Сместиться в сторону, прикрыться трупом и удар следующего врага проходит мимо. Ускоряюсь, он тоже, короткая стычка и отскакиваем друг от друга.

Медлить нельзя. Прыгаю вперед, попутно выпускаю доспехи. Бежал без них, иначе было никак. Металл принимает удар на себя, клинок врага отскакивает и видимо я его удивил, за что он и поплатился отрубленной рукой, а потом и перерубленной шеей.

Снова врубаю ускорение и убегаю, броню убираю. Сил осталось процентов десять, короткие схватки вымотали. Это проклятое место буквально высасывает энергию, не дает развернуться на том уровне, к которому я успел привыкнуть.

Внезапно ноги притягиваются друг к другу, я спотыкаюсь и лечу вперед. Едва успеваю выпустить доспехи, чтобы избежать участи быть насаженным на острые пики скал.

Проламываю камень, от столкновения откидывает назад, падаю в расщелину. Три метра полета и ещё удар, а потом ещё раз, чтоб наверняка. В голове гудит, кое-как фокусирую взгляд на ногах и нахожу там веревку. На концах тяжелый груз, идеально для метания. Боло или как-то так, мелькает мысль, пока пытаюсь снять путы.

Это удается в тот момент, когда сверху прыгает тень. Чьи-то ноги врезаются в грудь, впечатываю в камень ещё сильнее, от этого мы оба проваливаемся и падаем ещё ниже. Куски земли и скал падают сверху, поднимается пыль, видимость нулевая.

Но мне не нужны глаза, чтобы ощущать противника, точно знать, где он находится. Бросаюсь вперед, бью кулаком в грудь, но удар блокируют. Ответный приходится на доспех, на это я лишь ухмыляюсь и накидываюсь на врага. Придавливаю его к земле, чувствую, что сильнее, руки смыкаются на шеи и сжимают.

Но враг не лыком шит, пытается скинуть меня, да только в тесноте это невозможно.

Его соратники набрасываются сзади, дергают за голову и тащат назад. В последний момент успеваю выпустить клинок, и лезвие входит в того, кто останется лежать здесь на веки. За это получаю в голову удар такой силы, что, кажется, броню сминает, а в ушах звенит так, будто рядом поезд мчится.

Расщелина узкая, от силы метр, большая часть гулхаров осталась наверху, спустились только двое. Выбили меч из рук, спеленали, как котенка и броня не помогла.

Через минуту меня вытащили наружу и окружили. Меч у одного из магов, он его вертит в руках, изучает.

— Его надо убить, — говорит мужчина седьмого ранга, — Он должен ответить за то, что сделал.

— Лучше пытать. Смерть для чужого роскошь. — отвечает ему женщина.

Ведьма же возвышается над остальными минимум на голову. Она настоящий великан, хотя выглядит хрупко. Радуюсь, когда вижу на её идеальном лице следы грязи и пепла. Она замечает мою улыбку, брови хмурятся. Держит в руках мой мешок, достает оттуда диск храма и теперь уже в её глазах победная улыбка.

— Убивать пока не будем, — молвит она решение, — Он нам ещё пригодится живой. Но и наказать его следует. Оторвите ему ноги и руки, но так, чтобы жить остался.

Кровожадные улыбки расходятся по лицам магов. От каждого из них веет силой, осанки прямые, взгляды уверенные. Ничего их не сломило и не смогло поколебать. В глазах лишь желание мести, понимаю, что меня они ненавидят.

Один из них только шагнуть ко мне успел, как дрожь появилась. Я её заранее ощутил, почувствовал, как камень под ногами вибрацию выдает. Дрожь не внутренняя, а внешняя. Сама земля вибрирует.

Маг подошел ко мне, смотрит зло. Сзади тоже кто-то подходит, держит за плечи. Дергаюсь, но хватка стальная. Энергия почти на нуле, процентов пять, и пройдут долгие часы, пока она восстановится.

Вибрация тем временем сильнее. Маг хватает руку, начинает заламывать, слышу, как трещит металл. Ещё немного и рука вслед за ним трещать начнет.

Тут-то и раздается грохот сзади. А потом ещё один. И ещё.

Гулхары занервничали, оглядываются по сторонам. Маг этот недовольно отпустил мою руку, сделал шаг назад.

Это и стало его ошибкой.

Я потянулся к мечу, приказал ему прыгнуть ко мне в руку, что он и сделал. Державшего его воина дернуло, тот выпустил рукоять из рук.

