— Три, — подтвердила Мэй.

— А сколько будет?

— Девять, если найду остальные яблоки.

— Девять хвостов! — Рэн попытался представить эту картину. — А они… они поместятся в кимоно?

Мэй рассмеялась:

— Не поместятся. Придётся шить специальное.

— Я помогу! — тут же вызвался Рэн. — Я умею иголку держать. Мать научила.

— Ты и иголка? — обернулась Мэй. — Конюх, который шьёт кимоно для кицунэ. Звучит эпично.

Рэн покраснел, но выглядел довольным.

На второй день пути спутники остановились у ручья. Мэй сидела на камне опустив ноги в холодную воду, лисичка смотрела на свои хвосты. Они лежали на камнях, пушистые, рыжеватые, с белыми кончиками. Если присмотреться, на каждом из них была тонкая золотистая полоска -- знак силы:

— Ты стал красивее, — один из хвостов лениво шевельнулся словно соглашаясь.

— Госпожа, — Рэн сидел рядом перебирая припасы. — А тот охотник… он сказал, что Хару-сан ищет вас. Вы боитесь?

— Боюсь? — Мэй задумалась. — Нет, я злюсь. Это разные вещи. Страх мешает думать. Злость помогает.

— Что вы сделаете, когда его встретите?

— Я заберу то, что он украл. Клан. Честь. Силу. А потом…

— Что будет потом? — переспросил Рэн.

— Потом я решу, стоит ли он того, чтобы его убивать.

— А если стоит?

— Тогда убью, — просто сказала Мэй. — Но не сразу. Сначала пусть он почувствует то же, что чувствовала я.

К вечеру второго дня путешественники въехали в Камисато. Деревня встретила их тишиной. Люди выглядывали из окон, шептались, показывали пальцами. Мэй не обращала внимания, она привыкла. Когда они подъехали к дому, лисичку ждал сюрприз. У ворот стояла толпа. Несколько соседей, торговец из лавки, хозяйка чайного дома и… староста деревни, старик с длинной седой бородой.

— Госпожа Мэй, — староста поклонился. — Мы ждали вас.

Девушка спешилась, передала повод Рэну:

— Зачем?

— Мы слышали, что вы кицунэ, — староста говорил осторожно, подбирал слова. — Мы слышали, что вы прогнали охотников. Мы…

— Вы боитесь, — перебила Мей. — Это нормально. Я не обижаюсь. — Лисичка прошла через калитку, остановилась посреди двора. — Слушайте все, — сказала она громко. — Я Мэй. Я кицунэ. Я вернулась в мой мир для того, чтобы забрать то, что принадлежит мне по праву. Я вам не враг. Я не ем людей. Я не насылаю порчу. Я просто хочу жить в моем доме, есть рис, пить чай, иногда, гонять соседских петухов. — Несколько человек хихикнули. — Если вы будете меня уважать, я буду уважать вас. Если вы будете мне помогать, я вам отплачу добром. Но! Если вы будете мне мешать… — девушка улыбнулась, три хвоста распушились за спиной. — я рассержусь, и тогда вам будет больно. — Толпа замерла. — Это всё, — Мэй махнула рукой. — Расходитесь.

Люди начали расходиться, кто-то улыбался, кто-то крестился, но в целом обстановка была мирной.

— Госпожа, — староста подошел ближе. — Вы сказали, что вернулись для того, чтобы забрать своё. Это… это значит, что вы…

— Та самая Мэй? Глава клана кицунэ-стражей, которая погибла много лет назад? — Староста кивнул. — Да. Это я.

Мужчина открыл рот, потом поклонился так низко, что чуть не упал:

— Я… я не знал… простите, госпожа…

— Встаньте. Я не императрица. Я просто воительница, которая умерла, и переродилась. Я пытаюсь вернуть мою силу. Ничего сверхъестественного.

Староста посмотрел на хвосты, на уши лисички:

— Как скажете, госпожа.

В доме царил хаос, Кэнтаро носился по коридорам отдавая распоряжения, которые никто не слушал. Акико сидела в углу с таким видом как будто она ждала конца света. Горо готовил ужин, но постоянно отвлекался на новости из деревни. Когда Мэй вошла в дом все замерли:

— Я вернулась.

Кэнтаро выскочил из кухни, увидел её хвосты, его лицо вытянулось:

— У тебя… их три…

— Три, — Мэй прошла в гостиную, села на своё место.

Юки прибежала с подносом чая:

— Госпожа! У вас три хвоста! Они такие красивые!

