На кровати сестры спал Коган, широко раскинув ноги. Сестра прижималась к нему всем телом, закинув ногу на Великана. Они были абсолютно голые, поза говорила сама за себя.

Пришлось зажмуриться, а потом снова открыть глаза, чтобы убедиться, что это не галлюцинация. Мне не привиделось. Коган лежал в кровати сестры. Какая глупость. Розыгрыш.

Великан был любителем секса, но он бы не стал изменять мне в родительском доме с моей же сестрой, когда решается судьба моего отца. Да и Зара вряд ли силой его приволокла. Что происходит?

Слова застряли в горле. Я просто стояла и смотрела на эту омерзительную картину, боясь пошевелиться. Так хотелось, чтобы это была иллюзия.

Дверь Зары была открыта специально, она хотела, чтобы я это увидела. Только подстроено это или… Даже если подстроено, Коган переспал с ней?

Весь мой мир рухнул в одно мгновенье. Засыпала сильной, уверенной в себе и счастливой, а проснулась разбитой и никчёмной. А главное – одинокой.

– Ну и долго ты будешь на нас пялиться? – спросила Зара, открывая глаза и глядя на меня как на дворовую собаку. – Прости, ты заснула вчера, а мы перебрали. Я сама ничего не помню. Как так получилось… Не бери в голову, это не значит ничего.

Она садится на кровати и потирает виски.

А я отшатываюсь на пару шагов назад. Прижимаюсь спиной к стене, впиваясь когтями в бетон. Главное не упасть на колени, ноги не слушаются. Нужно мыслить здраво.

– Коган. Вставай. – толкает она моего мужчину, тот кривится, открывает глаза и смотрит прямо на меня. Вижу, что не может сфокусировать взгляд. Смотрит и не видит. До него постепенно, медленно начинает доходить происходящее. Пока он просыпается, я медленно умираю. Между ними был секс. Они были вместе!

– Ненавижу. – бросаю ему хрипло, чувствуя, как всё разрывается в груди. Срываюсь с места и бегу в свою комнату. Закрываю её и прижимаю к двери стул. Не хочу никого видеть и не хочу говорить с Коганом. Не сейчас. Мне нужно принять случившееся. Собраться. Зря я приехала сюда. Зря. Слабая Амелия берёт надо мной верх, и я начинаю плакать.

Коган был единственным, кто любил меня, не предавал и оберегал. Я верила в нашу любовь, в то, что я для него особенная. Какая же я дура, я не могу быть особенная ни для кого.

Не знаю, что произошло вчера, но Коган проснулся не в моей постели и не со мной. Он позволил этому случиться. Человек, контролирующий всё на свете, не мог случайно переспать с моей сестрой.

– Амели! – он ударяет по двери, и я отскакиваю от неё. Начинаю быстро натягивать джинсы и куртку, пока он не выбил дверь. – Открой, не веди себя как ребёнок. Открой!

В детстве я часто сбегала из дома через окно, чтобы погулять на улице с домашними животными. Я прекрасно спускалась со второго этажа по трубе. И сейчас мне не составило труда открыть дверь и улизнуть через окно. Зимой труба покрылась тонким льдом, я заскользила по нему, царапая ладони и больно падая на пятую точку.

Стоило мне приземлиться, как из окна показалась голова Когана, его глаза недобро сверкнули. И я не удержалась, показала ему средний палец.

– Советую не терять времени и трахнуть Софи! – кричу ему, подрываясь на ноги и убегая в неизвестном направлении. У меня было немного денег, но их хватит чтобы перекантоваться в гостинице. Потом придумаю что-нибудь. Сейчас мне остро было необходимо остаться одной.

Перед глазами стояли волосатые ноги Когана в постели Зары. Я пыталась найти этому оправдание, но никак не могла. Коган весил килограмм сто – сто пятьдесят. Зара бы не за что силой его не притащила в свою кровать. А если не силой, то всё остальное измена!

Коган. 

Я сжимаю пальцами шею суки, безжалостно выдавливая весь воздух из её лёгких. Зара жалобно барахтает ногами, пытаясь достать до пола. Она пучит глазами и умоляет меня без слов отпустить её. Рот открывается и закрывается. Тихо.

– Эй! Что тут происходит! – в коридоре показывается Брайн в заснеженной парке. За ним поднимается по лестнице Флинн, маленький хвост своего брата. Забавно, пожалуй, единственный порядочный человек в их семье. – Отпусти её.

