Принц посмотрел на свою руку. Черные вены начали расползаться от раны.

— Яд... — прошептал он. — Невозможно... Я защищен магией...

— Яд действует на кровь, а не на магию, — сказал я, поднимаясь. — А кровь у тебя все еще человеческая, ублюдок.

Принц зашатался. Веера выпали из его рук. Он упал на колени, хватаясь за горло.

— Разлом... — хрипел он. — Он все равно... откроется...

Пол под нами начал трескаться. Фиолетовый свет стал ослепительным.

— Шэн! — я подбежал к брату. — Вставай! Нам нужно уходить!

Генерал открыл глаза. Они были нормальными. Усталыми, полными боли, но человеческими.

— Разлом... — прошептал он. — Его нужно закрыть.

— Как?!

Шэн посмотрел на Принца, который бился в конвульсиях на полу, а потом на свой меч.

— Кровью призвавшего, — сказал он.

Шэн поднял свой меч. Он встал, шатаясь.

Подошел к Принцу.

— Ты хотел власти, Ли Вэй? — спросил он. — Ты хотел открыть дверь?

Принц поднял на него мутные глаза.

— Я... бог...

— Ты — ничто, — ответил Шэн.

Он вонзил меч в грудь Принца. Насквозь. Пригвоздив его к сияющему узору на полу.

Принц захрипел и затих.

Его кровь потекла на узор. Но вместо того, чтобы усилить свечение, она начала его гасить. Фиолетовый свет замигал и погас. Трещины на полу сомкнулись.

Разлом закрылся.

В зале воцарилась тишина.

Война закончилась.

От лица Яо Чэня

Тишина после битвы страшнее, чем сама битва. В грохоте сражения ты живешь инстинктами: бей, беги, выживай. В тишине к тебе возвращаются мысли. И боль.

Я сидел на ступенях Золотого Трона, уронив голову на руки. Мой меч лежал рядом, покрытый кровью и копотью.

В центре зала, пригвожденный к полу клинком моего брата, лежал Принц Ли Вэй. Его остекленевшие глаза смотрели в потолок, на фреску с изображением драконов, которым он так хотел уподобиться. Разлом закрылся, оставив на мраморе лишь выжженное черное пятно.

— Все кончено? — тихий голос Ли Юй вывел меня из оцепенения.

Она сидела рядом с Шэном, который лежал на полу без сознания.

Я поднял голову.

— Да. Принц мертв. Големы остановлены.

Я встал, морщась от боли в сломанных ребрах, и подошел к ним.

Шэн выглядел плохо. Очень плохо.

Даже после смерти Принца Тьма не покинула его тело. Черные вены, вздувшиеся под кожей, пульсировали, словно живые черви. Его дыхание было поверхностным, хриплым. Кожа была ледяной на ощупь, но от него исходил жар.

— Он горит изнутри, — сказала Ли Юй, прикладывая руку к его лбу. — Энергия Разлома... она ищет выход. Если мы ничего не сделаем, она сожжет его органы.

Двери зала распахнулись. Внутрь ворвались люди.

Мужун Фэн, весь в крови, но довольный. А-Бин, Железный Кулак. И Мастер Ши, наш лекарь.

— Мы взяли ворота! — прогремел Мужун. — Гвардия сдалась, когда увидела, что големы упали! Победа!

Он осекся, увидев тело Принца и лежащего Генерала.

— Ох ты ж... — выдохнул Князь. — Значит, Шэн все-таки сделал это.

— Мастер Ши! — крикнул я. — Сюда! Быстро!

Старик подбежал к нам, упал на колени и схватил запястье Шэна. Его лицо мгновенно стало серьезным.

— Плохо, — пробормотал он. — Очень плохо. Янская энергия выгорела. Осталась только Инь — холодная, мертвая энергия Бездны. Она пожирает его меридианы. Его сердце остановится до рассвета.

— Сделай что-нибудь! — рявкнул я. — Ты же лучший лекарь «Лотоса»!

— Я лекарь, а не бог, Мастер! — огрызнулся Ши. — Здесь нужны не травы и иголки. Ему нужно влить огромное количество чистой Янской ци, чтобы уравновесить Тьму и вытолкнуть её. Но ни у кого из нас нет столько сил. Мы все истощены боем. Если я попытаюсь передать ему свою ци, я умру, а ему это будет как капля в море.

— А если мы все? — предложил А-Бин.

— Бесполезно. Нужна концентрированная, чистая энергия. Энергия Жизни.