— Я съела второе яблоко, — сказала Мэй. — Третье в столице, у императора. Четвёртое тоже в столице, в сокровищнице.

— Четвёртое? — Кэнтаро опешил. — Но их было три!

— Их четыре, — Мэй отпила чай. — Три дают силу. Четвертое — мудрость. Без него я не смогу использовать полную силу.

— И ты… ты поедешь в столицу?

— Поеду. Как только подготовлюсь.

Кэнтаро молчал переваривая информацию:

— А как же дом? — спросил он наконец.

— Дом остаётся тебе, — Мэй посмотрела на дядюшку. — Если ты, конечно, сможешь им управлять.

— Я смогу! — слишком быстро ответил Кэнтаро.

— Сомневаюсь, — Мэй усмехнулась. — Но я дам тебе шанс. Пока меня не будет, ты будешь отвечать за всё. Если я вернусь и узнаю о том, что ты снова начал мучить слуг, экономить на еде или продавать соседям то, что не продается я тебя съем.

— Ты не ешь людей! — возразил Кэнтаро.

— Пока не ела, — улыбнулась Мэй обнажая клыки. — Но, ради тебя я могу сделать исключение.

Кэнтаро побледнел и кивнул.

*** *** ***

Вечером Мэй сидела в своей комнате перебирая вещи. Юки помогала ей, складывала кимоно в дорожный сундук.

— Госпожа, — тихо спросила девушка. — Можно я поеду с вами?

— В столицу?

— Да. Я… я буду вам помогать. Стирать, готовить, убирать. Я не буду обузой.

— Юки, в столице опасно. Хару ищет меня. Охотники на духов в том числе. Ты можешь пострадать.

— Я не боюсь, — твердо сказала Юки. — Я хочу быть рядом с вами.

— Почему?

Юки опустила глаза:

— Потому что вы первая, кто отнесся ко мне по-человечески. Вы не бьете, не кричите, не унижаете. Вы… вы научили меня, что можно быть сильной. Я хочу стать сильной, такой, как вы.

Мэй молчала, глядя на девушку:

— Хорошо, — сказала она наконец. — Поедешь. Ты будешь делать всё, что я скажу. Если я прикажу бежать, ты побежишь. Не думая, не споря, не пытаясь геройствовать. Согласна?

— Согласна! — Юки просияла.

— Тогда собирайся. Завтра начнём тренироваться по-настоящему.

Ночью Мэй не спала, лисичка сидела на крыше дома, забралась туда по старой привычке, девушка смотрела на звёзды. Три хвоста лежали рядом, грели её в ночном холоде. Она думала о будущем.

Столица.

Император.

Хару.

О том, что где-то там ее ждут враги, друзья, союзники.

— Я готова ко всему.

В этот момент уши лисички дернулись, у ворот раздался шорох. Мэй прислушалась. Кто-то стоял у калитки не входя, не уходя. Дышал ровно, спокойно. Не враг, враг бы спрятался. Но и не друг, друг бы постучал в дверь. Девушка бесшумно спустилась с крыши, приземлилась во дворе, направилась к воротам:

— Выходи, я тебя слышу.

Спустя минуту молчания раздались шаги, калитка открылась, на пороге появился мужчина. Он был высокий — выше Кэнтаро на голову, широкие плечи, узкие бёдра, длинные ноги. Одет в дорожный костюм из тёмной ткани, на поясе — меч. Лицо… его лицо было красивым той опасной красотой, которая заставляет женское сердце биться быстрее. Тёмные волосы собраны в низкий хвост, глаза – серые, как зимнее небо. На его груди висел знак охотника на духов.

Мэй напряглась, хвосты распушились, уши прижались к голове:

— Охотник, ты пришёл за мной?

— Нет, — голос был низкий, спокойный.

— Тогда зачем?

— Предупредить.

— О чём? — нахмурилась Мэй.

— О том, что на тебя идет охота, — парень сделал шаг вперёд, Мэй заметила, что его рука не лежит на мече. — Не те трое, что были у Хошино. Настоящие охотники. Лучшие. Хару нанял их, чтобы поймать тебя.

— Ты один из них?

— Был. Теперь нет.

— Почему?

— Потому что я не охочусь на тех, кто невиновен.

Мэй посмотрела на охотника пытаясь понять врёт он или нет. Кицунэ чувствуют ложь, но этот молодой человек был спокоен, как камень.

— Как тебя зовут?

— Кай.

— Кай, — повторила Мэй. — Почему ты решил меня предупредить?

— Потому что я знал ту, кого убил Хару. Мэй была достойна лучшего.