— Он… другой. Мы не живем на островах. Они у нас тоже есть, но плавают среди воды.

— Да, я об этом уже слышала. Расскажи что-то новой, чужой. Если удивишь меня, то уйдешь отсюда целым.

На секунду злая магия сжала тело и прошлась по коже, как наждачной. Я почувствовал, что стоит этой дамочке захотеть и страдать буду сильно. Больше, чем хочется. Поэтому пришлось запеть соловьем.

— У нас много людей. Гораздо больше, чем у вас. Нет чудовищ, люди расселены по материкам, это такие большие острова, чтобы обойти которые уйдут годы жизни. Мы можем преодолевать большие расстояния, летать и общаться с теми, кто находится очень далеко от нас. У нас есть оружие, способное уничтожить мир. Многое есть в нашем мире, но чтобы ты хотела услышать?

В этот момент я проклинал себя. За то, что общаюсь с врагом, слушаюсь её и выдаю информацию о своей родине. Да, в этом нет ничего такого, но ситуация жутко бесила. Но соотношение сил было таковым, что показать настоящие эмоции смерти подобно, поэтому, если быть откровенным, я боялся быть настоящим. Страшно было настолько, что даже мыслей о сопротивление не возникало. И за это я ненавидел себя. Но где-то глубоко внутри это делал, ведь ненависть тоже нельзя показывать, поэтому скрывал её.

— Кто тебя послал? Какие у него цели?

— Я не знаю, кто это. Могу описать, как выглядит. С какой целью тоже не знаю. Вероятно, чтобы энергию собирать.

— У тебя ужасный язык, чужой. Ты расстраиваешь меня.

Эти слова прозвучали как звук падающей гильотины. Злая магия сжала меня, мышцы и кости затрещали, а я почувствовал себя в стальных тисках, которые вот-вот обратят попавшегося человечишку в кровавый фарш.

— Кем ты был в своем мире? — прозвучал вопрос, когда магия перестала терзать.

— Сложно объяснить. У вас такого нет. Помогал людям продвигать свои товары.

— Ты не воин, значит? — задумчиво осмотрела меня валькирия, — Странно. Ты сражался вместе с тем человеком. Значит что-то должен из себя представлять, но в тебе совсем не ощущается сила.

Опасный вопрос, ох какой опасный.

— Тот человек начал учить меня, но не успел.

Женщина на это ничего не сказал. Молча изучала и бог его знает, какие у неё мысли в голове крутились. Так длилось пару минут, а потом тиски магии исчезли и я рухнул на пол.

— Убирайся. У тебя две недели, чтобы освоить наш язык. Сейчас он терзает мои уши, с тобой даже поговорить нормально нельзя.

Тычок магией и меня оттолкнуло прямо к дверям. Медлить я не стал и вырвался из логова чудовища. Твою же богу мать душу! — выругался мысленно я про себя.

Ноги сами двигались в сторону выхода, хотелось бежать как можно скорее и рефлекторно я перешел на магическое зрение, чтобы оценить, где потенциальный противник. Сразу подсветились основные скопления энергии, я увидел ближайший караул, что где-то в соседних помещениях сидит Карон и ещё куча магов занимается своими делами по всему дворцу.

Но самое большое скопление находилось внизу, под ногами, на неизвестной глубине. Выглядело и ощущалось оно как озеро энергии под землей. Не сильно интенсивное, скорее широкое по площади. Если где-то и было хранилище кристаллов, то я теперь знал, где оно.

Эту мысль я спрятал подальше, сейчас есть задача насущнее. Из дворца выбрался без происшествий, хотя встречные маги и косились на меня хмуро. А потом, на улице, ускорился ещё больше, чтобы добраться до привычной территории.

— Эй, чужой, чего ты такой нарядный? — бросил Таг, когда увидел. В его голосе сквозило удивление, — А ну марш работать!

Смешно, но даже этого толстяка я был рад видеть. Кого угодно, лишь бы подальше от валькирии, что внушала ужас одним присутствием рядом. Начался привычный день, одно дело сменялось другим, мысли постепенно успокоились, как и нервы.

Вот так новости, всем новостям новости. Чтоб эту злую бабу черти драли.