Я посмотрел на брата. Неужели мы прошли весь этот путь, победили армию, убили колдуна, только для того, чтобы он умер у меня на руках от истощения?

— Энергия Жизни... — прошептала Ли Юй.

Она посмотрела на меня. В её глазах появилось странное выражение. Решимость, смешанная со смущением.

— Мастер Ши, — спросила она. — А если использовать технику «Двойного Лотоса»?

Старик поперхнулся.

— «Двойной Лотос»? Это... это даосская техника парного совершенствования. Сексуальная алхимия. Она позволяет мужчине и женщине генерировать мощнейший поток ци, сливая свои энергии. Но... причем тут Генерал?

— Генерал — брат моего мужа, — сказала она твердо. — У них одна кровь. Если Яо Чэнь станет проводником... Если мы с ним создадим этот поток... сможет ли он передать его Шэну?

Мастер Ши задумался, теребя жидкую бородку.

— Теоретически... да. Если вы войдете в резонанс, ваша энергия станет «Золотым Эликсиром». Яо Чэнь, будучи родным братом, сможет направить излишек этой силы в тело Шэна. Это выжжет Тьму. Но это опасно. Для всех троих. Вы можете умереть от истощения. Или сойти с ума, если случайно соединитесь разумами с демонической сущностью.

— Мы рискнем, — сказал я, не раздумывая.

Я посмотрел на Ли Юй.

— Ты уверена? Ты беременна. Это не повредит ребенку?

— Ребенок — это чистая энергия, — ответил за неё Ши. — Наоборот. Он послужит катализатором. Он защитит мать.

— Тогда решено, — я поднял брата на руки. Он был тяжелым, как могильная плита. — Куда?

— В Императорские купальни, — предложила Ли Юй. — Там есть бассейн из нефрита. Вода поможет проводить энергию.

— Мужун, А-Бин, — я обернулся к соратникам. — Охраняйте вход. Найдите Императора. Наведите порядок в городе. Никто не должен нас беспокоить.

— Иди, парень, — кивнул Мужун. — Вытащи этого старого упрямца с того света. Он мне еще денег должен.

Императорские купальни

Здесь было тихо. Вода в нефритовом бассейне была теплой и пахла лепестками роз. Странно было видеть это место нетронутым, когда вокруг царила разруха.

Мы положили Шэна на бортик бассейна, опустив его ноги в воду. Он был бледен как смерть. Черные линии уже добрались до его лица.

Мастер Ши расставил вокруг курильницы с особыми травами.

— Я буду снаружи, контролировать потоки ци в комнате, — сказал он. — Дальше все зависит от вас. Вы должны любить друг друга так, словно это последний раз. Страсть рождает Огонь. Нежность рождает Воду. Смешайте их — и получите Жизнь. Когда почувствуете пик... Яо Чэнь, положи руку на сердце брата.

Старик вышел, закрыв тяжелые двери.

Мы остались одни. Втроем.

Яо Чэнь начал раздеваться. Его движения были медленными, усталыми. Я видела синяки на его теле, порез на груди.

Я сняла свое грязное платье.

Мы вошли в воду.

— Ты боишься? — спросил он, притягивая меня к себе.

— Нет, — я положила руки ему на плечи. — Я чувствую, что это правильно. Мы — семья. Мы связаны.

Он поцеловал меня. Сначала осторожно, словно спрашивая разрешения, а потом... потом мир перестал существовать.

Мы занимались любовью не ради удовольствия. Мы занимались этим, как священнодействием. Это была магия, древняя и могущественная.

Я чувствовала, как внутри меня разгорается золотой шар. Мой ребенок? Или моя душа?

Яо Чэнь был великолепен. Он двигался ритмично, подчиняясь не только инстинктам, но и дыханию ци. С каждым толчком, с каждым вздохом энергия между нами уплотнялась. Воздух в купальне начал вибрировать. Вода пошла рябью.

Я видела ауру вокруг нас. Золотую и серебряную. Они сплетались, образуя вихрь.

— Сейчас! — выдохнул Яо Чэнь.

В момент наивысшего напряжения, когда наши души, казалось, вылетели из тел, он не закрыл глаза. Он резко развернулся, не разрывая контакта со мной, и с силой прижал ладонь к груди умирающего брата.

— ЖИВИ!!! — закричал он.

Я закричала вместе с ним, отдавая все, что у меня было. Всю свою любовь, всю надежду, всю ярость.