*****

— Маленькая тварь! — шипел граф Офстайм, со злостью сжимая в руке тонкую ножку бокала, на дне которого плескалась янтарная жидкость. — Все планы мне порушила!

— Успокойся, милый, — проворковала крупная блондинка, подсовывая любовнику тарелку с закусками. — Было бы из-за чего так убиваться! Подумаешь — сопливая девчонка!

— Ты не понимаешь, Софа! — граф опрокинул в себя содержимое бокала и сморщился. — У её сестры огромный магический резерв. Если бы я осушил его, то стал бы не слабее самого герцога Раденбергского! А мы с ним близкие родственники, и я мог бы сместить его и забрать титул! Я два года платил немалые деньги целителю-магу, чтобы он каждый месяц накладывал печать, и никто не догадался бы о силе малявки. Оставалось только годик продержаться, пока ей семь лет не исполнится.

— Ну, а зачем тебе понадобилось жениться на Эйтине? Чем я не устраиваю? — она капризно надула полные красивые вишнёвые губы.

— Устраиваешь, — отмахнулся толстяк. — Я бы и женился на тебе, после того как стал бы вдовцом.

— Это же сколько мне ждать! — возмутилась дамочка.

— Не так уж и много, — хмель добрался до головы и переключил внимание её хозяина на более приятные вещи, а именно на роскошные формы сидящей на его коленях любовницы. — Она такая нежная и хрупкая, а выносить и родить мне наследника, после того, как я выпью силы у малявки, сможет только сильная телом девушка. Поняла?

— Поняла! — согласно закивала та. — И земли останутся у тебя, и от пустой малявки избавиться можно будет без труда!

— Да, моя драгоценная, — промурчал граф в район верхних женских полушарий, — поэтому я завтра отправляюсь в столицу и найму сыщиков. Уж они найдут беглянку. Как ни увиливает Эйтина, но свадьбе быть! А сегодня я весь твой! И ни с кем делиться не намерен!

*****

— Рыба! — заорал крыс и с грохотом шлепнул костяшку домино на ящик.

— Что ж так орать-то, Филимон, — страдальчески протянул домовой, кряхтя, сгибаясь в попытке поднять оставшиеся плашки, которые упали после вопля грызуна. — Видишь, — он указал пальцем на кота, — спит, трудяга. Цельную ночь охранял подвал.

Свернувшийся клубком кот, лениво приоткрыл один глаз и буркнул:

— Не охранял, а работал, мышей ловил. Моей богине необходим свежий протеиновый завтрак.

Крыс ехидно захихикал:

— Ой-ой, сторонник правильного питания! Так тебя, что ли величать? Ты же теперь богине прислуживаешь — лохматой и блохастой! Эх, до чего любовь доводит!

Серый такого издевательства над предметом своего обожания не вынес. Уже через секунду он метался торпедой сквозь призрачного зверька, отлично сознавая, что этим доставляет ему неприятные ощущения.

— Р-р-р-азвею!

— Глупый кошак! — огрызался крыс, с ловкостью уворачиваясь от когтистых лап. — От баб одни проблемы!

— Я не глупый, у меня склад ума такой, — обиделся кот.

Он перестал гонять призрачную дымку, уселся на хвост, шерсть на котором стала уже более ровной и пушистой, всем своим видом выказывая презрение к грызунам вообще и крысу в частности.

— Ох, похоже, твой склад основательно подчистили, — заявил тот, после того, как собрался в единый образ. — И теперь тама только сквозняки обитают. Раньше хоть тараканы с блохами воювали.

— Хватит вам собачиться, — шикнул Митрич, — гляньте лучше вниз! Там меблю привезли и коробки всякие! Это ж сколько всего новая хозяйка накупила!

Кот и крыс подскочили к окну и свесили головы вниз. Там, и правда, ко входу подкатила большая повозка с фирменным знаком мебельной фабрики, и оттуда крепкие парни вытаскивали тяжёлые деревянные ящики.

— Ох, теперича точно в достатке будем жить! — довольно заявил домовой, потирая ладони.

— Угу, я уже в достатке живу, — не разделил его радость Филимон. — Достали все уже! Хозяин! — обратился он к призрачному герцогу, что меланхолично висел под потолком. — Доколе мы будем это терпеть?

— Не злись, — вместо светлости ответил ему Митрич. — Ну интересно же!

