– Стой, куда побежала? Вот, – протягивает мне руку, а в ней свёрнутые пятьсот рублей.
– Что это?!
– Возьми-возьми… С пенсии откладываю. Мои далеко… Хоть тебе за помощь хочу дать.
– Вы что?! С ума сошли, я никогда не возьму! Лучше себе купите что-нибудь…
– Ой, дурёха ты, Ринка… Ну, честно слово…
– Вот спасибо Вам…
– Да я же пошутила!
– Поняла! – уже бегу вниз. – Опаздываю! До свидания!
Она что-то ещё ворчит в подъезде, но я уже вылетаю на улицу и несусь сломя голову на пары… Я обычно не опаздываю. Если богатенькие детки могут себе позволить, то я нет… Там уже и Оля с Аней строчат мне сообщения одно за другим.
Уткнувшись в телефон, уже поднимаюсь по крыльцу и вдруг резко совершенно по-тупому врезаюсь в какую-то тёмную фигуру, выронив и сумку, и телефон из рук… А потом застываю…
– Ой… – вырывается непроизвольно. Чернов стоит и смотрит на меня как на идиотку. Оно и понятно. Я, кажется, такая и есть… В его глазах уж точно. – Извини, я совсем не хотела… – тут же опускаюсь вниз, отряхиваю сумку от грязи, а он опускается следом за мной, и поднимает с асфальта телефон.
– Спасибо… – хочу забрать, но он уводит руку в сторону. – Ты что? Отдай! – и снова то же самое, пока я не вырываю его у него из рук, встречаясь с его усмешкой. Чёрные жестокие глаза прожигают во мне дыру.
Я сглатываю, тут же поднявшись, а он вытягивается следом.
Пытаюсь обойти, но он встаёт и не пропускает.
– Что тебе нужно, а?!
– Мне? Это ты в меня врезалась…
– Ну… И? Что теперь? Мне штраф нужно заплатить?
Он насмехается и пожимает плечами.
– Заплати, если есть чем…
– А-а-а… Понятно. И ты туда же, – резко обхожу, пытаясь уйти, но он снова встаёт передо мной.
– Ты же из моей группы, да? Как твоё имя?
Боже, он это серьёзно? Чернов спрашивает моё имя… Куда записать… Это для того, чтобы отметить меня в том списке, который будет свидетельством его несостоятельности? Ну иначе для чего вообще? Я точно с ним никогда не стану общаться.
– А это нужно для оплаты штрафа или…?
Он стоит и усмехается, достаёт сигарету и нагло поджигает её прямо передо мной, пустив дым в лицо.
– Да, нужно для этого…
– М-м-м… Марина Чемезова. И да, мы с одной группы. Рада, что ты в курсе…
– Языкастая… – отмечает, прищурившись, пока я приподнимаю обе брови. Что это ещё, блин, значит? Если ему другие не привыкли перечить, не значит, что все как одна собираются ему в рот заглядывать, правда?
– Я хочу пройти на пару… – указываю на дверь, а он делает ещё одну затяжку.
– Куда ты так торопишься? Ещё целых десять минут.
– Вообще-то время уже восемь ноль две. Пропусти!
– Ну я и говорю… Десять минут… Нормальный человек приходит, задержавшись на пятнадцать минут, потому что ценит своё время…
Меня настолько возмущают эти слова, что просто отвисает челюсть.
– Нормальный человек? Нормальный ценит и своё время, и время других. Приходит вовремя, пунктуально… К ноль-ноль минутам назначенного времени…
– А если время назначено с секундами как тогда быть? – продолжает издеваться и улыбается, глядя на меня сверху вниз, потому что выше меня на голову точно. Или на полторы… – Всё? Ступор? Ошибка системы?
– Слушай… Ты пропустишь меня или нет?!
– Да иди, конечно… Под ноги смотри только, бедовая… – насмехается снова и так и стоит с сигаретой в зубах, осматривая меня со стороны, словно куклу… Так неприятно. Просто дрожь по телу. Или же она отчего-то другого, не знаю…
Но, кажется, сегодня с Черновым я говорила точно дольше пяти минут. Впервые в жизни вообще с ним говорила… И это ужасно странно… Ещё и врезалась в него, дура, блин…
Когда прошу у преподавателя зайти в аудиторию, мне делают замечание, конечно же… Я быстро иду сесть рядом с девчонками и начинаю спрашивать, что было. Они в ответ делают то же самое почему-то, а не передают мне запрошенную информацию… Ну а следом заходит он. Король положения… Ему же наш препод не говорит вообще ни слова… Вот оно. Явное социальное отличие… Дискриминация…
Возможно, и по половому, и по финансовому признаку… Чувствую себя лохушкой… Ну а потом… Проходя мимо моего стола, этот самый змей искуситель, подмигивает мне на глазах у всей своры своих собак… Будто нарочно...
