В темноте она почти не видела его лица, но отчего-то могла представить его до мельчайших деталей. Наверняка взгляд у него сейчас очень внимательный и, как обычно, хмурый. Растрепанные волосы еще сильнее треплет легкий ветер, а между бровей снова лежит глубокая морщинка.

- Ты очень помогла мне сегодня, Майя.

Казалось, Тимуру в темноте было легче говорить эти слова.

- Я...

Но откровения Осипова на этом закончились, он демонстративно отступил на шаг, засунул руки в карманы и кивнул в сторону дома.

- Иди давай. А то замерзнешь.

Майя переступила с ноги на ногу и неловко спросила:

- До завтра?

- До завтра, Майя.

И только потом развернулся и пошел обратно. Его высокий силуэт быстро растворился в темноте, но Майя еще несколько мгновений смотрела ему вслед.

Глава 14. Майя

Майя едва успела закрыть за собой дверь, когда из их комнаты вылетела Марта.

- Ты где была?!

Сестра стояла посреди коридора босая, в длинной домашней футболке и теплой кофте. Ее лицо было бледным, а светлые волосы растрепаны, но зато глаза горели так яростно, что Майя на секунду испугалась:

- Ты чего? Случилось чего-то?

- Случилось! – Марта подлетела к двойняшке и схватила ее за плечи.

Развернула из стороны в сторону, словно ожидая найти на ее лице увечья, и тяжело выдохнула.

- Вера после репетитора заносила задание и сказала, что ты не была в школе. Майя, черт возьми, ты представляешь, как меня напугала?!

Майя удивленно хлопнула глазами.

- А почему ты не позвонила?

- Я звонила!! Тысячу раз!

Девушка испуганно сглотнула и полезла за телефоном. Сел, вот черт…

- Марта, прости…

Майя быстро разулась, скинула куртку на пуфик у двери и схватила сестру за руки. Марта же тяжело дышала и злобно смотрела на сестру.

- Прости! Прости! Я не подумала, что ты будешь волноваться. Надо было проверить телефон… Я как-то… Черт, Марта, сегодня день был такой странный, я тебе сейчас все расскажу. Ты только не злись, ладно?

Двойняшка раздраженно цыкнула и закатила глаза. Быстрого прощения Майя вряд ли дождется, но вид здоровой сестры явно вернул Марте настроение. По крайней мере она развернулась, сходила в комнату за тапочками, а потом прошла на кухню и оттуда демонстративно сухо спросила:

- Есть будешь?

Майя с готовностью бросилась за ней.

Пока сестра кормила ее макаронами по-флотски, Майя рассказывала все, что сегодня произошло. Умолчала только о вероятных слезах Тимура и их объятьях. Почему-то это показалось ей очень личным. Таким личным, что она не готова была поделиться даже с самым близким человеком во всем мире.

- Дела… - протянула Марта, когда Майя закончила и тут же резко добавила: – Но не делай так больше, я тебя умоляю. Я готова был звонить Валентине Ивановне и поднимать на уши весь город.

- Прости, - в который раз виновато повторила Майя.

- «Прости», - передразнила ее двойняшка. – Я начала думать, что тебя похитили и на органы продали. Или…

Она замолчала. В раздавшейся тишине громко вздрогнул и загудел холодильник. Тикали часы на стене, а ветка березы монотонно и раздражающе стучала в стекло.

- Марта… - осевшим голосом проговорила Майя. – Ты…

- Что я? Конечно, я уже докатилась до мысли, что он вышел и нашел тебя!

Майя прикрыла глаза и выдохнула. Боже, какой ужас. Случись подобное с Мартой, она бы думала наверняка точно так же. И ей точно не хотелось бы это пережить…

- Про…

- Да хватит уже, Господи! – двойняшка вдруг замахала руками. – Устала я слушать твое «прости». Верю, что ты так больше не будешь.

Марта встала и отвернулась. Она наполнила чайник водой из-под крана, поставила его на плиту, убрала опустевшую тарелку со стола, а когда снова уселась на табуретку, подтянув ноги к груди, лицо ее уже озаряла хитрая улыбка.

Словно и не было никаких переживаний и нервного вечера. Майя всегда удивлялась, как Марта может так быстро отпускать трудности и переводить их в шутку. Она словно перезаряжалась прямо на глазах, а потом своей энергией заряжала остальных.

