Внутри всё холодеет… А если ей что-то сделали? Если она пряталась и искали её? Явных следов борьбы я не вижу, но, блин… Мало ли, что за хрень тут могла случиться…

Оглядываюсь, делаю шаг внутрь, пытаюсь понять, что пропало. Но не успеваю: слышу за спиной резкий звук, будто кто-то захлопнул входную дверь. Тут же хватаю в руку стул и иду туда…

Понимаю, что в квартире я один, открываю дверь, собираюсь спуститься, проверить, кто это был… Дохожу до первого этажа… И в этот момент дверь соседней квартиры резко распахивается.

– Анжей! – шипит Антонина Фёдоровна, та самая пожилая соседка Марины. – Быстро сюда!

Не успеваю ничего сказать – она буквально втаскивает меня внутрь и захлопывает дверь, щёлкает замком.

– Тихо! – шепчет она, прижимая палец к губам. – Там кто‑то ходил по лестничной клетке. Только что мимо прошёл…

Я дёргаюсь, желая выбежать туда, но она не отпускает.

– Куда?! Он с пистолетом! Батюшки!

Я замираю, хмурюсь и прислушиваюсь. В эту же секунду воцаряется тишина…

– Давно там ходили? – тихо спрашиваю я.

– Давно, – отвечает Антонина Фёдоровна. – Я выглянула в глазок – мужчина в чёрном пальто. Осматривался, потом ютился возле двери Марины, стучал… Никто не ответил, он подождал и начал что‑то разглядывать у порога. Достал длинный такой пистолет, как в фильмах, и выстрелил прямо в замок… Я испугалась, позвонила в полицию, но пока они не приехали… Да и мне кажется, сто лет ехать сюда будут…

– Понятно, – сжимаю кулаки. – Спасибо, что предупредили…

Она кивает, потом чуть тише добавляет:

– Марина у меня… Уже час как прибежала. Вся в слезах, напугана до смерти.

Я тут же электризуюсь. Не понял, блин… Она тут?

– Где она…

Антонина Фёдоровна ведёт меня в ванную. Стучится…

– Мариш, тут Анжей…

Дверь буквально сразу распахивается, и оттуда на меня смотрит моя языкастая. Бледная, глаза красные, волосы растрёпаны. При виде меня она вздрагивает, потом резко выпрямляется и бросается ко мне.

Обнимаю её крепко‑крепко. Чувствую, как дрожат её плечи, как она вцепляется в мою куртку, будто боится, что я исчезну.

– Всё позади, – шепчу ей на ухо. – Я здесь. Никто тебя не тронет.

Она всхлипывает, прижимается ещё сильнее. Я пытаюсь перехватить её ледяные руки, а когда смотрю на них у меня дёргается глаз, потому что они все содранные, будто она махала кулаками…

– Марин… Это чё такое?! Маринааа…

Она всхлипывает, прячет лицо…

Антонина Фёдоровна стоит рядом, качает головой, вздыхает.

– Бедняжка прибежала вся в слезах, – тихо говорит она. – Сказала, что в универе подралась с какими‑то девочками, а потом вернулась сюда и увидела, что дверь открыта, а внутри всё вверх дном. Я её напоила чаем, успокоила, как могла…

– Спасибо Вам огромное, – искренне благодарю я.

Отстраняюсь, осматриваю Марину, на щеке небольшая ссадина, а глаза огромные-огромные… Зелёные омуты…

– Кто? – спрашиваю жёстко.

– Арефьева, – она хмурится. – И её свита. Напали в туалете универа. Начали оскорблять, говорить, что тебя посадят навсегда… Я не выдержала.

Сжимаю челюсти. Сука, ей всё мало… Окей, не вопрос…

– Убью, нахер…

– Не надо, тогда тебя точно посадят… Твой телефон разбился в процессе, – продолжает Марина. – Я хотела переставить симку дома… Побежала сюда, а тут… – она бросает взгляд в сторону двери. – Всё перевернуто. И этот мужчина… Я его видела из окна, он там расхаживал, будто ждал меня…

– Это всё мой грёбанный отец, – говорю я твёрдо. – Это его шавки… Он знает, что ты для меня – самое важное. И решил ударить по самому больному… И меня для этого ликвидировал, судя по всему…

Марина берёт меня за руку.

– Что мы будем делать?