Я тут же опускаю взгляд в тетрадь, только бесполезно…
Что Арефьева, что мои девчонки, конечно же, это всё уже увидели…
Глава 3.
Марина Чемезова
– Ну-ка… Что это было, а?! Маринаааа, – тут же атакует вопросами Аня, а Оля просто сидит по ту сторону от неё в шоке. У них у обеих отвисает челюсть. Так и знала, что накрутят за считанные секунды… Только дай повод.
– Ничего! Ни-че-го! Просто врезалась в него утром и только!
– Офигеть… Да ты же специально это сделала, да? – угорает Аня, хихикая в ладонь, как дурочка, пока я растягиваю губы.
– Конечно… Это был мой план по совращению Чернова…
– Да, это так, – продолжает ржать, пока препод не выказывает нам своё «фи»… Я боюсь смотреть в сторону Арефьевой, но всё же смотрю… И там… В общем, мне объявлена война. Я вижу по её взгляду. Это змеиное логово уже вовсю шипит и плюётся ядом. В меня… А я здесь вообще ни при чём, блин! Это всё он!
– Ну всё… – вздыхаю, обращаясь к Аньке. – Мне конец…
– Ой, да пошла она… Ты же бегаешь хорошо?
– Ахах, очень смешно, Аня! Спасибо…
– А если реально… Ну врезалась и что… Не может он просто так смотреть подобным образом…
– Ты на что это намекаешь?!
– Может, ты когда врезалась, потрогала там что-то у него… Ну…
– Я тебя сейчас придушу…
Они там вовсю хихикают, а мне вообще не до смеха. Опускаю взгляд и смотрю в тетрадь с ощущением какой-то подставы. Он нарочно, что ли делает это? Она же теперь просто убьёт меня. Эта сумасшедшая…
– Не бойся ты… Мы же рядом.
– Вы же не всегда рядом, Ань… Ты посмотри на них… Она разве что возле горла ещё пальцем не провела… Ку-ку точно…
– Да уж, – хмурится Анька и обнимает меня. Было бы более правдивее, если бы Антонина Федоровна утром пророчила мне смерть, а не жениха… Во всяком случае, всё ведёт именно к этому…
После пары я быстро собираю свои вещи и спускаюсь вниз. Чернов при этом ведет себя как обычно. Лениво потягивается, выбирает место презренным взглядом, вальяжно раскидывает ноги и так далее. А Арефьева… Ну она поджидает меня повсюду. Однако я постоянно с девочками… Даже в туалете…
– Спасибо, что нянчитесь…
– Ой, да брось. Ну, Рина… Ты же и сама можешь ей двинуть…
– Я не умею драться…
– Так и она не умеет. Видела её ногти?!
– Но их пятеро…
– Ну да, – вздыхает Оля, поправляя помаду, и тут дверь открывается…
– А-а-а… Лохушки тут, ну надо же…
– А что у нас нет отдельных туалетов для богачек? – спрашивает Аня и наигранно хмурится. – Ой… Придётся в общий ходить… – цокает. – Или терпеть до дома… Ты смотри, Оксаночка, я там всё своими руками трогала. Можно заразиться бедностью… Аккуратнее, – издевается, вызвав у меня смешок, и королева улья тут же смотрит на меня.
– А ты чего тут ржёшь, курица?
– Сама ты курица, – бросаю, стиснув зубы, и она тут же расправляет плечи.
– Чё ты сказала?
– Так… Мы прошли отсюда… – прикрывает меня Аня. – И вы идите. Нам проблемы не нужны…
– Её тут оставь, – грубо приказывает она в ответ, но Анька стоит за меня горой. Показывая ей средний палец улыбается.
– Вот тебе тут. Подходит?
– Сучка…
– Сама такая. Пока-пока, – схватив меня за руку, тянет к выходу, и я семеню следом.
– Я всё равно тебя поймаю, дрянь…
– Я же говорила, – бубню себе под нос, а Аня смеётся.
– Да пофиг вообще. Забей на неё. Дура просто… Если наш красавчик на неё не смотрит это в кайф! Особенно если смотрит на тебя!
– Так ты ради этого всё?!
– Конечно же! А ты как думала?! – хохочет она, а я начинаю уходить, но она хватает за руку. – Да я же пошутила, блин… Рина… Ну помутишь с ним немножко… Интересно же…
