— Обойти Императора, избежать фиктивного брака с принцем и выйти замуж за начальника, будучи в коме! — смеялась я. — Цзыжань, это гениально! Это лучший юридический финт, который я когда-либо видела!

Он тоже начал смеяться, обнимая меня.

Империя была спасена. Злодеи повержены. Мы были живы и, кажется, официально женаты.

Но я знала, что расслабляться рано. В конце концов, впереди нас ждала финальная битва за окончательное влияние в Империи, разборки с Советом Директоров простите, со Старейшинами, и, что самое страшное, — медовый месяц.

И я была готова ко всему этому. Потому что теперь мы играли по моим правилам. И мой ледяной бог был полностью на моей стороне.

Новость о моем пробуждении и нашем юридически-магическом браке произвела на Пике Целителей эффект разорвавшейся бомбы.

Пока я пыталась осознать тот факт, что пропустила собственную свадьбу, находясь в коме (и сэкономила кучу нервов на выборе торта и рассадке гостей), в мою палату потянулась вереница посетителей.

Первым, расталкивая послушников, ворвался Главный Целитель. Он несся ко мне с таким лицом, словно я была не пациентом, а редким музейным экспонатом, который внезапно заговорил.

— Леди Линь! Грандмастер! — старец рухнул на колени прямо у кровати, его борода тряслась от волнения. — Это чудо! Ритуал Обратной Связи сработал! Ваши меридианы они не просто восстановились! Они сияют!

Цзыжань, который до этого момента сидел на краю моей кровати, крепко держа меня за руку, медленно повернул голову к целителю. Его взгляд, несмотря на то, что он отдал половину своей божественной силы, все еще мог заморозить воду в кувшине.

— Осмотр окончен, — ледяным тоном отрезал он. — Ей нужен покой. Вон.

— Но, Грандмастер! Нам нужно задокументировать.

— Вон, — Цзыжань даже не повысил голоса, но старец мгновенно испарился, прихватив с собой перепуганную Сяо Мэй, которая успела только пискнуть: «Выздоравливайте, Шиниан!» (супруга учителя).

Дверь закрылась. В палате повисла густая, звенящая тишина.

Я посмотрела на Цзыжаня. Он выглядел изможденным. Его обычно безупречно прямая спина чуть сгорбилась, под глазами залегли тени, а черные волосы в беспорядке падали на лицо. Но когда он смотрел на меня, в его глазах полыхало такое отчаянное, голодное облегчение, что у меня перехватило дыхание.

— Шиниан? — я попыталась пошутить, чтобы разрядить атмосферу, которая стала слишком тяжелой. Слишком настоящей. — Босс, вы хоть понимаете, что это значит для моей карьеры? Я из независимого кризис-менеджера превратилась в «жену начальника». В корпоративном мире это называется непотизмом.

Он не улыбнулся. Он даже не хмыкнул.

Он просто наклонился вперед, обхватил мое лицо обеими руками — большими, горячими, мозолистыми от меча руками — и прижался лбом к моему лбу.

— Алиса, — его голос сорвался, прозвучав так хрипло, что у меня защемило сердце. — Никогда больше. Слышишь? Никогда больше не смей уходить вот так.

Его пальцы дрожали на моих щеках. Человек, который не дрогнул перед демоном Ифритом на Пике Смерти, сейчас трясся, как лист на ветру, просто от того, что держал меня в руках.

Моя бравада мгновенно испарилась. Я поняла, через какой ад он прошел. Я видела пустоту и холод своей комы, но он он видел мое мертвое тело на площади. Он продирался сквозь демонов, зная, что я умираю. Он отдал половину своей сути — то, ради чего он жил и тренировался десятилетиями, — просто чтобы вернуть меня.

И он сделал это без колебаний.

Я подняла руки, с трудом (мышцы все еще были слабыми) обхватила его за шею и изо всех сил прижала к себе.

— Я здесь, Цзыжань, — прошептала я, зарываясь лицом в изгиб его шеи. От него пахло хвоей, морозным ветром и чем-то острым, металлическим. — Я не уйду. Я же сказала: я разорвала контракт с Манхэттеном. У нас с тобой эксклюзивный договор. Без права расторжения.