А я ускорился. Ловлю меч освободившейся рукой. Взмах и тот, кто хотел меня искалечить оседает двумя половинами.

Рвусь в сторону, подсекаю того, что сзади стоял. Ко мне бросаются, но в моих руках грозное оружие, собирает кровавую жатву. Летят отрубленные конечности и выпущенные потроха.

Сама ведьма наносит удар. Ногой, прямой, неотвратимый как таран. Отлетаю на три шага назад, врубаюсь в кого-то.

Рядом ещё сильнее грохот раздается. Где-то близко оседают пласты гор, рушится окружающий пейзаж. Улавливаю, как закричали гулхары. Одни бросаются меня ловить, а вот внимание других что-то другое приковывает.

Ещё грохот. Сала, на которой стояли, проседать начинает, собравшиеся теряют точку опоры. Наклоняется поверхность, катимся вниз. Цепляюсь пальцами за выступы, но те ломаются, крошатся под давлением.

Рядом пролетает тот, в кого врубился при падении. Тело кубарем летит, видно приложил его знатно и мужчина не успел адаптироваться к стремительно меняющейся обстановке. Я под ускорением ткнул его клинком, меч рассекает плоть охотно, словно ему передается вся моя ненависть к гулхарам.

Вокруг клубится пепел и пыль, видимость на пять метров от силы. Клубок тел магов и меня в придачу скатился куда-то вниз, сверху засыпает грязью. Плюю на остальных, пытаюсь выбраться, хватаюсь за что только можно и карабкаюсь наверх. Но куда там. Меня хватают за ногу, пытаются сдернуть вниз. Не оглядываясь, впечатываю ступню в голову. Этого хватает, чтобы отпустили.

На поверхность вырываемся одновременно с ведьмой.

Она чумазая, глаза сверкают, будто дьявол вырвался из преисподней. Сверху нависает что-то массивное, погружает нас двоих в ещё больший мрак.

Не удерживаюсь, смотрю туда, выпускаю врага из поля зрения, да так и замираю. Потому что к нам явилось чудовище. Размером с гору.

Его лапа медленно опускается. Размерами она с грузовик. Клешня входит точно в ту щель, куда попадали гулхары и откуда они пытались выбраться. Я прыгаю в сторону и едва успеваю спастись. Земля дрожит, ходуном ходит, как при землетрясении. Лапа поднимается и снова опускается, но я уже бегу со всех ног в сторону. Новый толчок, спотыкаюсь, лечу вперед и падаю, ухожу в кувырок.

Страшно до одури, но страх придает сил, помогает действовать методично. Оборачиваюсь на секунду и мозг запечатлевает картину. Не сразу понимаю, что увидел, но постепенно приходит осознание.

Тварь размером с девятиэтажку, похожа на краба. Или на живую гору, что бредет по пустошам на клешнях. Ими и добывает пищу. Загребла клешня всех тех, кто не успел выбраться из ямы и сейчас в пасть тащит. Но там нет живых, один лишь фарш, перемолотый вперемешку с камнями и грязью.

Бегу так быстро, что сам себе удивляюсь. Мотивации вагон и больше. Через полкилометра оборачиваюсь. Вокруг мгла, пепел клубится, но монстра всё равно видно. Я успел оценить его силу. Ранг в несколько раз больше, чем у ведьмы. А ведь у неё девятый и она подобна богам. У чудовища же на порядок больше. Сложно сказать. Ума не хватает оценить те силы, что скрываются в этом колосе.

До места, где началась погоня, где гулхары сбросили найденную добычу, домчался минут за пять. Знатно мы с ними побегали, и это сейчас было на руку. Нужно оказаться как можно дальше от исполина. Страшно представить, что будет, если он решит ударить магией.

Вот же хрень. Хочется выругаться грязно и проклясть всех. Если здесь обитают такие монстры, я труп. Участь превратиться в отбивную наиболее вероятна. Если только…

Чтобы дать себе хоть какие-то шансы, я добрался до запасов с кристаллами. Каких здесь только не было, в том числе восьмого уровня нашлись. Так и светятся, как гирлянды на новый год. Времени разбираться нет, впитываю ровно половину от силы своего ядра, уходит десятая часть от восьмерки.

Подхватываю остальное, нагружаю себя по полной, как грузчик фанатик. Да, это меня замедлит, но нужно пару часов продержаться, дальше проще будет. Впитаю постепенно всё в себя. Тем более силы уже восстановились от такой то подпитки, чувствую себя бодро. Не просто груз тащить буду, а шансы на выживание, так что справлюсь.