Если ты меня очередной раз обманываешь…

— Я не вру, — Хару поднял руки. — Я сдаюсь.

Суд прошёл через неделю. Император был слишком слаб для того, чтобы присутствовать, но его советники заняли места. Весь двор собрался в главном зале посмотреть, как будут судить того, кто когда-то был самым влиятельным человеком в империи.

Хару стоял в центре, скованный цепями. Его лицо было спокойным, почти безразличным.

Мэй сидела на почетном месте, рядом с Каем. Её девять хвостов были спрятаны, сегодня она была не кицунэ, а свидетельницей.

— Хару-сан, — главный советник поднял свиток. — Вы обвиняетесь в убийстве законной главы клана кицунэ-стражей, в предательстве императора, в захвате власти и в организации покушения на действующую главу клана. Что вы скажете в свою защиту?