- Поехали.

- Куда? - спросил Осипов, тут же подобравшись.

- На старую промзону за автостанцией.

Артур нахмурился.

- Он там?

- Да. С двумя приятелями пьет в сторожке.

Тимур почувствовал, как его тело мгновенно напряглось, как перед ожиданием рывка.

- Тогда чего стоим?

Он сделал шаг вперед, но Матвей поднял руку и упер ладонь ему в грудь.

- Слушай сюда, - сказал Долгов, наклонившись ближе. - Мы едем не драться.

Тимур усмехнулся.

- Конечно.

- Осипов.

В голосе Матвея прорезался металл, и Тимур все же посмотрел ему в глаза.

- Я серьезно, - продолжил тот. - Если ты натворишь дел, девочкам будет хуже. Не ему, а им. Да и тебе. Ты меня понял?

Тимур стиснул зубы. Матвей не убирал руку с его груди еще пару секунд.

- Мы едем просто решить вопрос на ближайшие две недели. После этого он уже не сможет к ним подойти.

- А решать мы его как будем? Подарим шоколадку и попросим не шуршать фантиком?

- Не хами. – Долгов чуть поморщился и оттолкнул друга от себя, - Я успел кое с кем поговорить насчет этой сволочи. Поэтому общаться буду я, понял?

- Мне на фоне в качестве поддержки с маракасами станцевать? – Тимур чувствовал, что дышать становиться все тяжелее.

Злость сдавливала грудь горячим жгутом. Матвей хмуро посмотрел на него и бросил, доставая из кармана ключи от машины:

- Хоть с гимнастической ленточкой. Главное не смей ничего испортить. Вы там только на случай, если его дружки надумают полезть в драку. Если бы я пошел один, меня бы даже слушать не стали.

Тимуру очень хотелось поспорить с Матвеем, но он не стал. Он думал о Майе. Его разрывало от полярных мыслей о том, что он не сможет просто смотреть на ее дядю и стоять в стороне, но и напасть на него, думая о том, как испугается Майя из-за последствий тоже не может. Да и родители… Он обещал прислать им еще денег с зарплаты, скоро отцу на операцию, понадобятся лекарства. И парням он должен. Если этот мудак его посадит, он подставит всех.

Беспомощность разрывала на части. Он отчетливо помнил каждый синячок на лице Майи, и разумные мысли спорили в его голове с отчаянным желанием отомстить.

Черт.

Они сели в машину, и Матвей сразу повернулся к ним и сказал:

- Схема простая. Мудак хочет дом, девочки хотят, чтобы его не было в их жизни. Сейчас я ему предложу нормальный договор - я проконсультировался с нотариусом и юристом. Он получает предварительный отказ от претензий на дом, а сам подписывает обещание не приближаться к ним до совершеннолетия. В суде эти бумажки смысла особо не имеют, но попробовать стоит, тем более мы точно знаем, что девочки бороться не будут и скоро перепишут дом на него.

Долгов перегнулся через сиденье и достал с обратной его стороны небольшую синюю папку.

- Скорее всего он будет артачиться, но у меня есть пара весомых аргументов.

Денис тихо присвистнул.

- Ты это когда успел?

- Связи мой друг, все решают. Особенно в таком районе как у нас…

- А это вообще будет законно? – поинтересовался Артур.

- Достаточно законно, чтобы он испугался.

- А если не испугается? - спросил Тимур.

Матвей повернул к нему голову.

- Тогда будешь вот так же жутко на него смотреть и делать так, чтобы испугался.

Денис фыркнул:

- А я?

- А ты будешь держать Осипова, чтобы помимо грозного взгляда он больше ничего не делал.

- Отличный план. Надежный.

- Вот, и я о том же. Если не удержишь, этот чел нас просто всех посадит.

Денис пробормотал что-то себе под нос, но больше не шутил, а Матвей завел мотор, и машина дернулась с места.

Старую промзону за автостанцией Тимур знал плохо. Когда-то здесь работали цеха, потом половину разворовали, половину сдали под склады и автомастерские. Ночами тут было особенно небезопасно, собирался всякий сброд. Пили, торговали чем попало и устраивали разборки без свидетелей.

