КРИСТИНА

Прошло полтора года.

Я стояла у зеркала в своей собственной квартире — уже не той, что покупал для меня папа, и я встречалась там с Андреем, а собственной, купленной на деньги с первой крупной прибыли от моего агентства. На мне было лёгкое летнее платье, в руках — букет полевых цветов, а на губах — улыбка, которую уже никто не мог стереть.

За окном шумел город, где-то вдалеке слышался смех детей. Я глубоко вдохнула и ещё раз оглядела себя: спокойная, уверенная, счастливая.

— Крис, ты готова? — в дверь постучала Алина.

— Да, — я повернулась к ней. — Идём.

Мы спустились вниз, где у подъезда нас уже ждал отец. Он окинул меня взглядом и одобрительно кивнул:

— Выглядишь потрясающе.

— Спасибо, — я обняла его. — Я так рада, что вы оба здесь.

— Куда же мы без тебя, — он улыбнулся и взял меня под руку. — Пойдём?

Мы дошли до небольшого кафе на набережной — там, за столиком у воды, нас уже ждал Марк.

Он встал, когда увидел нас. Высокий, стройный, с добрыми глазами и лёгкой улыбкой. В руках — ещё один букет, на этот раз роз.

— Кристина, — он подошёл ко мне, поцеловал руку. — Ты прекрасна.

— Спасибо, — я почувствовала, как теплеют щёки. — Ты тоже отлично выглядишь.

Мы сели за стол. Алина тут же начала расспрашивать Марка о его новой выставке — он оказался фотографом, и полгода назад мы познакомились на мероприятии, которое организовывало моё агентство. Тогда он просто предложил помочь с освещением — а потом пригласил на кофе.

С первой же встречи стало ясно: это не игра, не ложь, не попытка подобраться к отцу. Марк был искренним, открытым, увлечённым своим делом. Он не пытался меня изменить, не давил, не манипулировал. Он просто был рядом — поддерживал, вдохновлял, смешил.

Однажды он сказал:

— Знаешь, что меня в тебе поразило? Ты не боишься быть уязвимой. Ты умеешь признавать ошибки, но не позволяешь им тебя сломать. Это невероятно красиво.

И тогда я поняла: он видит меня такой какой я являюсь на самом деле. Не «дочку босса», не бывшую любовницу женатого мужчины, а просто Кристину — со всеми моими страхами, мечтами и силой, которую я обрела.

За столом разговор шёл легко. Отец расспрашивал Марка о планах на будущее, Алина шутила, я ловила взгляды Марка — тёплые, полные нежности.

— Кстати, — Марк достал из кармана маленькую коробочку. — Это не то, о чём вы все подумали, — он усмехнулся, заметив, как напрягся отец. — Пока не то. Но я хотел бы, чтобы ты носила это. Как знак того, что я рядом. Навсегда.

Внутри лежало изящное кольцо с маленьким сапфиром — в тон моим глазам.

— Марк… — у меня перехватило дыхание.

— Если ты не готова, мы можем подождать, — быстро добавил он.

— Нет, — я подняла глаза. — Я готова. Я хочу этого.

Он надел кольцо мне на палец, а я потянулась к нему и поцеловала — легко, благодарно, счастливо.

Отец кашлянул, скрывая улыбку:

— Что ж, кажется, я могу быть спокоен.

— Пап, — я повернулась к нему. — Он не идеален. Но он — мой. И он меня понимает.

— Этого достаточно, — Виктор обнял меня за плечи. — Главное, чтобы ты была счастлива.

Позже, когда мы с Марком шли вдоль набережной, держась за руки, я остановилась и посмотрела на закат.

— Знаешь, — тихо сказала я, — когда-то я думала, что счастье — это дорогие подарки, статус, внимание. А теперь понимаю: оно — вот в этом. В том, что можно идти рядом с кем-то и не бояться быть собой. И прекрасный пример мне показали отец и моя подруга.

— И я рад, что стал частью этого «теперь», — Марк сжал мою руку. — Потому что ты — часть моего.

Я прижалась к его плечу, чувствуя, как внутри разливается покой.

Я больше не бежала за иллюзиями. Я нашла то, что искала: любовь, которая не требует жертв, доверие, которое не ломается, и будущее, которое мы будем строить вместе.

Где-то вдали смеялись дети, плескалась вода, а впереди нас ждали годы — настоящие, честные, наши.

И впервые в жизни я была абсолютно уверена: всё только начинается.