– Во‑первых, – я смотрю на Антонину Фёдоровну. – Спасибо Вам за заботу. Во‑вторых, нам нужно безопасное место. И план… Нужно предупредить твою маму…

– Она уже едет, Антонина Фёдоровна предупредила…

– Оставайтесь пока у меня, – предлагает соседка. – У меня две комнаты, места хватит. А завтра решим, что дальше… Или когда полиция приедет…

– Спасибо, – благодарю я искренне. – Но мне нужно ещё забрать Айса оттуда и восстановить переписку с Лидией. А ещё… Мне нужно добраться до Ильи… Ты со мной?

– Если мама останется в безопасности у Вас…

– Конечно. Я сразу ей всё расскажу, девочка…

– Спасибо Вам огромное…

– Господи, ну и страсти тут у вас, дорогие… Всегда знала, что где богатство, там и… Верная гибель.

От этих слов у меня всё сжимается, ведь я думаю о том же… Я почти уверен, что они слили мою мать, как ненужное звено, чтобы забрать весь бизнес, все деньги и прочее… Но вслух я этого не говорю…

Помогаю Марине собраться. Она берёт свои вещи, благодарит Антонину Фёдоровну. Та обнимает её на прощание, шепчет:

– Держись, девочка. Всё наладится…

Когда мы выходим в подъезд, Марина прижимается ко мне.

– Ты нашёл меня, – шепчет она. – Я думала, что потеряла тебя на совсем…

– Никогда, – твёрдо отвечаю я. – Я всегда буду с тобой, малыш. Просто потому что тебя нужно ото всех защищать…

– Я ей не хило наваляла вообще-то… – выдаёт с гордостью, заставив меня посмеяться.

– Не сомневаюсь, кровопийца моя… Поехали…

От автора: Максимальные скидки на:

Марина Чемезова

Анжей оставляет меня внизу, в машине.

– Сиди здесь, – говорит он твёрдо. – Я быстро проверю квартиру, посмотрю, что и как…

– Но… – пытаюсь возразить я.

– Марина, пожалуйста. Так будет безопаснее. Жди меня тут…

Он хлопает дверью, быстро поднимается по лестнице. Я остаюсь одна, сжимаю руки на коленях, смотрю в окно. Внутри всё дрожит от страха, от тревоги, от ощущения, что мы попали в какую‑то безумную игру, где правила меняются каждую минуту.

Минуты тянутся бесконечно. Я то и дело поднимаю глаза к окну его квартиры, но это очень высоко, отсюда я точно ничего не увижу…

Вдруг дверь подъезда резко распахивается. Анжей выбегает оттуда бледный, с искажённым лицом, кулаки сжаты так, что побелели костяшки. Он почти скатывается по ступенькам, замирает на секунду, осмотревшись, потом бежит к машине.

– Всё перевернули, – хрипло бросает он, садясь в машину и задыхаясь, захлопывает дверь. – Ноут спиздили. Айса нет… С-с-сука…

Его голос дрожит. Он смотрит прямо перед собой, но, кажется, ничего не видит.

Вина, злость, отчаяние – всё смешалось в его чёрных глазах.

– Я должен был что‑то предпринять. Не надо было его тут оставлять… Это моя вина…

– Анжей, – я осторожно касаюсь его плеча. – Ты не мог знать. Никто не мог.

Он резко поворачивает голову, смотрит на меня. В его взгляде я вижу боль, которую он не может скрыть.

– Если с Айсом что‑то случилось…

– Мы найдём его, – твёрдо говорю я. – Вместе. Обязательно найдём… С ним ничего не случилось, родной… Ты под кроватью смотрел?

– Всю квартиру осмотрел… Нигде нет…

– Значит, будем искать на улице…

Он кивает, достаёт свою сим‑карту, вставляет в мой телефон. Быстро заходит на свою страницу и набирает сообщение той самой женщине. Но экран мигает: «Сообщение не доставлено».

– Пиздец… – тихо произносит он.

– Что такое? – спрашиваю я.

– Она меня заблокировала. Видимо, кто‑то надавил. Или просто не хочет ввязываться. В любом случае, помощи оттуда не будет…

Я молчу. Смотрю вдаль, мимо домов, мимо деревьев… И вдруг замираю. Возле мусорных баков, чуть в стороне, что‑то шевелится. Маленькое, лохматое, дрожащее. И белое…

Я тут же выскакиваю из машины.

– Ты куда, Марин?! – кричит Анжей.

Но я уже бегу. Подлетаю к бакам, опускаюсь на корточки.

– Айс! – поднимаю щенка с земли, прижимаю к груди. Он мокрый, грязный, дрожит, но жив. – Боже, слава богу…

Анжей подбегает ко мне, замирает на мгновение, потом опускается рядом.

– Живой… – шепчет он, гладя Айса по голове. – Живой… Я за тебя капец испугался, бандит…