Он издал звук, средний между судорожным вздохом и стоном. Его руки, до этого осторожно державшие мое лицо, скользнули на мою спину, сжимая меня так крепко, словно боялся, что я снова растворюсь в воздухе.

А затем он поцеловал меня.

Это не было похоже ни на наш отчаянный поцелуй в Пещере Иллюзий, ни на торжествующий поцелуй в переулке. Это было что-то совершенно иное. Глубокое. Ревнивое. Собственническое. Он целовал меня так, словно хотел выпить мое дыхание, словно пытался физически убедиться, что мое сердце бьется под его руками.

Я ответила ему с такой же жадностью. Моя золотистая ци, теперь навсегда сплетенная с его ледяной энергией через Плоды Жизни, вспыхнула внутри меня, согревая нас обоих. Это было невероятное ощущение — словно мы замкнули цепь. Больше не было двух разных людей с разными магиями. Было одно целое, пульсирующее в такт.

Мы оторвались друг от друга только тогда, когда легкие начали гореть от нехватки кислорода.

Цзыжань тяжело дышал, его губы были влажными, а глаза — темными, почти черными от нахлынувших эмоций.

— Значит жена? — я попыталась восстановить сбившееся дыхание, лукаво улыбаясь и проводя пальцем по его острой скуле. — Без свадьбы, без банкета и без кучи родственников, которые оценивают мое приданое? Грандмастер Шэнь, вы гениальный оптимизатор расходов.

Он тихо, прерывисто рассмеялся. Этот звук был лучше любой музыки.

— Император будет в бешенстве, — он перехватил мою руку и поцеловал центр моей ладони, туда, откуда когда-то вырвалась золотая искра, вернувшая его к жизни. — По закону, связи, скрепленные Плодом Жизни на Пике Смерти, не может расторгнуть даже Сын Неба. Ты теперь официально под защитой клана Белого Лотоса как моя супруга. Никаких принцев. Никаких интриг.

— О, интриги будут, босс, — я уютно устроилась у него на груди, чувствуя себя в абсолютной безопасности. — Император не простит нам того, что мы выставили его дураком. Он потерял рычаг давления на вас. И он знает, что мы уничтожили Мастера Гуя и спасли столицу. Народ нас обожает. Для правителя нет ничего страшнее популярных героев, которые ему не подчиняются.

Цзыжань нахмурился, поглаживая мои волосы. Его ледяная логика воина быстро вернулась на место.

— Ты права. Эпидемия остановлена, но политический кризис только начинается. Срубленное Древнее Древо Сакуры, хоть оно и было отравлено, вызовет волнения. Нам нужно подготовиться к аудиенции. И к тому, что Совет Старейшин.

Он не договорил.

Дверь в палату внезапно распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.

— Грандмастер! — на пороге стоял запыхавшийся стражник в цветах Белого Лотоса. Его лицо было белее мела. — Беда!

Цзыжань мгновенно отстранился от меня, вскакивая с кровати. За секунду из нежного любовника он снова превратился в безжалостного командира.

— Говори, — рявкнул он.

— С-столица — стражник сглотнул, пытаясь отдышаться. — Императорский Дворец в осаде!

Мы с Цзыжанем переглянулись.

— Кто осаждает? Остатки Синдиката Теней? — быстро спросила я, садясь на кровати и набрасывая на плечи халат. Слабость еще давала о себе знать, но адреналин уже начал разгонять кровь.

— Нет, Леди Линь! — стражник замотал головой. — Это не Синдикат. Это флот!

— Флот? — Цзыжань прищурился. — Империя Шэнь находится в центре материка. До ближайшего моря тысячи ли. Какой флот?

— Воздушный, Грандмастер! — стражник указал дрожащей рукой в окно. — Они пришли с Запада. Огромные корабли, парящие в облаках. Они черные, как смоль. Их магия она не похожа на нашу. Она пробила Императорский щит за пять минут. Они требуют выдать им Слезу Дракона и и ту, кто ею управляет.

Мое сердце рухнуло куда-то в район желудка.

— Ту, кто управляет Слезой Дракона? — я перевела взгляд на Цзыжаня. — Они ищут меня?

— Вашу золотистую ци зафиксировали, когда вы восстанавливали Древо Сакуры, — стражник кивнул. — Они называют ее "Утраченным Светом". И они угрожают стереть столицу в порошок, если Император не выдаст вас им до заката.