— Знаешь что? — не смог сдержать ядовитого шипения крыс. — Я не злюсь! Идите вы все с миром в ж… — тут он осёкся, опасливо стрельнул глазами на герцога и закончил: — задницу! А я буду сам по себе! Я объявляю войну! Всем! Объявляю себя главным и независимым!

Под потолком раздался раскатистый смех. Кажется в жизни обитателей старого дома начиналась новая глава.

*****

— Ой! — пискнула Лина. — Вы слышали? Что это?

— Ты о чём?

Дана сноровисто одевала подопечную.

— Наверху кто-то смеялся! — малышка с интересом задрала голову вверх и прислушалась. — А сейчас тихо.

— Не выдумывайте, маленькая госпожа, там никого нет. Это снизу, вот там рабочие монтируют торговый зал.

Лина обрадовалась и тут же захлопала в ладошки.

— Ура! Скоро Тина испечёт мои любимые пирожные!

Горничная закончила одевать девочку и вышла в коридор за коляской, чтоб спустить малышку на прогулку. Вечером один из рабочих, увидев девочку — инвалида, приладил к ступеням гладкие доски, и теперь можно было с удобством скатывать коляску вниз, чем заслужил приглашение на бесплатную дегустацию первых пирожных. В коридоре Дана опять увидела мерзкую крупную крысу и, не долго думая, запустила в неё ведром с водой, что стояло около двери после утреннего умывания.

— Гадость какая! — фыркнула она. — Мись! Ты когда разберёшься с этой серой гадостью!?

Кошка философски дёрнула хвостом и промолчала. Горничной пришлось выпустить свою магию, чтобы устранить беспорядок.

*****

— Я вам покажу «гадость»! — плевался крыс, прилетевши на чердак. — Ишь! — он злобно погрозил лапкой.

— Не кипятись, — раздалось с потолка.

— Какое, на фиг, «не кипятись»? — Филимон от злости аж подпрыгнул. — Мне кипятиться не чем! Я уже весь испарился!

— Нервные клетки не восстанавливаются, — добавил кот со своей импровизированной лежанки. Она представляла собой кучу старых тряпок, заботливо уворованных у соседей с помойки. Но кот, вальяжно развалившись, считал её королевским ложем.

— И зубы тоже! — мстительно прошипел Филимон, прицеливаясь к кошачьей морде. Кот дураком не был, поэтому бодренько метнулся к лестнице и скатился вниз, зная, что крыс за ним не последует — герцог не разрешит.

— Зубы ему мои помешали, это он ещё не пробовал их остроту! — бурчал он до той поры, пока не увидел свою блондинку. — Госпожа! Вы проснулись! А завтрак уже готов!

Мись гордо вздёрнула розовый носик.

*****

Вывеска оказалась великолепной. В меру скромной, я бы даже сказала, аскетичной. Но весьма элегантная и сразу привлекала внимание.

— Кофейня «Утренняя радость», — восторженно прошептала я, с любовью глядя на тёмные, поблёскивающие новеньким лаком, буквы.

И как я раньше не додумалась? Ведь у меня созвучный дар! А именно — в процессе готовки я вливаю немного магии, и каждый, кто отведает мои блюда, получает заряд бодрости и хорошего настроения. Не думаю, что это станет понятно посетителям кофейни, но вот чувство удовольствия от чашечки кофе с пирожным они уж точно вынесут за стены.

Ещё раз окинув взглядом свою кофейню снаружи, я поднялась по отремонтированным ступеням и зашла внутрь. Мебель выбрала в спокойных теплых, коричневых тонах. Этот цвет словно обволакивал молочным шоколадом. Легкие воздушные скатерти на столиках, изящные бра, отмытый до зеркального блеска пол, — вроде всё готово. Активировала магические холодильные артефакты в витринах, где предполагалось размещать выпечку, огладила полированную поверхность барной стойки и решительно двинулась на кухню. Сегодня до самого утра мне предстоит творить. Завтра — открытие. Сердце взволнованно трепыхается, но я смогла взять себя в руки. Волшебство любит спокойствие.

Спасть легла уже почти под утро. За то холодильные витрины и прилавки до отказа заполнились нежным зефиром, рассыпчатыми песочными пирожными, воздушными эклерами и другими вкусностями. Предугадывая, что это всё за один день не продастся, я накладывала на каждое заклинание стазиса. Магии Даны хватит, чтобы при подаче покупателям его снять. Конечно, сил потратила много, но это того стоило — продукты не испортятся.