Голова раскалывается и без этих двоих. Мне как будто топором раскурочили мозг на две половины.

– Нет. – спокойствие в моём голосе пугает обоих парней. Я точно знаю, что делаю и не расстроюсь, когда она умрёт. Одной кровью на руках больше, одной меньше. Мне всё равно гореть в аду. – Эта сука совершила подлость и теперь расплачивается за неё.

– Ты больной? – ревёт Брайн, брат пытается оттащить меня от сестры, но я ударяю его. Он влетает в стену и оседает на пол.  – Сам переспал с ней! Себя и придуши!

Флинн начинает крутить напугано головой, он ещё не слышал шокирующую новость дня. Мелкий любит Амелию, он бы никогда не стал играть с её чувствами, а вот все остальные с лёгкостью. Забавно, откуда Брайн знает уже?

– В здравом уме и здравой памяти я бы никогда не засунул член в ЭТО. – встряхиваю Зару и ударяю её головой об стену. Хорошо прикладываю. Она теряет практически сознание. А мне плевать. – Либо скажет правду, либо отбросит копыта. Последний шанс у тебя, Зара.

– Эй. Я всё расскажу. Только отпусти! – первым давление не выдерживает Брайн. Слабая гниль.

– Говори! – злюсь больше всего на себя. Вчера все мысли были об Амели и чтобы никто не обидел на неё. Расслабился, отвлёкся и не доглядел за собой. Сука, недооценил семейку.

– Окей, Коган. Мама подсыпала Вам с Амелией в чай мощное снотворное. Мы ими усыпляем быков, когда нужно их кастрировать. Ты вырубился на улице, и я перетащил тебя в комнату Зары. И всё. Это была шутка. Невинная шутка. – Брайн разводит руками. Я выпускаю Зару. Брайн следующий.

Эти идиоты могли с лёгкостью убить собственную сестру. Амели меньше и от лошадиной дозировки могла просто не проснуться.

– Что Вы сделали? – ревёт Флинн и ударяет кулаком своего брата по лицу. Он сам сейчас напоминает быка. – Вы чё сделали?

Братья начинают драться, они превращаются в клубок, катающийся по полу. Сильные, но не умеющие применять свою силу. Слежу за ними, раздумывая над тем, как наказать Брайна.

Зара закашливается у моих ног, тем самым напоминая о своём существовании. Эта тварь будет харкать кровью. Я уничтожу её за то, что увидел в глазах Амелии. И Брайана вместе с мамашей. Не хотели по-хорошему, будет по-плохому. Рыжая даже не узнает, как они сдохли.

– На хрена? – разнимаю клубок и наступаю ногой на грудь Брайна. Давлю пока не слышу хруст ребра. Это только начало. Ты станешь ничтожным инвалидом и будешь волочить жалкую жизнь, мечтая о смерти.

– А ты не охренел? Распоряжаешься моей семьёй как своей. Решаешь отцу какую операцию сделать, что с домом делать! Катитесь с Амелией откуда приехали. Я просила всего лишь денег. Жалко было дать? Для тебя это копейки! – заверещала Зара, подползая к брату на коленях. Неужели решила его защитить?

– Вот как. – вскидываю брови, наступая ногой на её ладонь. Зара вскрикивает. Прижимается к полу. – Что Вы за гнилая семейка? Ты о сестре хотя бы капельку подумала?

– С ней всё будет хорошо. – говорит Зара с улыбкой. – Джек позаботится о ней и обо всей нашей семье!

– Что, блядь? – крышу срывает окончательно. Адское пламя врывается в лёгкие. Зара начинает хохотать за сумасшедшая, а меня ведёт в сторону. Нужно искать Амелию. Срочно.

– Шах и мат, О’Донелл. Джек хотел отомстить нам за то, что мы убили его брата и племянников. Это он посадил отца в клетку с медведем и заставил нас смотреть как тот будет рвать его. Тогда мы объяснили ему, что нашей вины в их смерти нет. Во всём виновата долбанутая сестрёнка. – Зара смотрела на меня снизу вверх, в ней не осталось ничего человеческого. Зависть выжгла всё. – Мне нужно было только заманить её домой. Мы не знали, где она живёт. Догадывались, что ты спрятал её и помог начать новую жизнь, но даже подумать не могли. Хахах. Что ты до сих пор трахаешь её!