Хару молчал.

— Вы признаёте свою вину?

— Признаю, — тихо сказал Хару.

Зал зашумел.

— Вы признаёте, что убили Мэй-сан?

— Признаю.

— Вы признаёте, что предали императора?

— Признаю.

— Вы признаёте, что организовали покушение на Мэй-сан?

— Признаю.

Советник опустил свиток:

— Вы понимаете, что вас ждет смертная казнь?

— Понимаю, — Хару поднял голову. — Но я прошу о снисхождении.

— На каком основании?

— На основании того, что я сдался добровольно, — предатель посмотрел на Мэй. — И на основании того, что я могу дать информацию, которая спасёт много жизней.

Мей нахмурилась:

— Какую информацию?

Хару усмехнулся:

— Вы думаете, я был главной угрозой?.. Нет. Я был всего лишь пешкой. Настоящая угроза ОН.

— Кто? — спросил советник.

— Тот, кто дал мне деньги. Тот, кто дал мне людей. Тот, кто организовал мой побег, — Хару посмотрел на Мэй. — Лорд Киёмори.

Зал замер.

— Лорд Киёмори — самый богатый человек в империи, — сказал советник. — Вы обвиняете его в измене?

— Я не обвиняю, — Хару покачал головой. — Я утверждаю. У него есть армия. Мой тесть ждёт только сигнала.

— Какого сигнала?

— Моей смерти, — Хару улыбнулся. — Когда я умру, он начнёт войну. За власть. За трон. За империю.

Мэй встала:

— Вы уверены?

— Уверен, — Хару кивнул. — Я был его зятем. Я знаю его планы. Он хочет стать императором.

— Хару-сан, вы хотите, чтобы вас помиловали за важную информацию?

— Я хочу жить, — просто сказал предатель. — А еще, я не хочу, чтобы наша империя пала.

Суд отложили на три дня, Мэй сидела в своей комнате, глядя на огонь.

— Ты веришь бывшему? — спросил Кай.

— Не знаю, — лисичка покачала головой. — Но, если он говорит правду, Киёмори настоящая угроза.

— Что ты будешь делать?

— Поеду к нему, — Мэй встала. — Поговорю.

— Одна?

— С тобой.

— Опасно, — краткость сестра таланта.

— Знаю, — лисичка усмехнулась. — Когда это меня останавливало?..

Поместье Киёмори находилось в горах, в трёх днях пути от столицы. Огромный замок, окруженный стенами, с армией личной гвардии. Мэй подъехала к воротам, стража пропустила её без споров, без вопросов. Её ждали. Лорд сидел в главном зале окруженный советниками, он был стар, но его глаза смотрели остро.

— Мэй-сан, — сказал он, не вставая. — Я ждал вас.

— Вы знали, что я приду?

— Знал, — кивнул богатый вельможа. — Садитесь. Поговорим.

Они говорили долго. Киёмори не отрицал, что помог Хару. Он не отрицал, что хотел власти. Но он отрицал, что хочет войны.

— Я хочу стабильности, — сказал он. — Император стар и слаб. Его наследник — мальчик. Империя разваливается. Кто-то должен взять власть.

— Почему именно вы? — спросила Мэй.

— А почему нет? — лорд усмехнулся. — У меня есть деньги, земли, армия. У меня есть опыт. Я могу править.

— Что буду делать я в вашем новом государстве? — Лисичка с изумлением посмотрела на наглого дядьку.

— Мэй, вы — воительница, — Киёмори покачал головой. — Вы не правитель. Вы не сможете управлять империей.

— Я не хочу править, — сказала лисичка. — Я всего лишь хочу, чтобы правил тот, кто этого заслуживает.

— Моя дорогая, позвольте вас спросить, кто на ваш непредвзятый взгляд достоин управлять империей?

— Император. И его наследник.

— Наследник — мальчик, — напомнил Киёмори.

— Мальчик вырастет.

— А если нет? — Киёмори наклонился вперед. — Если его убьют? Если он умрёт от болезни? Если его свергнут?

— Тогда мы найдём другого, — твёрдо сказала Мэй. — править будет кто угодно, но, точно не вы.