Машина свернула с дороги на разбитый проезд, и ее здорово тряхнуло на ямах. За стеклом потянулись ржавые ворота, кирпичные стены с черными провалами окон, горы почему-то еще не растаявшего грязного снега возле заборов. Где-то в глубине желтел одинокий свет.

- Приехали, - сказал Матвей.

Машина остановилась не у самой сторожки, а чуть дальше, в тени старого ангара. Двигатель заглох, и тишина ударила по ушам.

Тимур вышел первым. Холодный воздух вокруг окутал его запахом мокрого бетона машинным маслом и дымом. Под ногами хлюпнула грязь. Он посмотрел на сторожку.

Небольшая, перекошенная, с мутным окном, за которым горела желтая лампа. Изнутри доносились голоса. Кто-то пьяно засмеялся, и от этого смеха у Тимура по коже прошел жар.

Матвей обошел машину и снова остановился перед ним.

- Последний раз говорю. Ты молчишь.

Тимур не ответил.

- Осипов.

- Я услышал.

Матвей понизил голос:

- Майе ты нужен на свободе.

Тимур медленно вдохнул.

- Да понял я. Не идиот.

Матвей кивнул и пошел первым.

Они пересекли двор. Артур шел рядом с Матвеем, Денис и Тимур чуть сзади. В окне сторожки мелькнула тень. Смех внутри оборвался, потом кто-то громко сказал:

- Кого еще принесло?

Матвей даже не постучал, открыл дверь и вошел, будто был здесь желанным гостем.

Изнутри их сразу ударило теплом, перегаром и кислым запахом дешевой закуски. В сторожке был очень низкий потолок, ободранные стены, старый стол, две табуретки и продавленный диван у стены – вот и вся обстановка. На столе стояло несколько бутылок водки, пластиковые стаканчики, раскрытая банка кильки и неровно нарезанный хлеб. Возле маленькой печки сидели двое мужиков, незнакомые Тимуру. Один толстый, краснолицый, с мокрыми глазами. Второй худой, в вязаной шапке и с замутненным взглядом узких глаз.

А у стола стоял он. Дядя, мать его, Саша…

Тимур сжал зубы. Больше всего его бесило, что это был обычный неприятный мужик в старой куртке, с узким лицом, горбатым носом и желтой кожей явно пьющего человека, а не какой-то монстр из фильмов ужасов. И все равно он сумел стать для двух обычных девчонок настоящим ночным кошмаром.

Он поднял глаза на вошедших, и в его взгляде сначала мелькнула тупая пьяная злость, потом узнавание, а потом настороженность.

Тимура передернуло, а Денис тут же коснулся его локтя.

Матвей закрыл дверь.

- Вечер добрый, - сказал он.

Дядя Саша медленно выпрямился.

- Вы кто такие?

Голос у него был мерзкий.

- Я Матвей Долгов. Знаешь такого?

Лицо дяди дернулось.

- Ну, слыхал… - протянул он, а потом посмотрел на Тимура, - а тебя, женишок, еще и узнал. Че,опять племяшку ищете?

Один из мужиков у печки нервно хмыкнул, но быстро заткнулся, когда Артур посмотрел в его сторону.

Дядя это тоже заметил. Подбородок у него дернулся.

Матвей прошел к столу, взял свободную табуретку и сел так спокойно, будто пришел обсуждать поставки пива. На стол он положил папку.

- У нас мало времени, поэтому давай без лишних пререканий. Ты хочешь дом, твои племянницы не против тебе его отдать. Только пересекаться с тобой больше не хотят.

- Какая жалость, - усмехнулся мужик, складывая на груди руки, - а их так люблю. И мысли не могу себе представить, что разойдемся.

Матвей сжал кулаки, а у Тимура перед глазами все побелело. Если бы не рука Дениса, отрезвляюще сжимающая его предплечье, он бы уже свалил эту сволочь на пол и сломал бы ему нос.

- Ты бы не хамил мне, друг, - пугающе спокойно проговорил Долгов. – Думаешь, ты здесь самый умный? Уже забыл, как мой отец твоего кореша засадил на десять лет? Тот тоже считал, что раз мент – то безнаказанно будет творить все, что хочет. Но ты очнись. Ты мент в засранном районе, а не президент Америки с уголовным иммунитетом.

Глава 43. Тимур

В сторожке стало тише. Толстый мужик у печки перестал жевать хлеб, а его друг потянулся к стакану, но передумал.