Вот и сейчас вместо того, чтобы продолжать заслуженно отчитывать Майю, она завела совершенно другую тему:

- Ну, душа моя, теперь давай опустим трагичность твоей занимательной истории и поговорим про другие ее аспекты… - она коснулась пальцем переносицы, делая вид, что поправляет невидимые очки.

Майя мгновенно поняла, к чему клонит сестра, но только неловко кашлянула и невинно переспросила:

- Ты о чем?

- Я о том, - двойняшка резко спустила ноги на пол и наклонилась вперед, - что ты, тихоня, прогуляла школу с парнем!

Майя поперхнулась и закашлялась, а сестра рассмеялась. Чайник закипел, и она встала, чтобы разлить по кружкам чай. Вместо холодной воды добавила обожаемое двойняшками молоко и перенесла кружки на стол.

- Ну что ты смущаешься, а?

- Марта, у него отец на операцию попал!

- И, слава Богу, все хорошо закончилось. – Марта пожала плечами. – А вы с Осиповым благодаря трагичной случайности теперь… - она подняла в воздух указательные пальцы и соединила их перед носом сестры, ехидно улыбаясь: - сблизились.

- Марта! – воскликнула Майя возмущенно: - Дурацкие шутки!

- Ладно-ладно! – двойняшка усмехнулась и покачала головой. – Но вообще он неплохой парень. Хмурый только вечно, мне такие не нравятся. Носят все в себе, а потом кукухой к сорока годам съезжают…

Майя отмахнулась от сестры и отпила чай. Молоко было свежим и придавало напитку чуть сладковатый вкус. Она такой очень любила.

- Мне кажется, ему сейчас плохо… - сказала она и опасливо взглянула на сестру, опасаясь очередной шутки.

Но Марта только устало почесала шею и кивнула:

- Я даже представлять не хочу…

Но серьезность быстро сошла с ее лица, и она снова начала сыпать подколами. В какой-то момент они дошли до такого абсурда, что Майя уже перестала возмущаться и хохотала вместе с сестрой.

Их смех разносился по комнатам и словно согревал стены. Этот дом давно не слышал такого свободного смеха. Возможно, никогда. Чудовище, что жило здесь долгие годы, давно поглотило радость и громкие звуки, не оставило места даже для разговоров вслух, чего уж говорить о веселье.

И, словно почувствовав что-то непривычное, дом вдруг решил встрепенуться и напомнить о том, что веселиться здесь - опасно. Звонкий девчачий хохот резко стих, когда в конце коридора раздался звук удара. Словно кто-то столкнул с полки книгу.

Двойняшки одновременно вскочили и замерли, уставившись на темный прямоугольник коридора и дверь в самом его конце. Сколько бы дней ни прошло, она все равно оставалась центром их страха. И, возможно, навсегда останется им.

Ничего необычного в ней не было - обычная старая дверь с потертым косяком и облезшей ручкой. Но хозяин комнаты, что жил за этой дверью, будто навеки оставил на ней отпечаток своей гнилой и бесчеловечной души. И этот отпечаток, словно гниющая зараза расползался во все стороны и заражал каждый уголок.

- Дом старый, - тихо сказала Майя, беря Марту за ледяную ладонь. – Постоянно что-то падает. Или мыши завелись.

Сестра кивнула. Она побелела так, что губы было едва заметно видно. Майе пришлось едва ли не силком усаживать двойняшку обратно на табуретку. У нее, казалось, одеревенела каждая мышца.

- Все хорошо, - она поцеловала Марту в макушку. – Ты же сама сказала, что он не вернется.

- Ты веришь?

- Да.

Нет. Ей хочется, но она не верит. Это было бы чересчур прекрасно.

- Слишком много доказательств. – Майя не понимала, кого больше хочет убедить себя или ее: – Его не могут не посадить, тут даже думать нечего.

Марта долго и внимательно смотрела на сестру, а потом вдруг усмехнулась.

- Врешь ты все. – она снова встала и принялась мыть опустевшую кружку и тарелку.

Голос ее звучал буднично, будто они говорили о школьных задачках, а не о главном ужасе в их жизни.