— Тогда мы найдём другого, — твёрдо сказала Мэй. — править будет кто угодно, но, точно не вы.

Киёмори молчал:

— Вы смелы, — сказал он наконец. — Я уважаю смелость.

— Я не за этим пришла.

— Позвольте вас спросить, зачем?

— Предупредить, — Мэй встала. — Если вы начнете войну, я остановлю вас.

— Как?

— Как я умею, — лисичка распустила девять хвостов сияющих в полумраке.

В глазах Киёмори мелькнул страх:

— Моя дорогая, вы сильны, я не отрицаю, — сказал он. — Но, я хочу вам напомнить вам о том, что вы не всесильны.

— Я знаю, — Мэй спрятала хвосты. — Но, так или иначе, я все равно не упущу хоть малейший шанс надрать вам ваш великосветский зад...

Мэй вернулась в столицу через три дня. Хару ждал приговор. Зажравшийся вельможа ждал ответ. Империя замерла в ожидании. Лисичка вошла в зал суда, все взгляды устремились на неё.

— Что решил Киёмори? — спросил советник.

— Он не начнёт войну, — сказала Мей. — Пока.

— Что значит "пока"?

— Пока я жива, — кицунэ посмотрела на предателя. — Он боится меня. И правильно делает.

— А Хару-сан? — спросил советник. — Что нам делать с ним?

Мэй подошла к бывшему, он стоял, опустив голову не смотрел на неё:

— Ты предал меня. Ты убил меня. Ты украл мою жизнь.

— Знаю, — прошептал мужчина.

— Ты заслуживаешь смерти.

— Согласен.

— Не смотря ни на что я проявляю благородство, я не дам тебя убить, — Мэй повернулась к советникам. — Я прошу заменить смертную казнь на пожизненное заключение.

Зал недовольно зашумел.

— Почему? — спросил советник.

— Потому что если он умрёт, Киёмори начнёт войну, — сказала Мей. — А если он жив, Киёмори будет ждать. Время работает на нас.

— Вы уверены?

— Уверена.

Советники переглянулись.

— Пусть будет так, — сказал главный. — Хару-сан, вы приговорены к пожизненному заключению.

Предатель поднял голову:

— Спасибо, — благодарность адресована Мэй.

— Не благодари, — лисичка покачала головой. — Я делаю это не ради тебя.

*** *** ***

Девушка вышла из дворца, Кай ждал её у ворот.

— Всё кончено? — спросил охотник.

— Нет, — Мэй покачала головой. — Это только начало.

— Что ты будешь делать?

— Жить, — лисичка улыбнулась. — У меня есть клан, друзья, сила. И девять хвостов.

— И я? — тихо спросил Кай.

— И ты… тоже.

Девять хвостов Мэй развевались на ветру, как знамёна победы. Впереди было будущее. Темное, неизвестное, но полное надежды…

Весна в столице выдалась тёплой и тревожной. Мэй по старой привычке сидела на крыше своего дома глядя, как зажигаются первые звёзды. Девять хвостов лежали вокруг неё, как пушистое одеяло, согревая в вечерней прохладе.

— Ты грустишь? — Кай поднялся на крышу, сел рядом.

— Задумалась, — Мэй покачала головой. — Сегодня состоится казнь.

— Знаю.

— Ты пойдешь?

— Не люблю смотреть, как умирают, — Кай помолчал. — Даже если люди это заслужили.

Мэй кивнула:

— Я пойду, — сказала она. — Должна. Чтобы убедиться.

— Убедиться в чём?

— В том, что Хару действительно мёртв, — Мэй посмотрела на звёзды. — Что наша глава закрыта.

Площадь перед дворцом была заполнена людьми. Предатель стоял на эшафоте, с руками, связанными за спиной. Его лицо было спокойным, почти безразличным. Он смотрел в толпу, но, казалось, никого не видел.

Мэй стояла в первом ряду, рядом с Каем. Её хвосты были спрятаны, но она чувствовала, как они шевелятся под кимоно — реакция на напряжение.

— Подсудимый, вы хотите сказать последнее слово? — спросил палач.

Хару молчал, мужчина поднял голову, посмотрел в глаза Мэй:

— Я жалею только о том, что я не убил тебя раньше.