Валькирия была права. Я дерьмого изучил язык. Что не удивительно, если учесть, что прошло чуть больше месяца. Но теперь у меня есть неимоверная, просто фантастическая мотивация превратиться в гения лингвистики. Язык мой ей не нравится, видите ли. Избалованный ребенок прям, хочу и всё, хоть в лепешку расшибись. Говорил я и правда плохо, это стоит признать. Гораздо хуже, чем понимал речь. Да и то, чтобы воспринимать на слух требовалось время. Я далеко не сразу разобрал всё, что сказала валькирия. В момент самого диалога отвечал больше по наитию, так что представляю, как глупо это для неё выглядело. Придется наверстывать, что тут ещё сделаешь.

Но гораздо волнительнее то, что дамочка уже общалась с землянами. Знает, что есть Земля, что оттуда засылают тех, кто собирает энергию. Интересно, насколько паломничество распространено? Быть может это длится тысячи лет. Кто знает, вдруг мифическая Атлантида или ещё какая-нибудь аналогичная фигня — это мифы как раз про земли чудовищ? Земли, где есть несметные богатства, что могут сделать человека невообразимо сильнее. В этом контексте мифические герои древности, да и прост супер герои воспринимаются совсем иначе.

Какие мотивы местной владычицы? Зачем ей информация? Что она хочет и самое главное, куда делся тот или те, с кем она уже общалась? Что-то я не видел здесь других землян. Надо прощупать этот вопрос.

Откладывать не стал и вечером отловил Шера.

— Друг мой милый, — начал я издалека, когда подловил его перед лестницей. Между нами прошел ещё один писец, который бросил на меня неприязненный взгляд, но ничего не сказал. Все уже знали, что мы общаемся с задохликом, как здесь воспринимали «учителя» и главного моего поставщика информации.

— Отвали. — пробурчал он.

— А ты не слишком ли грубый? — прижал я его к стене, от чего он вздрогнул и сжался. Вот, так гораздо лучше, а то привык к доброте и борзеть стал.

— Чего тебе?

— Что значит «чужой»? — я повторил то слово, которым меня местные называли. Я его перевел именно так, но теперь хотелось бы уточнить, какой смысл в него вкладывают.

— Ничего хорошего. Это оскорбление, если ты не понял. Чужой, — выплюнул он.

— Понял, но что оно значит?

— Что ты не этих земель. Чужой. Всем нам. Этому миру. Пришел из вне. Чтобы грабить. Как те, что поедают другие организмы. Паразит.

— Как мило. А что значит из вне? Откуда ты знаешь, что я другого мира?

— Ты глуп, чужой. Это всем очевидно.

— И как часто такие, как я здесь встречаются?

— Редко.

— Но ты уже видел чужих?

— Был тут один до тебя. — усмехнулся он зло.

— Что с ним стало? — напрягся я, уж слишком ухмылка была многообещающей.

— Попытался сбежать. За это его казнили. Жестоко.

— Долго он здесь провел?

— Несколько лет. Сама Шулглах им интересовалась. Любила с ним беседовать, — захихикал Шер.

— Что ты имеешь ввиду?

— После таких бесед его иногда приносили едва живым. Поэтому и решил бежать, бедолага. Тебя ведь тоже сегодня к ней вызывали? И как только на ногах держишься.

И снова смешок. Злой такой. С этим разумным мы точно друзьями не были, это очевидно. Отвечать я ничего не стал, отпустил писца и ушел к себе спать.

Выводы напрашивались не утешительные. Через пару недель моя жизнь может резко усложниться. Она и без этого не особо приятная, но может стать в разы хуже.

Значит нужно думать о побеге. Для этого надо силу набирать и придумать план. Теперь я знаю, где предполагаемая сокровищница. Хотелось бы туда заглянуть, но если прикинуть, то по самым скромным замерам придется прорубить около пятисот-семисот метров. С моей скоростью в метр за сутки… Математика сегодня не на моей стороне.

Можно перейти в другое место, но проблема в том, что подходящих я не знаю. Выбранное привлекательно тем, что там редко кто бывает, следовательно меньше шансов, что заметят. Если приблизиться ко дворцу, это сэкономит метры, но из-за повышенного количества стражей ставит на идеи крест.

Значит, раз не могу сократить, то надо ускориться. Раз эдак в тридцать. Вот это задача, так задача, благо задумки есть.